Тимофей подсадил девушку в седло на своего коня, сам запрыгнул следом. Едва Юля оказалась в кольце рук Тимофея — чтобы не упасть — опять покраснев, но всё рано покрепче прижалась. Дело можно было считать выигранным… и от этого Тимофею почему-то было одновременно и радостно, и противно, и тоскливо на сердце.
Глава 6
Когда вдалеке показался парк при особняке, Юля окончательно смутилась и попросила:
— Можно я пересяду? Нехорошо как-то.
Тимофей не стал торопить события и пересадил девушку обратно на собственную лошадку. Разве что в конюшне помог девушке выбраться из седла. Показал на скамеечку в углу.
— Посиди пока здесь. На первый раз отдыхай. На будущее, за лошадью всадник по возвращении ухаживает сам. Конюхи помогут, но не больше.
Юля кивнула. Сначала радостно — можно спокойно растечься по ровной неподвижной поверхности и не шевелиться. Полчаса спустя, судя по лицу, она уже явно пожалела, что отказалась: от долгого сидения и безделья тело затекло и ещё больше задеревенело.
Когда молодые люди зашли в дом, часы на стене гулко отбили пять часов. И сразу же в ответ в животе у девушки голодно заурчало: обедали они давно и не очень плотно. Тимофей понимающе кивнул. Поймал в коридоре первого попавшегося лакее и через него приказал:
— Скажи на кухне, чтобы готовили нам ужин, — дальше легонько коснулся Юлиной руки, привлекая внимание. — А мы пока успеем сполоснуться и переодеться.
Едва оба зашли в его апартаменты, Тимофей показал на одну из гостевых спален:
— Раз уж ты теперь будешь жить вместе со мной, это твоя комната. Там есть ванная. Ещё раз обещаю не подглядывать и без стука не входить.
И ушёл довольный. Горячая вода, усталое тело блаженствует, расслабилось. Девушка выйдет из ванной умиротворённая душой, а дальше будет видно — пора ли делать следующий шаг, или ещё рано. Уже когда он отдавал лакею приказ насчёт ужина, сердце ещё раз кольнуло сожаление: всего за один день Юля умудрилась запасть в душу. Встреться они в других обстоятельствах… Но сразу же Тимофей эти мысли отогнал подальше. И дело отнюдь не в том, что она крепостная из спорт-центра. С их деньгами нужному человеку купить новую биографию несложно. Вот только раз он хочет занять место отца, то обязан заодно и нести ответственность за всех. И за служащих, и за крепостных. Потому жену вынужден будет подбирать себе умную, жёсткую, с хваткой — способную стать надёжной опорой в делах. Способную стать членом семьи, а не обузой, как младшая сестра. У Юли же, как он сегодня убедился, характер мягкий, склонный к переменам и перепадам настроения. Она очень умна, но легко пойдёт за любым, кто её поведёт. Нежная любовница и преданная служанка — но не больше.
Как и обещал, в комнату Тимофей вошёл, предварительно постучавшись:
— Можно.
— Да-да. Пожалуйста.
Перед собой парень вкатил небольшой столик с ужином. Юля уже переоделась в халат и ждала. При виде гостя опять порозовела — Тимофей подумал, что ей это идёт — но подвинулась, приглашая сесть рядом с собой на кровать, а не на стул.
Следующие полчаса оба болтали о всяких пустяках, обсуждали сегодняшнюю прогулку… Тимофей понял, что его расчёты полностью сработали. Пора. Сопротивляться девушка не будет, скорее наоборот — она весь день про это думала и внутренне согласилась. Но и торопиться нельзя. Дядя Саша прав: мужчин в её жизни не было, похоть и грубость именно сейчас, после романтического дня оттолкнут надёжнее изнасилования. Поэтому Тимофей лишь осторожно Юлю приобнял, нежно прижал к себе, погладил по волосам: после душа ещё влажным, шелковистым, с запахом персика. По телу девушки пробежала волна дрожи, то ли от страха, то ли от возбуждения, но она не отстранилась. Тимофей осторожно поцеловал ключицу, дальше шею, и, наконец, коснулся рта губами.
Поцелуй вышел жаркий, неожиданно сильный и умелый. Тимофей ещё успел подумать: где Юля так могла научиться?.. Как понял, что девушка изменилась. Парня не зря тренировали бойцы из отцовской охраны. Пальцами, каждым миллиметром кожи он почувствовал — в его объятиях теперь не домашний котёнок, а тигрица.
— Умный мальчик. Насчёт прогулки сам догадался, или подсказал кто? — в голосе завибрировали властные интонации.
Первым желанием было отпрыгнуть, может даже позвать охрану. Вместо этого Тимофей, не выпуская девушку из объятий, осторожно и нежно коснулся губами её уха, прошептал:
— Не знаю, кто ты теперь, но всё равно мне нравишься. Давай знакомиться заново? Итак, я Тимофей.
Несколько секунд царило молчание, потом девушка высвободилась из объятий, но отодвигаться не стала. По-прежнему сидела рядом на кровати, прижимаясь коленка к коленке. Только на лице непонятно из-за чего мрачной тенью проступили тоска и усталость.
— Рада познакомиться. Её Высочество Юлике, принцесса дома Акалладер, второго Великого дома Юпитера. Беглянка и изгнанница. И чтобы поверил сразу…
Девушка схватила два лежавших на столе ножа для масла и метнула в дверь. Следом полетела одна из вилок. Тимофей удивлённо покачал головой: кинуть, чтобы все три штуки идеально точно вошли и застряли в узкой щели между дверью и косяком… Так сумеет не каждый боец из охраны.
— Ещё? Могу таблицу логарифмов наизусть зачитать или перечень марок стали для автомобильного двигателя. Или в тир спустимся?
Тимофей на это осторожно погладил девушку по волосам, улыбнулся и ответил:
— Не надо. Очень приятно. Юлике так Юлике. Так даже интереснее. А что про принцессу… Ты мне понравилась сама по себе. Если хочешь, можешь ничего не рассказывать. Я не буду настаивать.
— Что мне скрывать? — ответ прозвучал с отчаянием и горечью. — Я устала, я не могу больше, — на мгновение девушка замолкла, раздумывая, потом всё-таки продолжила. — Параллельных миров существует бесчисленное множество. Уже и не знаешь, где проходит главный ствол, а какие линии событий лишь крупные ветви со своими ответвлениями. Мы изобрели парахронион — аппарат для перехода между Вселенными. Остальные знакомые нам ветви такого уровня не достигли. Ну и тупики вроде вашего. Добыча ресурсов, скажем. Или как ваш мир — место для развлечения.
— В смысле тупики? — не понял Тимофей и специально демонстративно помотал головой. — И с какой стати мы место для развлечения?
Юлике деликатно, вверенными движениями, по всем правилам этикета — Тимофей машинально подумал, что бывшая гимнастка так точно не могла — взяла лежавшую на тарелке матерчатую салфетку и, развернув, положила на колени: чтобы предохранить одежду от капель и крошек. Дальше из разложенного набора выбрала именно правильный столовый нож и вилку для мяса. Разрезала кусочек говядины на тарелке, поддела вилкой и прожевала. Затем соизволила ответить.