Кафе на Лесной улице: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Вот теперь всё встало на свои места…

Из-за аномалий дальняя связь не работала, а местная сеть «подцепила» телефоны только недалеко от столицы. Поэтому путешественники, как только появилась возможность связаться с Алехито, ограничились коротким: «Всё в порядке», пообещав рассказать подробности уже дома.

Алехито ждал Чарского и жену в кабинете. Тамаш начал прямо с порога:

— Мы разобрались! Помнишь, ты говорил: «Спросите, кому это выгоднее всего, и я скажу, кто виновен»? Так вот, правильнее было бы спросить: «С чего всё началось?» А началось всё именно с моего ассистента. Он соблазнил дочку этого самого Лорки. Когда же про их роман узнали родственники, то отец не придумал ничего лучше, чем замаскировать пятно на репутации обвинением в краже. Неудивительно, что парень испугался и сбежал. За кражу тюрьма ему грозила лет на пятнадцать, не меньше. А командир гарнизона, дурак набитый, решил местных по носу щёлкнуть. Он-то знал, что на самом деле балбес чист: дурочка эта, Лорка, как раз недавно справила совершеннолетие. Потому спокойно незадачливого донжуана на базе и спрятал.

— Может, ты и прав, — каким-то потерянным голосом ответил Алехито. — Но могли и просто воспользоваться подвернувшимся поводом.

— Ага, — жизнерадостно кивнул Тамаш и плюхнулся в свободное кресло. — Все так подумали. Меньше романов надо читать, меня именно книжная мелодраматичность и насторожила: добрые колонисты борются против жадности корпораций. Да и эксперты тоже хороши. Если бабахнуло — то обязательно что-то с армейских складов спёрли. Ничего другого даже не хотят видеть.

Алехито пожал в ответ плечами, мол, они эксперты — им виднее.

— Я ведь говорил, что ещё тогда связался с химиками из вашего университета? И они мне набросали список, что там могло гореть. Даже самые невероятные варианты. Мы с Литой уже на обратной дороге по списку ещё раз прошлись. Знаешь, есть у вас тут одно интересное растение. Из него сок добывают, который потом очень во многих областях промышленности используется. Даже экспортируете.

— Знаю.

— А ещё Лита вспомнила, что этот самый сок может стать компонентом одного галлюциногена, поэтому на экспорт идёт только в обработанном виде. Тот самый особняк в центре пожара, судя по всему, был местом, где товар готовили к нелегальному вывозу. Место, кстати, подобрано идеально. С одной стороны, район очень респектабельный, потому полиция следит тщательно. Но частыми проверками жильцов не беспокоит. С другой — из-за аномалий вы тут пользуетесь наземным колёсным транспортом, а дороги вынуждены прокладывать как получится, даже сквозь самые престижные кварталы.

— Полиция в таких случаях следит только по маячкам и только за перемещением машин, — понимающе кивнул Алехито. — Оружие или взрывчатку детекторы на въезде выявят, а остальное, например, контрабанда, не их забота. Но…

— При чём тут сок? В общем, дура эта, дочка вашего Лорки, забеременела. И как мне объяснили, аборты у вас на Лазури разрешены только по медицинским показаниям. Вот один из братьев и решил отомстить. Подкинуть в дом, где я сейчас живу, какую-то местную дрянь, очень вонючую — такую, что здание потом проще снести. Но в темноте район перепутал, сам говорил, что не местному это запросто. А дальше встретились человеческая глупость, алчность и стечение обстоятельств. Я так подозреваю, что контрабанда уже на орбите смешивалась с легальной партией. И чтобы на промежуточных станциях не заметили, фальшивые контейнеры закатывали в особый пластик. Просто сложи все компоненты в кучу и подожги — будет только облако дыма, но, видимо, что-то на подпольном производстве сработало как катализатор… Я не специалист в области физической химии, но мне сказали, что там уже не горение, а какой-то другой процесс пошёл.

— Челнок тот непонятный принадлежал хозяевам дома. Испугались расследования, — вставила Лита, — и сбежали.

— Да, да. И с начальником гарнизона мы тоже из-за этой несуществующей взрывчатки ошиблись. Просто балбес, которому показалось, что он увидел возможность выслужиться. Сначала бумаги нашей экспедиции, потом драка в порту — и он спасает граждан Империи от туземцев-дикарей.

— Это ты всё хорошо распутал, — тусклым голосом ответил Алехито, как-то внезапно постарев. — Только поздно. Пока вас не было, стычка с солдатами всё-таки произошла. Сегодня утром в систему вошёл транспорт «корпуса миротворцев» вместе с эскортом. А планетарный Сенат официально назвал это вмешательством во внутренние дела и перевёл противокосмическую оборону в готовность «ноль». Как только в стратосфере сожгут первый десантный бот, бойню уже не остановить.

— Межзвёздная связь ещё работает? — Тамаш всем своим жизнерадостным видом прямо-таки демонстративно подчёркивал, что мрачных прогнозов друга не разделяет. Да и Лита, к удивлению мужа, смотрела на Чарского с затаённой надеждой.

