— У себя. Ты уже знаешь?
— Знаю.
— И хочешь с ним говорить? — Конд неодобрительно покачал головой.
— Хочу, как видишь.
— Брось, не стоит, я уже говорил.
— Ну и что?
— Мне это обошлось ровно в пятьдесят ти.
— А тебе-то за что?
— За то, что лез, по его мнению, не в свое дело.
— Все равно пойду, пусть попробует сказать, что двести ти не мои.
Кор встретил меня весьма дружелюбно, я даже не ожидал. Он лежал в защитном положении, отдыхая после вылазки. Услышав мои шаги, он открыл глаза.
— Мазор Антор! Наконец-то. Я давно ожидал вашего выхода из контейнера. Чувствуете себя нормально?
— Да, нормально.
— Цвет лица у вас еще нездоровый, — продолжал Кор, — болят ушибы? Вас осматривал мазор Торн?
Я решил сразу перевести разговор в нужное русло.
— Мазор литам Кор, я пришел к вам по другому вопросу.
Кор едва заметно кивнул головой и закрыл глаза.
— Я знаю, говорите.
— Мне сообщили, что вы наложили на меня штраф.
— Правильно. Это вас удивляет? — Хладнокровие у него было поразительное.
— Нет, — отчеканил я, — возмущает!
Кор приоткрыл глаза и окинул меня взглядом.
— Тем лучше.
Я остолбенел и не нашелся, что ему ответить.
— Тем лучше, — повторил он, — по крайней мере вы теперь не будете забывать о тех мелочах, от которых зависит благополучный исход экспедиции. У вас есть какие-нибудь вопросы?
— Нет.
— Тогда отдыхайте, через три часа ваша вахта.
Он отвернулся, давая понять, что разговор окончен.
Мы двигались в глубь континента… Над нами было небо, то грозное и черное, изрезанное вспышками молний, то глубокое и чистое, слепящее прозрачной синевой. Проплывали мимо берега реки, окаймленные белым, как снег, песком, журчала за кормой вода. Буйные заросли деревьев, сплетаясь между собой ветвями, решительно наступали на берег или следовали за авангардом густо разросшегося кустарника. Временами и деревья и кусты отступали, освобождая место обширным полянам, покрытым ворсистым ковром густой зеленой травы, расцвеченным странными яркими растениями, над которыми вились бесчисленные рои насекомых. Одна красочная картина сменялась другой, еще более красочной. И вдруг недра земли поглощали зеленый покров, и тогда в солнечных лучах купалось царство минералов, не менее разнообразное и причудливое, чем отторгнутая ими органическая природа.
Нас окружал сказочный мир, заселенный животными-химерами. Никакая человеческая фантазия не способна создать полчища столь отвратительных чудовищ: ползающих, прыгающих, квакающих, летающих, ревущих и пожирающих друг друга. Животный мир — это ужас Арбинады. Мы поняли это слишком скоро и заплатили слишком дорого…