Из глубин памяти, всплыло учение Альтара, "о процессе зарождения и реализации любого продуманного действия". Он говорил, что вначале в ментальном плане, зарождаются идеи, выраженные в мыслеформах. В ментале, всякие образы, от добрых и злых мыслей обитают, любые даже и не воплощенные задумки живут. Но это еще, не совсем оторванный от материальности, мир, ибо еще выше лежат планы, посвященные высшим силам, где нет места темным мыслям и идеям. Затем, продолжая реализацию заданного плана, действие попадает ниже по иерархическому уровню, там лежит астрал. Именно в нем замыслы и идеи приобретают первые формы, очертания. Тела всего существующего зарождаются именно здесь, обретая свои контуры, и состоят они из тонкой энергетической структуры.
Именно по этим телам, всегда бьют те, кто хочет нанести вред любому живому существу, дому, местности, или просто заставить какой-либо предмет излучать негативную или позитивную энергии. Здесь обитают двойники всего существующего, могущие повести себя вполне самостоятельно, и не зависимо от своего физического воплощения. Между астралом и нашим миром, лежит эфир — связующий план, состоящий из более тонкой материи, чем грубый физический. В нем отражается многое происходящее, как в физическом мире, так и в астрале. По сути все что происходит — вначале происходит в астрале, а уж затем через эфир отражается в физическом мире.
Зависнув над миром, я смотрел на Лусиар одновременно в трех диапазонах. В одном из них силы вторжения выглядят как неясно очерченные сгустки темно-коричневого цвета. Я начал представлять себя могущественным созданием, сверхсуществом, не добрым и ни злым, эти качества для богов придумали люди, а просто карающим. Тем, кому подвластны все мировые силы. А сейчас нужно было наказать тех, кто слишком зарвался, уйдя с истинного пути.
— Говорите, нужен кто-то из Прежних? — Зло подумал я — а значит не особо рассудительный, но владеющий могучей силой, или способный распоряжаться и повелевать Могучими стихиями. Хорошо же — получайте такого!
Сорвавшись с места, я начал спускаться вниз, по мере моего продвижения в тонких планах началось буйство силовых потоков. Воздушные элементали поспешили убраться в другие области, в земных недрах страшные существа подняли к небу свои огненные глаза, глядя на меня. Вначале они прогневались, они всегда в гневе, с момента сотворения, затем, уловив что-то во мне, неслышимыми в других областях голосами, завопили:
— Выпусти нас!!! Мы отблагодарим! Выпусти, слышишь? Ты же можешь! Выпусти нас!
— Не сейчас — тягуче ответил я — но уже скоро.
А затем ко мне что-то прикоснулось, не успев как-либо отреагировать, я стал, сам не знаю кем, помню только, что делал, но уже ни когда и ни кому не смогу объяснить — как?
Вначале я, с неистовой скоростью рванулся вниз, увлекая за собой верхние ветра, те, что никогда не приходят на землю. Мой голос, о чем-то громко вещал, губы сами собой произносили повелевающие заклинания. Подо мной нижние слои неба заволокло темными тучами, в которых яростно бились скованные пока красные молнии. Но и из-за туч, я видел шевеление и ликование огненных демонов запертых глубоко под землей. Они знали, что скоро будут выпущены, без полной свободы воли, с ограничением доступа на многие территории, но были безумно рады и этому.
Через долгие доли времени, появилось ощущение, что там, где я уже пронесся, воздух становится другим, мене плотным, более разряженным. До земли остается совсем немного, и я четко осознал, что крылатым тварям больше не летать — воздух откажется носить их, откажется держать всех кто может летать в этой местности.
Пришло время карать! Я резко выбросил вперед обе руки, по распрямленным ладоням и пальцам, зазмеились витые молнии, и я ударил ими по теперь уже по Предводителям, которым больше не уйти, не скрыться, так как в зону поражения попала вся оставшаяся часть Озерного Края. Ну кроме, тех ее частей, которые занимали города и крепости. Вместе с моими молниями, засверкали и ударили те — из огромной тучи, грянул гром, и звуковая волна с неистовой силой ударила в землю.
По остаточной территории Лусиара, прошла дрожь, казалось, что даже содрогнулся и весь мир Даария. Волна таким же странным образом обошла города, но смяла наступавшие полчищам, многие твари просто попадали замертво, а из ушей и глаз других, правда лишь тех, у кого они были, хлынула разноцветная кровь. Затем настал черед ветров, они набросились на все еще многочисленные орды, с поистине безмерной жадностью начали рвать и мять. Одни выхватывали по одной большой тварюке или десяток более мелких, и уносили куда-то в свои области. Другие ветра, что были послабее, просто сбивали ходящие громады с ног, а ползающих, в смерчах, поднимали высоко в небо, и оттуда бросали на землю или разбивали о каменные склоны недалеких гор. С неба посыпались сбитые порывами крылатые, их разбивало о землю, превращая в лепешки. По всей территории Озерного края загуляли смерчи.
А когда воздушная стихия сделала свое дело, настал черед огня. Я вновь поднялся выше и мысленно провел контурную линию, старательно обводя города и водоемы, правда там, где проходили реки, останавливался и начинал дальше, уже за их, извилистыми рукавами. В том месте, где прошла эта, ни для кого невидимая изломанная черта, пробежала извилистая трещина. Она отгородила северный и крайний западный Лусиар до линии стоящих городов, подойдя почти к самым крепостным стенам от всей остальной части Озерного края.
