— Подожди. Я хочу попрощаться с Олегом!
— Уже попрощалась. Хватит!
— Я виновата… Это так страшно, видеть как уходит из жизни твой любимый человек… Где справедливость?
— Александра Петровна не вы виноваты в смерти Олега. Он знал, на что идёт, когда согласился участвовать в операции, — вмешался в разговор, появившийся из не откуда Колосов. — Езжайте домой. Отдохните, успокойтесь. Обещаю вам, что эта мразь будет наказана. Зарубин понесёт наказание за все, преступления.
Игнат Сергеевич помог Сашке сесть в такси.
— Меня высадите около больницы, — попросила Серафима таксиста, когда Колосов закрыл дверь и машина тронулась с места.
— Господи! Я тут плачусь тебе, отвлекаю, — всполошилась Александра. — А у тебя самой полно проблем. Как Машенька?
— Сейчас проводят обследование, — Сима печально вздохнула. — Будем надеяться на лучшее.
Серафима промолчала, не стала говорить Сашке, что врачи уже сделали первые обследования и предупредили, что Маше скорей всего придётся перенести пересадку костного мозга. Поначалу узнав о диагнозе — "Острый лимфобластной лейкоз" (рак крови), Серафима не знала что делать. Она подумала это конец. Но врач обнадёжил её и сказал, что современная медицина шагнула далеко вперёд и теперь есть возможность для спасения таких больных. Главное не упустить время.
Сейчас Симка искала человека, который бы смог стать для её дочери спасением. Она сама не подходила как донор, а отец девочки был в бегах.
Машульке в ближайшие дни предстояло перенести первую химиотерапию, пока идут поиски подходящего донора.
— Если нужны деньги на лекарства скажи, — Сашка обняла подругу.
— Нет. Спасибо. Пока ничего не надо.
— Я завтра зайду к Маше.
Девушки попрощались. Сима вышла из машины.
— Куда дальше? — повернувшись к Александре, спросил таксист.
— За мостом остановите, пожалуйста.
Сашка вышла из такси и побрела к мосту…
Она не знала, сколько простояла, обдумывая всё произошедшее. Девушка словно провалилась в бесконечную чёрную пропасть. В какой-то момент ей показалось, что она уже не на мосту. В её ушах звенело, тело не чувствовало никакой опоры.
Разлепив отяжелевшие веки. По глазам резанул холодный бело-синий свет от ламп, освещающих мост. И тут Александра увидела, что стоит за перекладиной. Под ногами чёрная, мрачная река.
Она стояла у самой кромки воды и смотрела, словно загипнотизированная на тёмную бездну, никак не решаясь сделать последний шаг в эту самую обычную грязную речку, отравленную городскими нечистотами.
"Может всё пройдёт — боль, обида и ощущение безысходности?" — подумала Александра.
— Только шагни. Все проблемы сразу же решаться сами собой — прозвучал в её сознании внутренний голос, подталкивая её к пропасти. — Ближе, — продолжал нашёптывать всё тот же голос. — Жизнь — это всего лишь воля случая. Перешагни незримую черту…
Этот голос словно её завораживал, повелевал, заполняя собой, так что в душе не осталось ни сил, ни каких сомнений — "Надо шагнуть…"
— Не стоит этого делать, подумайте ещё раз, — вдруг прозвучал мужской спокойный бас за спиной. — Человек удивительное создание, только ему и никакому другому существу не присуще влечение к смерти. В своё время известный психоаналитик Зигмунд Фрейд ввёл понятие "инстинкт смерти", он попытался объяснить, почему человек идёт на самоубийство. Фрейд считал, что покончить с жизнью может лишь тот, кто чувствует себя в безвыходном положении, не хочет цепляться за жизнь. Вы чувствуете, что это единственный ваш выход? Вы хотите умереть?
— Не знаю… Наверное… Да.
— Тогда прыгайте. Вот здесь, чуть вправо особое место. Вода спокойней и глубже, — шепнул незнакомец. — Сто процентов не вынерните.
— Это неважно, — отрезала Александра. — Мне всё равно куда прыгать. Я просто устала от бессмысленной войны с одним человеком. Он меня решил всего… Не мешайте. Я хочу как можно быстрее покончить со всем. Вот сейчас спрыгну и всё… Уходите!
— У меня был в жизни этап, когда я так же как вы стоял на мосту. В тот момент я не видел другого решения. Так получилось, что меня предали все. В один момент решился всего: денег, власти, любимого человека. Мне дали ровно сутки, чтобы я смог достойно уйти из жизни сам. У меня не было времени во всём разбираться, так же как и на бегство. Эти люди достанут везде, — мужчина вздохнул. — И тогда я пришёл на мост, решив раз и навсегда прекратить эту канитель.
Сашка слушала мужчину, уставившись в манящие воды реки, а внутренний голос шептал: