Наместники! — Как сразу догадался я.
Рядом с ними менестрели и прислуживающие девочки. Наместники мило беседуют между собой, скорее всего супружеская чета, как бы представляющая интересы и мужской и женской частей лесного народа. Все находящиеся здесь эльфы, были похожи на обычных представителей своей расы, светловолосы, светлоглазы, с изящными фигурами, гладкой белой кожей. Как и всегда, от них исходил аромат цветов и лесных трав. Речь была певучей, чистой и звонкой, впрочем, как и у всех перворожденных, которых мне случалось видеть. Только у нас, их так не именовали.
— Приветствуем тебя чужеземец!
— И вам светлых дней и звездных ночей — с легким кивком ответил я.
Потом мне предложили сесть в кресло для гостей, и рассказать кто я и откуда. Я не счел нужным рассказывать им правду, назвался странствующим чародеем, из далеких краев, в поисках необычных ингредиентов, странствующим по мирам. В общем, ради приличия отбыл всю эту церемонию, и, заверив их в своих самых дружественных намерениях. Ничего интересного больше не произошло, а пресные беседы я никогда не любил, поэтому для приличия поговорив еще немного о, ничего не значащих вещах. Я сославшись на дела распрощался с наместниками и отправился назад.
Подыскав кое-что для оплаты кулонов, явно не имевшее здесь ценности, я попросил Лес вывести меня за его край. Можно было бы потратить некоторое время на выяснение тайн этого народа, но сюда я пришел только за деревом для рукояти. Дело было сделано, меч закончен, теперь у меня было два именных оружия Топор — "Шор-ан-нир" выполненный Смолом специально для меня, и меч — Ракар, созданный уже непосредственно мной. Уходя их Эльфийского леса, я подобрал пару мертвых светлячков — жерру, они могли еще долгое время излучать свет и позитивную энергетику. В этом мире мне больше нечего было делать, по крайней мере, сейчас, и я отправился обратно в Даарию.
…А в Даарии, сначала надо было забрать, уже готовые кулоны — время то везде течет по-разному, и их уже должны были изготовить. Чуть не рассчитав, снисходящей спуска, я грохнулся прямо посреди рыночной площади Вышня, Пришлось имитировать пьяного волхва — недоучку, и быстро ретироваться. В кудеснической мастерской, расплатился с Шамиром, за кулоны, найденными светлячками, и был таков, отправившись к лесам, где охотился куатар.
Вот и снова зеленые массивы, промелькнули внизу, для стороннего наблюдателя, я возник прямо из воздуха, материализуясь на опушке леса, возле отдельно растущего ясеня. Немного постояв, и оглядевшись я принялся звать Куру.
— Куру! — Посылаю мысленный зов лесному массиву. — Куру!
Что-то говорило мне о том, что мой зов дошел к пушистому собрату. И действительно, через некоторое время, огромный снежно- белый с темными вкраплениями зверь выпрыгнул из чащи. Издавая довольное урканье он встал на задние лапы и положив передние мне на плечи заглянул в глаза. На хитрой хищной морде, читалась радость и огромное желание поделиться последними новостями. Хвост, в нервном возбуждении летал из стороны в сторону, уши стояли торчком, и когти, то вонзались мне в плечи, то снова уходили в лапу.
— Успокойся дружище! В твоем возрасте пора бы уже научиться контролировать свои чувства, ты уже весьма солидный боевой куатар.
— Да я умею Апри! Просто тебе показываю, чтоб ты не ощущал себя самым одиноким во всей Мироздании.
— Это ты, в одиночных блужданиях по чащобам надумал? — Поинтересовался я, — Хотя спасибо конечно, за беспокойство, но я уже почти привык.
— К этому не возможно привыкнуть, просто с годами боль становиться тупее и немного затухает.
— А ты помнишь, сколько их прошло то этих годов?
— Ну, если не считать Кайлан, то не так и много.
— Ладно, согласен. Пошли, по дороге расскажешь о своих приключениях. А пока смотри, чего для нас сработали. — И я надел ему на шею цепочку с кулоном.
Теперь голубоватые кристаллы, со светящимися огоньками внутри, висели на крепких серебряных цепочках, у меня и Куру на шеях. Это были специальные устройства для усиления мысленной связи. Пока проверять их не хотелось, но теперь мы должны бы слышать друг друга, даже находясь в разных мирах, конечно, если они находятся не очень далеко друг от друга, и не блокированы по какой-либо, причине.
Впервые за последние, несколько лет, мы снова ощущали Силу, и были свободны. Можно сказать, нам даже не чем было заняться? Сейчас, когда Лусиар был возвращен на место, различная погань стерта с лица мира, в старом замке кипели восстановительные работы, первый личный меч был задуман и сотворен, в Даарии нам особо делать было нечего, если конечно не считать что Лусиар теперь вверили мне, а чувство ответственности я имел, и испытывал. Потому надо было побывать, в тех, городах, где мои посланники, ожидали судьбоносные решения своей жизни. Потому, испытывая некоторое чувство вины и ответственности, я и решил, отправиться к ним.
