— Если бы я звучал ненатурально, мы бы сейчас с вами не разговаривали.
Нардо сощурился:
— А как же насчет расстрела в Порт-Оторити?
— В каком смысле?
— Вы грохнули там какого-то бомжа, потому что он напоминал вашего пьющего папашу.
Гурни улыбнулся.
— Что здесь смешного?
— Две вещи. Во-первых, я никогда не работал в Порт-Оторити. Во-вторых, за двадцать пять лет в полиции я ни разу не стрелял из своего пистолета.
— То есть это все чушь собачья?
— Мой отец действительно пил, это… сложная тема. Он все равно что постоянно отсутствовал, даже когда был рядом. Но убийство какого-то случайного бедолаги не исправило бы ситуацию.
— Ну и какой был смысл гнать эту пургу?
— Смысл в том, что мы в результате имеем.
— Чего?..
— Господи, лейтенант, да я просто пытался отвлечь его и тянул время, чтобы вы успели что-нибудь сделать с помощью чертовой бутылки.
Нардо тупо уставился на него, будто информация перестала помещаться в его мозгу.
— А то, что мальчишку переехала машина, — тоже пурга?
— Нет. Это правда. Его звали Дэнни. — Голос Гурни стал хриплым.
— И водилу так и не поймали?
Гурни покачал головой.
— Никаких зацепок?
— Один очевидец сказал, что машина была красной «БМВ», что она весь вечер стояла напротив кабака, и когда из кабака к этой машине подошел хозяин, он был откровенно пьян.
Нардо задумался:
— И что, никто в баре не дал наводки?
— Его там никто не знал, он пришел впервые.
— Давно это было?
— Четырнадцать лет и восемь месяцев тому назад.
Они несколько минут помолчали, затем Гурни не спеша, тихим голосом продолжил:
— Я отвел его на детскую площадку в парке. По тротуару мимо шел голубь, и Дэнни пошел за ним. Я думал о своем, об убийстве, которое тогда расследовал. Голубь сошел с тротуара на дорогу, и Дэнни за ним погнался. Когда я понял, что происходит, было слишком поздно. Его сбили.
— У вас есть другие дети?
Гурни помедлил с ответом.