Она была Кирианом…
Лицо Кириана было покрыто пятнами крови, пота и грязи, его длинные волосы, перетянутые кожаным ремешком, растрепались. Три длинные, тонкие косички ниспадали с его левого виска до середины груди. Мужчина был просто великолепен в своей абсолютно человеческой красоте.
Его темно-зеленые глаза победно искрились, а осанка выдавала в нем человека, которому не было равных. Человека, рожденного для величия.
Кириан поднял кубок с вином и обратился к воинам в его палатке.
— Я посвящаю эту победу Юлиану Македонскому. Я знаю, что где бы он ни был, он смеется над поражением Скипио.
Мужчины одобрительно взревели.
Кириан отпил из кубка и повернулся к старому воину.
— Жаль, что Валериуса не было вместе со Скипио. Я так мечтал встретиться с ним лицом к лицу. Но не важно. — Он повысил голос так, чтобы все, кто собрались внутри, могли услышать его. — Завтра мы пойдем на Рим и поставим эту стерву на колени.
Раздались крики согласия.
— На поле боя, с мечом в руке, ты непобедим, — произнес Димитрий благоговейно, — Завтра в это время, ты станешь правителем всего мира.
Кириан покачал головой.
— Андрискус станет завтра правителем Рима. Не я.
Старый воин выглядел ошеломленным, а затем склонился к шее Кириана и понизил тон так, чтобы его смог услышать только он.
— Есть те, кто считают его слабым. Те, кто поддержат тебя, если ты решишь…
— Нет, Димитрий, — мягко прервал его Кириан. — Я ценю это, но я поклялся вести армию Андрискуса, и буду следовать этой клятве до самой своей смерти. Я никогда не предам его.
Выражение лица Димитрия отражало его замешательство. Он не знал, стоит ли поаплодировать верности Кириана или проклясть ее.
— Ты единственный мужчина на свете, которого я знаю, способный отвергнуть возможность править миром.
Кириан рассмеялся.
— Королевства и Империи не приносят счастья, Димитрий. Только любовь хорошей женщины и дети могут сделать это.
— И битва, — добавил Димитрий.
Улыбка Кириана стала еще шире.
— Это кажется правдой, по крайней мере, сегодня.
— Генерал?
Кириан повернулся на голос, увидев мужчину, прокладывающего себе дорогу сквозь толпу воинов.
Солдат протянул ему запечатанное письмо.
— Это принес посыльный. Его обнаружили сегодня у римского гонца.
Забирая письмо, Кириан увидел на внешней стороне печать Валериуса Младшего. Он с любопытством открыл конверт и начал читать, и с каждым словом его паника возрастала. Сердце стучало все сильнее и сильнее.
— Моего коня! — заорал он, выбегая из переполненной палатки. — Оседлать моего коня.
— Генерал?
Кириан повернулся к своему заместителю, последовавшему за ним. Он взволнованно нахмурил старую усталую бровь.