Кириан заскрежетал зубами, когда та приблизилась. Законы Темных Охотников позволяли ему защищать себя от людей, если те хотели навредить ему, но он не мог заставить себя тронуть ее, особенно когда она была беременна. Она все еще была маленькой девочкой, хотя и не подозревала об этом.
— Зачем ты разрушаешь свою жизнь, связавшись с ним? — спросил Кириан, пока она стягивала его ботинки.
— Когда ребенок родится, он сделает меня бессмертной.
— Это не в его власти.
— Ты лжешь. Все знают, что вампиры могут подарить или отнять жизнь. Я хочу быть одной из вас.
Так вот как Десидериус вербовал своих человеческих помощников.
— Ты никогда не сможешь стать одной из нас. Он убьет тебя, как только покончит с этим.
Она рассмеялась ему в лицо.
Десидериус поцокал языком.
— Все еще пытаешься защитить ее, даже когда она готовит тебя к убийству. Как мило. Скажи мне, за своих римских братьев ты тоже так переживал?
Кириан бросился на Десидериуса всем телом.
Из тени выступил Даймон с огромным молотком. Кириан замер, узнав его. Он не видел эту вещь более двух тысячелетий.
— Да, — сказал Десидериус, походя ближе к Кириану. — Ты знаешь, что это, не так ли? Скажи мне, ты помнишь, что чувствовал, когда Валериус ломал им твои ноги? — Даймон склонил голову набок. — Нет? Тогда позволь мне освежить твою память.
Кириан сжал зубы, когда Десидериус опустил молоток на его левое колено, мгновенно раздробив кости. Поступив также и с правым, Даймон осмелился встать перед ним.
Кириан удерживал свой вес на руках. Он пытался опуститься на ноги, но боль делала это невозможным.
Десидериус улыбался, протягивая молоток обратно принесшему его Даймону. А потом вытащил что-то из кармана.
Ярость затопила Кириана, когда он узнал древние римские гвозди, которые они использовали для распятия на кресте.
— Скажи мне, Темный Охотник, — произнес Десидериус с ухмылкой, — хочешь, я уложу тебя на ночь?
ГЛАВА 12
Аманда внезапно очнулась. У нее ушла целая минута на осознание того, что она заснула в палате Табиты, прислонившись к Нику. Ее мать спала на кушетке, которую привезли работники больницы, а она и Ник заняли два неудобных кресла у двери.
Табита все еще спала на кровати, на которой доктора решили подержать девушку до утра, чтобы понаблюдать за ее состоянием. Злобный Даймон оставил на щеке Табби длинный порез, который превратится в ужасный шрам. Синяки и раны покрывали ее тело, но врачи заверили их, что Табита выздоровеет.
Сестры уехали домой по настоянию матери, но Аманда осталась на случай, если кому-то из них что-нибудь понадобится. С колотящимся от страха сердцем она подняла голову, когда ее отец вернулся в палату с двумя стаканчиками кофе. Один он протянул Нику.
— Возьмешь мой, Котенок? — спросил он у Аманды, протягивая ей стаканчик.
Доброта отца заставила Аманду улыбнуться, а потом она вспомнила свое видение.
— Все в порядке? — спросил отец.
Девушка глядела на Ника, а сердце ее выпрыгивало из груди.
— Кириан в беде.
Ник рассмеялся, прежде чем глотнуть кофе.
— Это был просто сон.
— Нет, Ник. Он в опасности. Я видела его.