Края трещины поползли в стороны, ее глубина была вообще немыслимых размеров, из недр пахнуло жаром, из расщелины повалил пар, и полетели искры. На поверхность спешно поднимались Огненные Сущности. Они то и принесли тот очистительный огонь, который мне был нужен. Воздух больше не держал, ни одну летучую тварь во всей округе. Малочисленные птицы, давно уже прятались в городах, всякая мелочь тоже забилась кто куда. Остались только враждебно настроенные к людям, а их не жалко. Огненные создания жгли все на своем пути, а им было, где разгуляться, ведь к Лусиару я добавил еще и Рухат, не смотря на то, что там одни пустоши — пускай, выжгут до первых подземных вод.
Дальше я уже не смотрел, потому, как во всех спектрах видел, только пламя, пламя и пламя. Тот, кто сделал меня проводником своей силы, все еще не отпускал. Распоряжаясь всеми моими ресурсами, он, тем не менее, ни чего от меня и не скрывал. Я видел спешащих сюда членов Круга Мудрых, не всех, но многих, видел собирающих лучших аколитов Вернона и Кульмира, видел Ульфара идущего по тропе лежащей непонятно где. И все они следовали указанию Единой Воли, воли того, кто сейчас, то ли помогал мне, то ли пользовался мной, ибо сам уже не имел права вмешиваться в дела, творимые в мире.
Сколько времени прошло, в обычном земном исчислении Даарии, я не знал. Огненный Шквал отбушевал, пришло время Воды. Огненные Демоны выжгли большие котловины на теле Лусиара и Рухата, превратив их стенки в камень Теперь требовалось их заполнить. Я, вернее сказать тот, кто сейчас действовал через меня, пробил путь подземным водам и повелел идти дождю. Это действие тоже займет некоторое время по исчислению Даарии. Затем придет черед матушки земли, он будет долгим, растянутым на годы. Но главное сделано.
Демоны нашли Трехглавую гору и выжгли все расщелины в ее пределах, надеюсь, что и ту, из-за которой все началось. Выжгли изнутри, огнем, сила которого сравнима разве что с изначальным, предвечным Пламенем. Потом настал и их черед — и пред ними открыт огненный портал, который ведет в мир более подходящий этим существам, мир плазмы, вечно сверкающего особого измерения.
Перед тем как сознание померкло, и я полетел в бездну забытья, моего естества достиг величественный голос, изрекший странное:
— Иногда и ипостаси начинают жить своей собственной жизнью, а у меня, их много.
Затем наступила тьма, долгое забытье без снов и видений.
…Сознание, возвращалось медленно и неохотно, а вернулось, я ощутил себя в обычном физическом, и грубом мире с его криками, возней, запахами и палящим солнцем. Открыв глаза, я обнаружил себя лежащим совсем не на каменной кладке желтой стены, а на смотровой площадке дворца городского совета, с которой открывался вид на площадь и стоящие за ней дома. Рядом никого не было, как мне показалось вначале, но стоило мне пошевелиться, как перед глазами, тут же возникла усатая морда, заслонившая солнце.
— Апри! Ну, на конец-то! — Возопил куатар — Фух, а то я уже всерьез встревожился…
— Здорово котяра! Ух меня и помяло…
— Р-р хорошо — значит ты при памяти, а это говорит о том, что ты в порядке.
— Разумеется, я в порядке — садясь сказал я — просто после такого количества Мощи, которая прошла через меня, а затем иссякла, оставив при том, причем был и раньше — чувствуешь себя как выжатый лимон..
— Ну, пойдем скорее там столько дел, столько дел…
— Эй Куру! Не сделался ли ты хозяйственником, а? Смотри так и до домашнего кота не далеко.
— С тобой, мне это не грозит. И я не имею в виду город, с ним то, ничего особенного не случилось. А вот посмотреть, как идет очистка водоемов, земель, это интересно. Мелочь там всякую добьют уже горожане, но в воде немало всякой дряни завелось за века, и за нее взялись Мудрые. Ульфар и жрецы Лабиринта работают с силами природы. Ветры разносят семена самых устойчивых и быстрорастущих растений. Затем они вызовут дожди на нужные районы и…
— Стоп друг мой, на этом хватит! Это все конечно хорошо, но это уже не наша забота. Сейчас мы отправимся в порубежный замок Эндрилура, он должен был выстоять. Вот там точно нужны только мы и никто другой. Хотя погоди, пожалуй, захватим с собой Харибцев, если конечно они захотят, идти с нами.
По пути я расспросил куатара, каким образом я оказался здесь? Он поведал, что после того, как с неба ударили молнии, бьющие точно и без промахов, стана начала разрушаться. Те существа, обладающие большими и сильными щупальцами, отрывали от нее целые пласты, а стеноломы выбили уже достаточно много опорных камней снизу. Я к тому моменту уже сидел, прислонившись к стене в беспамятстве, как они думали. Воины решили соорудить носилки из копий и доспехов, и щитов, и унести меня со стены, в более безопасное место, если таковое отыщется. Невидимый колпак как уже знали Сагид и Миротай должен последовать за нами. Но когда уже собрались идти, вышла заминка, пытались решить в какую сторону двигаться, пока на них не рявкнул Куру. Лишь тогда, они опомнились, вспомнив, что вместе с ними не просто боевой барс, а как сказано в пророчестве — "зверь который как человек" После этого куатар "неведомым" образом перенес всех на дворцовую площадь, поскольку почувствовал, что в дело вмешался кто-то подобный Старшим, и всем лучше убраться подальше. Что Куру и сделал.