— Работает. Но толку-то? До людей, способных всё прекратить одним словом, за оставшиеся три-четыре часа мы не доберёмся. Даже если успеем убедить председателя Сената и воспользуемся его именем.

— Что-то подобное я и предполагал, — усмехнулся Тамаш. — Потому, как только мы оказались в зоне действия связи, заказал один разговор. Помнишь, я упоминал, что недавно совершенно случайно обзавёлся в Адмиралтействе довольно необычным знакомством?..

Внезапно в кармане рубашки запиликал телефон, и густое контральто компьютера, знакомое всем, кто хоть раз пользовался услугами межпланетной гиперсвязи, сообщило, что абонент ожидает на линии. Тамаш подмигнул друзьям, вставил в ухо гарнитуру, и по комнате поплыли слова:

— Адмирал? Здравствуйте. Для начала хотел бы поблагодарить вас лично. Да, конечно. Но сейчас я звоню немного по другому поводу. Дело в том, что только вы ещё успеете остановить неприятности, которые по стечению обстоятельств вот-вот могут начаться на Синей лазури. Потому что мы здесь, увы, поняли причину слишком поздно и своими силами решить вопрос уже не в состоянии…

Закончив разговор, Тамаш спрятал телефон с наушником в карман, широко улыбнулся другу и сказал:

— Ага. Верно догадываешься. Тот самый Александр Рот. Потому уверен — уже через полчаса транспорт возьмёт курс обратно. Не зря говорят, что правильный вопрос составляет половину ответа.

Имя для Бога

«В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог». А какой он — Бог? В детстве, когда я спрашивал, все мне отвечали по-разному. Батюшка из церкви неподалёку показал икону, пастор Клаус подарил красивые комиксы с ангелочками и Христом. Жили в нашем тихом городе и евангелисты, и мусульмане со своим неизображаемым богом. Была даже община кришнаитов, которые считали своего бога многоликим и каждый раз рисовали его иначе. Но у всех бог был какой-то ненастоящий — словно каждый, кто пытался рассказать мне о нём, старался вложить частичку себя, сделать бога по своему образу и своему подобию…

Серж стоял на горячем бетоне Новой Терры и счастливо улыбался, рассматривая бесконечные плиты до горизонта и корабли, причудливо разбросанные по взлётному полю космопорта. Наконец-то солнце и свежий воздух — пусть воняет гарью и техникой, зато не многократно профильтрованная и идеально сбалансированная дыхательная смесь сухогруза, которой он дышал последние два месяца. Увы, денег на нормальный билет не было. Даже на место в идущей на Новую Террумногоцелевой грузовой барже хватило денег только потому, что капитан сделал земляку скидку как неплохому повару: слишком уж обрыдло экипажу питаться семью продуктовыми наборами, рекомендованными ассоциацией транспортников и заложенными вкиберкока.

В те дни, когда полёт становился совсем уж невыносимым, Серж начинал жалеть, что дал этой крысе-капитану в морду… Глядишь, и не уволили бы с позором, без наград и пенсии. И не лишился бы красавец-сержант заветных звёздочек и звания младшего лейтенанта, приказ на которое уже был подписан…Но приступ хандры проходил, и Серж начинал жалеть о своей несдержанности иначе: в спину надо было стрелять этой сволочи, в первом же бою — в спину или в голову. Уж у мастера-снайпера возможностей хоть отбавляй… А так получился двадцатишестилетний оболтус, который умеет только стрелять. Да ещё взрывать, хотя стрелять, конечно, лучше. И куда ему теперь? С «волчьим билетом» только домой, вкалывать на заводе или работать охранником. Нет уж. Ни! За! Что! Да и не тянет на сонную жизнь обывателя — в детстве нахлебался.

Зато сейчас, когда он стоял на земле Новой Терры, жизнь казалась прекрасной. Всё-таки удачно ему позвонил Руди, сокурсник по учебке. Узнав, что Серж «на берегу», он позвал приятеля в Серый Легион. Конечно, будь это любое другое наёмное подразделение, Серж сразу бы отказался — слишком брезгливо относился профессиональный военный к «солдатам удачи». Но Легион всегда стоял особняком: за смердящие дела не брался, привлекал лучших — и мог выбирать нанимателя. Чем и пользовался, соблюдая свои, пусть необычные, зато нерушимые понятия о чести и порядочности.

Размышление прервал небольшой автобус, подъехавшийк кораблю за экипажем. Серж мгновенно подобрался, благодушное настроение как рукой сняло: конечно, Руди обещал замолвить словечко, да и хорошие снайперы на дороге не валяются… но и расслабляться перед потенциальным нанимателем не стоит.

«Неисповедимы пути господни», — любил говорить Клаус. А старик турок, к которому мы лазили в сад за сливами, глядя на помятые розы, только вздыхал: «Кисмет»[7]. — «А как же свобода воли?» — смеялся я, когда вырос. Ведь ваш бог наделил каждого правом выбора, даже если люди и использовали его по своему разумению. Много позже я понял: Господь действительно ведёт нас. Только не так, как думают некоторые, не творит предначертанное — а лишь задаёт вопросы, на которые человек сам должен дать ответ…

[7] Кисмет (араб. «наделение») — то, что предназначается, определяется каждому провидением.