Легкое движение бровью — и вся одежда, вспорхнув, словно перепуганная птица, понеслась к ней. И буквальна через миг она, была уже облачена, в обтягивающий переливающийся костюм.
Я перестал клеить дурня, и проговорил:
— Вообще-то, мне больше интересен Бод-тебар, там варят великолепное железо, как я слышал — а значит, и куют хорошее оружие.
— Что ты можешь знать об оружии, а тем более о хорошем? — Иронично спросила она — то, что вы называете оружием, это всего лишь железяки. А наше же оружие, может поражать запахами, лучами и ветрами.
— Ого! — Притворно удивился я — как страшно! Но я принадлежу к жрецам Верховного Бога, тоесть Творца, так что оставь, эти все, страшилки для местных недотеп.
Она насторожилась, даже руку чуть приопустила:
— А откуда ты сам? Где твой храм, в котором ты жрец?
— Я издалека. Отсюда не увидишь, даже если будешь смотреть из летающей ладьи. А храм мой всегда со мной, потому, что он во мне.
Она чуть задумалась, а потом из ее руки вылетела светящаяся сеть, само собой не видимая обычному человеческому глазу. За пару мгновений мне предстояло решить — дать себя оплести, или же предпринять что-то другое.
Быстро кинув Куру, мысленное указание, я выбрал первое. Сеть упала и оплела меня, крепко спеленав, своими тонкими, словно паутина нитями, в крепости которых, я почему-то не сомневался.
Нин-Хур-Сати, что-то покрутила на пряжке своего пояса, затем преспокойно взвалила меня на плечо, словно охотник добычу, и, поднеся к губам, небольшой рог протрубила-просвистела. Но звук был так тонок, что скорее напоминал противный писк комара. Она неспешно двинулась вдоль, низкого берега, а через некоторое время, с неба послышалось монотонное гудение. Как ни пытался я что-либо разглядеть, но ни чего не увидел, кроме золотого сияния вокруг себя. Это меня серьезно взволновало — мое магическое зрение явно было блокировано. Но, ни чего, главное я попаду, в один из священных городов "богов" этого мира. И что самое главное в сопровождении самой, надеюсь милосердной богини. Хотя она, и везла меня, как захваченный образец для опытов.
Я попробовал связаться с Куру, к удивлению наш с ним канал мыслесвязи, был прочен, и по какому-то наитию, некая часть во мне указала ему путь в дальние части, громадного материка. В далеком северном краю, я не чувствовал никаких накопителей, и если те места, и были обитаемы, то там жили, дикие, почти звериные племена-общины. Там, они спокойно дождутся меня, пока я буду играть роль куска мяса для экспериментов.
Пока мы летели, уж не знаю на чем, или в чем — звуков, я почти не слышал, чувствовалась только небольшая вибрация, ко мне не прикасались. Но вот гудение опять усилилось, потом почувствовался мягкий толчок, и меня куда-то понесли. Здесь блокировка почти исчезла, можно было смотреть как обычным человеческим зрением, так и магически. Я почувствовал, как оплетающая меня сеть ослабла, а затем и вовсе исчезла. Мы оказались перед, витой лестницей, ведущий вниз, Нин-Хур-Сати стояла рядом, держа в руке светящийся шнур, другой конец которого обхватывал мое горло.
— Надумаешь дергаться — он начнет затягиваться — холодно предупредила она. — И колдовство не поможет.
Меня окатило ознобом от такого холодного голоса, больше, чем от перспективы быть удушенным. Там, у ручья, казалось, была совсем другая девушка, да и говорила иначе — видимо здесь так надо. Сразу же захотелось проучить эту неведомо сколько, живущую девицу. Но потом злость прошла, и мои желания перетекли в другое русло. Захотелось растопить лед в ее сердце и голосе, а саму ее укротить и приручить, словно дикую кошку.
— Ступай за мной, и не вздумай своевольничать — тем же холодным голосом скомандовала богиня.
Она повела меня вниз, по этой длинной извилистой лестнице, которая чередовалась, с такими же длинными, переходами и коридорами. И я пошел, думая о том, как меня достали, все эти города и селения, и магия, в которой все теперь построено на других терминах и правилах. Где теперь те миры, в которых любое место это твой дом? Небо одеяло, а свободно текущая Сила, часто видна почти обычному глазу, и выглядит светящимися потоками, в которые можно войти и перенестись, куда угодно? Я потряс головой, стараясь отогнать воспоминания, и шею тут же, сдавила удавка.
— Я же сказала, не дергайся! — Зло прошипела Ниса, как я мысленно окрестил ее для краткости, а то уж больно длинное имя, у этой богини.
Она остановилась перед глухой стеной, щелкнула пальцами, и та медленно истаяла, образовав широкий проход в громадный зал. Зал был настолько огромен, что не было видно, ни дальней стены, ни потолка. Мягкий свет освещал его, выхватывая из тени, стоявшие повсюду, прямоугольные столы, клетки и короба.
По бокам от входа, застыли стражи, я посмотрел на них, и вздрогнул — они выглядели обычными людьми только до головы, а сами же головы были лягушачьими.
Ниса видимо почувствовала мою реакцию, и, обернувшись, с усмешкой сказала:
— Не надо так содрогаться! Людей здесь никто не изменяет и не калечить. На тяжелых работах, не хотите трудиться даже вы смертные, вот и приходиться выводить новые виды, для различного предназначения. Вот посмотри — и она повела ладонью по воздуху, словно давая кому-то повелительный указ.
Спустя короткий промежуток времени, перед ней стали появляться, различные существа. Вначале это были ряды тех, кто имел человеческие тела, но был с головами различных животных, рептилий, и даже птиц. У многих в глазах светился интерес, они явно обладали некой долей разума.
Я стоял пораженный, не находя особых следов от воздействия магией.
— Ну, как тебе наши творения? — Поинтересовалась Ниса.
— Впечатляет — тихо ответил я.
— Это еще не все. Сейчас покажу еще — богиня вновь повела рукой по воздуху.
А я заметил, как оживает ее каменное лицо, в голосе появляются другие нотки, и мне вдруг, стало, ее жаль. Само собой, напрашивался вывод, что ей не с кем поделиться своими достижениями, рядом нет тех, кто действительно оценит и поймет. Поймет, что это, не извращенные эксперименты зарвавшейся богини, а отчаянные попытки создать безмозглое, не ропщущее, не страдающее существо, которое будет трудиться на тяжелых работах.
— Мы начинали все это, вместе с братом, тогда у него находилось для этого время — грустно сказала она — моего личного вклада, здесь, не так уж и много. Почти все эти опыты, провалились, ибо особи, полученные таким путем, не могут размножаться, поэтому все заброшено.
Тем временем, перед нами появлялись другие существа — у них были тела животных, а головы людей, но разум в их глазах почти отсутствовал.