Я и Куру, теперь, снова могли, не тратить врем, я на длительные переходы, и краткими путями, быстро добирались в уцелевшие города. Естественно тайно. Первым по пути был Латхиар, далее Тургонир, и по крутой дуге Каршад. В первом же городе, я удостоверился, что те, кто составил пророчества, свое дело знали. Ведь если говорилось там о трех принцах, над головами, которых корона, то так оно и вышло. Возглавив по моему приказу, каждый из предназначенных к перемещению город, мои посланники так и остались их главами, по простому правителями. У каждого из них оказались какие-то знаки на теле, по которым и было определено, что это действительно дети княжеской линии. И на законных правах в Латхиаре, Тургонире и Каршаде, княжеские престолы заняли законные правители, отменив права советов на полную власть. Крепости подчинялись своим городам, там во главе тоже стояли мои люди, ну кроме Туэна. Но туда давно уже отрядили своих верных людей Гарунд с Гаспаром, как ни как, теперь эта крепость, будет исполнять роль, заставы на границе с новым княжеством. В общем, везде были мои люди, в ближайшие годы готовые исполнить любой мой приказ.
Городом исключением стал только один Кориэндор, в котором продолжал править совет, но там хорошо знали, чьи указания выполняли все, в период последних дней. И раз Киан, Тано и Данко подчинялись только мне, то и города где они стали правителями, подчинялись мне, а соответственно Кориэндору. Но я то в нем, не сижу, и поэтому требовалось найти иной вариант правления Лусиаром.
— Придется посадить наместника — решил я — да вот только где его взять? А ладно, буду сам наведываться, а совет пусть правит себе дальше.
В результате, всех прошедших изменений, по всему Лусиару, прокатилась череда пиршеств, во многих из которых мне волей-неволей пришлось участвовать. Вдоволь посидел я и с новоявленными правителями городов, и лишь потом вернулся в замок, в котором все еще, кипели восстановительные работы.
… Наступила долгожданная передышка, когда не надо было куда-то мчаться, или учиться. Я набрал у Ульфара различных шнуровых писем, из самих древних времен, которым помогла сохраниться лишь волшба, посредством которой они не поддались распаду, и пытался научиться их прочесть. А пока изучал все эти узелки, пребывал в раздумье, все размышлял:
— Что же делать дальше? Как выстраивать свою жизнь? Пытаться ли вновь выяснить, что-либо о событиях, произошедших в моем родном секторе, или нет? Докапываться ли до версий, отчего погиб Эльдариус или заняться поисками себя в новых условиях?
Теперь, когда необъятные просторы Сферы Миров, вновь открылись для меня, можно было отправиться куда угодно. Куру тоже хотелось странствий в иномирии, привык он, видите ли. Но я понимал, что главной причиной его неуемной тяги к странствиям — был поиск подобных ему самому, самок. Куатар не хотел верить, что стал единственным представителем своего рода во всем Большом Мире. Хотя признаю, что хоть и малый, но все-таки шанс, у него был — найти, где-нибудь потомков куатаров, вполне возможно. А если нет, мне придется впервые в жизни попробовать творить, только так чтобы он об этом не узнал.
Дни летели, и мне со временем, стало совсем скучно, сиднем сидеть Эндрилурском замке, к тому же, с другой стороны гор, меня ждала, загадочная и неизведанная Прасия. Край, совершенно не похожих, на остальных жителей Даарии, существ. И прежде чем отправляться, куда-либо неплохо бы было побывать и там. Я вспомнил краткий рассказ Вильдигора о стране велетов, и о том, что тех мало осталось, мол, продолжение рода, у них теперь большая редкость. Получалось, если затяну с визитом к ним, то вскоре и говорить там особо будет не с кем, а, учитывая сложившуюся вокруг меня обстановку, это было вообще самым разумным решением. На дворе был уже вечер, но меня это не остановило:
— Куру! — Позвал я, куатара лежащего в прохладе сада — Мы идем в Прасию.
На моем языке "идем" подразумевалось, не передвижение пешим ходом, а перемещение из одного разрыва в пространстве, в другой. Ну или небольшая прогулка по коротким тропам, или десяток шагов по светящимся дорожкам. Но моему снежному другу эти объяснения были не нужны.
Барс не скрывая радости, забежал в дом, и прыгнув ко мне, застыл рядом. Я чуть задумался, переносить ли нас к горам, или же прямо в Прасию. Решив все-таки отдать предпочтение и тому и другому, я отправил нас в саму страну, но в местность, начинающуюся сразу за горами.