Кулак изо льда врезался в скрещенные клинки, разбивая те на мелкие праховые осколки, а затем попал и по владелице. Ударная волна разметала мелкие и огромные обломки балкона на несколько метров вокруг, а сама Синдер на неуловимой для глаза скорости пробила своим телом несколько стен.
Хранитель, не теряя времени, проследовал за ней, окончательно разрушая одну из несущих стен. Угол здания академии попросту обвалился, чудом не погребя под собой остальных сражающихся охотников.
Во дворе академии уже вовсю шло сражение. Белый Клык отчаянно отбивался из укрытий, изредка огрызаясь очередями в ответ. Они явно ждали подкрепления, и оно должно было прибыть с минуты на минуту. А в центре всего этого хаоса стоял Хастел, удерживая за горло над землей лидера предателей. Адам Таурус молил о пощаде, и это было шоком для всех его бойцов. Они с ужасом смотрели на то, как отчаянно вопил тот, кто собрал их здесь, тот, кто повёл их в бой. Они уже не были уверены в его словах о том, что он никогда не побежит с поля боя. Но оба Астиллеса знали, что все это — просто грамотно поставленная сцена в большом театре Хастела, где актеры идеально исполняют свои роли. А зрители прониклись настолько, что больше половины из них просто побросало оружие.
Мельхиор навис над беспомощно лежащей Синдер, смотря на нее без тени былого превосходства. Можно было бы сказать, что Хранитель был зол, однако это не было правдой. Он более не испытывал злобы по отношению к Синдер. Словно человек, что смотрит на муравья под своими ногами. И это заставляло Фолл беззвучно кипеть от гнева. Больше всего она ненавидела именно этот взгляд. Но в следующий момент Синдер почувствовала то, чего не ощущала уже очень давно — страх.
Если раньше серебряные глаза смотрели с долей пренебрежения, то теперь из них вообще ускользнул всяческий интерес. Словно мясник на скотобойне, разделывающий очередную тушу. И Синдер дрогнула под этим взглядом. Взглядом, отражающим всю долгую жизнь Хранителя Равновесия.
— Давай! Добей меня, ублюдок! — Вскричала она в истерике, но в следующий момент лезвие меча со свистом снесло её нижнюю челюсть. Раздался визг, полный боли, когда Хранитель, давший клятву на собственной крови, начал вершить свою Холодную Месть. Именно сейчас он показал, почему является главным среди братьев не только по праву старшинства.
Следующей была левая рука, её Мельхиор отсек по локоть, так же, как она поступила с ним когда-то. Конечность отделилась от тела, мгновенно истаивая в голубоватой дымке, поглощаемой Мельхиором. Затем Хранитель лишил Синдер правой руки, точно так же ту поглотив. Ноги были следующими. Оставшись без конечностей, Фолл выглядела по настоящему жалко, и дабы она и дальше не оскверняла его взор своим существованием, он попросту снес её голову с плеч. Все тело бывшей слуги Салем растворилось в голубой дымке, что тотчас втянулась в грудь Хранителя. Уровни росли, как на дрожжах, пока Хранитель поглощал саму силу Девы Осени, расщепляя её на простую магическую энергию и многократно усиливая это тело. Создание Дев было ошибкой Озмы, поставившей под угрозу все человечество. И теперь одна из них перестала существовать.
Но главным было вовсе не это. Парень поднял перед собой ладонь с пульсирующим на ней грязно-серым сгустком. Душа Синдер Фолл сейчас была в его руках, и он был волен распорядиться ей, как пожелает. Логично было бы попросту поглотить ее, превратив в дополнительный источник, вырабатывающий ману до самого своего разрушения. Но это путь Демонов Хаоса, а не Хранителя Равновесия, поэтому Мельхиор поступил иначе.
Все так же безразлично, он смерил душу взглядом, а затем развоплотил ее, вложив всю энергию падшей души в одно заклинание. Рубанув по культе, дабы оголить плоть, он применил, наверное, самое мощное заклинание исцеления, которое когда-либо использовал. Заклинания, подпитываемые от чужих душ всегда невероятно сильны, и именно поэтому там, где недавно был обрубок руки, за несколько секунд из воздуха соткалась целая, абсолютно новая конечность. Не без боли, но все же, рука заняла свое положенное место.
Он собрался возвращаться к остальным, но стоило ему обернуться и сделать шаг, как он тут же остановился. Взгляды двух пар серебряных глаз пересеклись. Руби смотрела на него, ни капли не удивляясь, но выглядела при этом довольно уставшей и несколько подавленной. На её щеках в свете пламени и редких выстрелов блестели две дорожки слез — она все еще была в шоке из-за Вайсс. И лишь один вопрос сорвался с её уст:
— Мельхиор… Кто ты такой?
