В саду никого не было видно, и я наобум пошёл в восточном направлении, обходя грядки с каменной растительностью. Солнце сияло в самом зените, и теней почти не было. Грязно-оранжевая листва сливалась с цветом песка, и только под пальмами лежали небольшие круглые тени.
Обходя одну из пальм, я вдруг почувствовал, как чьи-то крепкие руки обхватили меня за плечи и повалили на землю. Через мгновение я увидел над собой чёрное лицо со свирепыми глазами. Поваливший меня человек что-то негромко крикнул на непонятном языке. Через несколько секунд надо мной склонилось ещё несколько чернокожих людей, и вдруг среди них появилось знакомое мне лицо!
— Мюрдаль! Пьер!
— Фернан!
Меня отпустили, и я встал на ноги, отряхивая песок.
— У вас это хорошо организовано, — сказал я смущённо, глядя на чернокожих людей. — Молодцы ребята…
— Как вы сюда попали?
Вокруг меня стали собираться темнокожие люди в коротких брюках цвета хаки, в куртках, с карабинами в руках.
— Да не стойте вы во весь рост, как на параде! — закричал Фернан. — А то вас перестреляют, как кроликов.
Все мигом присели.
— Не перестреляют, — сказал я. — Грабер капитулирует.
— Что-о? — удивился Фернан. — Как это капитулирует?
— А вот так.
Я протянул послание. Он прочитал записку, нахмурился и затем ещё раз прочитал её вслух.
— Понятно. Так оно и должно быть. Но мы их не выпустим!
Ничего не понимая, я уставился на Фернана. Значит, он знал, что Грабер должен капитулировать!
— Тебе обо всем расскажет мой помощник, Али Мохаммед. Мне в связи с таким поворотом дел необходимо отдать распоряжения.
Али Мохаммед, высокий, совсем чёрный парень, дружелюбно улыбнулся, обнажив ярко-белые зубы. Он сделал мне знак присесть и, когда я сел, гордо произнёс:
— Теперь мы — свободное государство. Никаких американцев. Никаких немцев. Мы сами по себе.
— Вы их прогнали? — улыбаясь, спросил я.
— Гоним. По всей стране гонят. Вот как здесь.
— Браво! Значит, вы будете самостоятельными и независимыми, свободными и равноправными?
— Совершенно верно. Только тех, кто за стеной, нужно задержать.
— Зачем? — удивился я.
Али прижал руку к груди. Затем он быстро-быстро заговорил на ломаном французском языке. Он рассказал страшную историю, как в пустыне, недалеко от селения, где он живёт, был обнаружен каменный труп его отца.
— Он был твёрдый-твёрдый, как камень, а глаза блестели, как стеклянные, — закончил он свой рассказ.
Его глаза сверкали от ярости. Сжав кулаки, он посмотрел в сторону лаборатории Грабера.
Вернулся Фернан.
— Прежде всего нужно убрать негодяя с пулемётом, который засел на кухне, — сказал он.
— Там доктор Шварц.