— Чего загрустили? Вы что ждали, что вас тут с песнями и плясками встретят или может, хлеб с солью подадут? — произнес я, пытаясь поднять настроение, — нам всего-то часов десять здесь перекантоваться, а там глядишь, за нами прилетят и на Землю отправят.
— Так то оно так. Но я ожидала увидеть нечто иное.
— И что же ты собиралась увидеть, позволь тебя спросить?
— Я не знаю, по крайней мере, не такое запустение как здесь.
В этот момент я услышал голос Гельванта:
— Как там у вас?
— Терпимо, — ответил я.
— Понятно. Значит, обстановочка ещё та. Ничего, прогуляетесь по планете, камеру я вам дал, сделаете кино на память, будет что вспомнить. Еды и воздуха у вас достаточно, так что десять часов не срок?
Я невольно посмотрел на ящик, который держал Артур.
— Пожалуй, все. Мне пора, надо обратно на орбиту. Получен приказ продолжать патрулирование. Срок не оговорили, так что может затянуться надолго.
Он еще раз попрощался с каждым из нас. Мы поблагодарили, а Вика пожелала несмотря ни на что, обязательно повстречать хорошую девушку, и неважно на какой из планет, главное, чтобы такую, которая позовет за собой…
Через несколько минут мы услышали, как рев двигателей возвестил об отлете корабля. В маленьких окнах, да ещё к тому же грязных, мы не смогли рассмотреть старт корабля.
Вика села на ящик и сказала:
— Как там Гельвант сказал — приехали? Что делать будем?
— Я не знаю, — ответил Артур, — кстати, мы забыли спросить его насчет скафандров. Он сказал, что в наших костюмах не очень-то походишь по Марсу.
— Может здесь есть подходящие. В принципе, они такие же, как мы, точнее мы такие же, как они. Раз так, значит, скафандры здесь должны быть, хотя я представляю какие они в этой пылище. Нет уж, лучше я посижу здесь.
— А я, пожалуй, попробую прогуляться по Марсу прямо так. Пока шли от корабля до базы вроде ничего, ходить можно было, ты как Артур составишь мне компанию?
— Без скафандра даже не думай, я тебя никуда не пущу.
— Так мы вдвоем.
— И Артур никуда не пойдет, а если что случится, вы что хотите бросить меня здесь одну?
— Вика, никто тебя не бросает. Сама посуди, нам выпало такое счастье, первыми из людей побывать на Марсе, а ты предлагаешь сидеть здесь, вместо того, чтобы сделать несколько шагов по его поверхности.
— Ты уже походил, хватит.
Женская логика была очевидна, а потому я понял, что спорить бесполезно. Если она что-то решила, сдвинуть её с этой точки зрения можно было только вескими доказательствами, поэтому необходимо было, во что бы то ни стало достать скафандры. Они были бы железным аргументом для прогулки по Марсу. Я открыл шкаф и осторожно, чтобы не поднимать много пыли, посмотрел внутрь. Пусто. В другом, лежали какие-то баллоны. Следующий ящик был забит лабораторными пробирками и колбами. Я решил посмотреть в других комнатах. Следующая комната вызвала у меня интерес, и я позвал Вику и Артура.
— Идите сюда, посмотрите, что я нашел.
Они вошли, и замерли, пораженные увиденным. Комната мало чем отличалась от обычной земной операционной. Тот же стол с огромной лампой на кронштейне сверху. Кругом стеклянные шкафы с медицинскими инструментами. Отличие было разве что в наличие сложной аппаратуры, которая стояла повсюду. Причем это были отнюдь не знакомые нам по фильмам аппараты типа искусственная почка или легкие. Это были совсем иные агрегаты, непонятного нам назначения. Они напоминали,… я пытался сравнить их с чем-то и не мог, столь непонятной конструкции они были. Длинные прозрачные цилиндры от пола до потолка с наполненной внутри жидкостью. Между собой они соединялись множеством шлангов, которые тянулись к устройству, стоящему в центре рядом со столом. Оно напоминало сильно навороченную гидромассажную кабину. Отличало её разве что наличие двух боковин, которые, видимо, могли вращаться вокруг.
— Вот это да! — произнес Артур.
— Наверно сюда они привозили землян и производили над ними опыты, — решительно заявила Вика.
— Вовсе не обязательно, — заметил я, — может, они здесь лечили своих людей?
— Конечно, а это, по-твоему, что? — и она показала на шкаф, в котором находились колбы с раствором. Внутри них находились человеческие органы, в основном мозги.
— Почему ты так уверена, что эти органы обязательно принадлежат землянам?