Комментарий к Глава 62
Какая ДУШЕЩИПАТЕЛЬНАЯ глава! Бу-ум! *звук упавшего микрофона*
========== Глава 63 ==========
— Мельхиор… Кто ты такой? — Тихо спросила Руби, смотря прямо на того, кого без сомнений могла назвать одним из самых дорогих людей в своей жизни. Более того, она даже знала, что это чувство взаимно. И именно это знание порождало в ней простой вопрос. Почему? Почему он продолжает утаивать от нее свое прошлое. Она давно начала подозревать, что Мельхиор скрывает что-то очень важное, и Руби думала, что он достаточно ей доверяет, чтобы рассказать. И теперь, когда она решилась спросить, он просто молча смотрит на нее, сжимая внезапно отросшую руку в кулак.
Она бросилась за ним, стоило ей увериться в том, что Жон действительно помогает Вайсс, вливая в нее свою Ауру. Пирра осталась рядом, чтобы перевязать рану.
— Я… — Впрочем, Хранитель всегда умел ловко выкручиваться из щекотливых ситуаций. Это же он сделал и сейчас. Вместо того, чтобы договорить, он просто упал на асфальт, тяжело дыша.
— Мельхиор! — Роуз хотела тотчас броситься к нему, а перед глазами встали воспоминания о ранении Вайсс и момент, когда Синдер с силой ударила Астиллес об стену. Нет, она не могла потерять их двоих!
Но ее все опасения развеялись, когда парень, лежа на спине, поднял вверх абсолютно целую руку. Показывая большой палец, он сообщил, что все в порядке. Мельхиор лежал молча, прикрыв глаза, и Руби начала волноваться, когда прошла уже минута без всякого движения с его стороны. Казалось, он просто заснул.
— Руби… — Сдавленным голосом неожиданно прошептал он, заставив девушку вздрогнуть. Через Узы Душ, она ощущала отголоски его переживаний, терзающих и ее душу тоже. —… А ты знала, что я тебя сильно-сильно люблю?
— Что? Мел… Нет! Не разговаривай, не трать силы, — Глаза ее в ужасе расширились. Отчего-то ей вспомнился бред Кроу, когда тот медленно умирал от яда Тириана. Если с Мельхиором происходило то же самое, то ему немедленно нужна была помощь. Руби огляделась по сторонам, надеясь найти хоть кого-то. Очень вовремя она увидела Хастела, который, держась за поврежденный шальным выстрелом бок, спешно ковылял в их сторону.
— Руби, с Вайсс все в порядке. Она пришла в сознание. Что у вас ту… — Хастел, в миг забыв о боли в ребрах, бросился к Мельхиору, и похлопал его по щеке. — Не-ет… Нет-нет-нет-нет! Мельх, слышишь меня? Братан, держись. Не теряй концентрацию!
— Х-хастел, что случилось? Что с ним? — В ужасе, спросила Руби, коря себя за то, что не способна хоть как-то помочь. Она суетилась рядом, оглядывалась по сторонам, но все еще не могла сделать хоть что-нибудь.
— Он поглотил слишком много магии, и теперь у него своего рода передозировка, — Тихо проговорил парень, не отвлекаясь. — Идиот! Знал же, что для него это слишком!
— О-о чем ты? — Испуганно вопрошала Роуз. Она видела, как сияют призрачным голубым светом глаза Астиллеса, скрытые веками. Видела она и то, как в смольных волосах ее возлюбленного начинают виднеться редкие молочно-белые волоски, по которым, подобно импульсам, пробегают всполохи магии.
— Сейчас он борется. Он все еще в сознании, но ему трудно держаться, — Пояснил Хастел, начав проводить какие-то странные манипуляции над его телом. Спустя пару минут Мельхиор сумел нормально вдохнуть, почувствов заметное облегчение. — Если он сейчас потеряет концентрацию, то произойдёт магический выброс такой силы, что все в радиусе полукилометра превратится в ледяной ад. Он, черт возьми, поглотил силу Девы Осени, а это, на минуточку, сила, в потенциале, способная уничтожать целые королевства! Мельх, ты редкостный придурок. Терпи теперь.
— Как и… Всегда, — Тихо прошептал он, сквозь крепко стиснутые зубы, а его голос заметно дрожал. Взгляд Хранителя прояснился, и он обратился к Руби. — Можешь меня ударить, если засну.
— Как ты себя чувствуешь? Ты главное держись, ладно? Не умирай, — Проговорила девушка, вызвав у Хастела ироничную усмешку. Она аккуратно приобняла его, а он в свою очередь, потянулся к ее голове, чтобы как и раньше растрепать ее волосы.
Какое-то время они провели в тишине, и Руби показалось, что редкие переглядывания Хастела и Мельхиора несут в себе какой-то смысл, словно они ведут безмолвную беседу.
— Уверен? Меня, если что, потом не вини, — Невесело усмехнулся Хастел, продолжая разделять с братом часть ментальной нагрузки.