— Так я побежал. На дежурстве встретимся. Договорились?
И, не дожидаясь ответа, исчез. Дядя Исмаил задумчиво поскреб подбородок:
— Эх, служба! Хотел, как все люди, старт по видео наблюдать. Так надо ж, не вышло!
— А почему не отказались?
— Что ты! Я уверен, он и так ко мне не к первому заглянул.
— Почему?
— Накануне дежурства мы в дубль-резерв поступаем. Резерв резерва. Значит, никого не нашел.
Я расстроилась, что у нас выходной поломается. А он утешает:
— Не волнуйся. Ночным рейсом подамся.
— Ваш Тобол еще больше любит командовать, чем даже мама, правда? — заметила я, чтобы только не молчать.
— Правда. И у него к этому талант. Кто бы его иначе назначил командиром разведчиков?
— Он же еще не очень старый? Года двадцать два ему? Или больше?
— Угадала, двадцать три. Но разведчику голова нужна. А не борода.
— Да, а вы на целых шесть лет старше!
— Тихо! — Дядя Исмаил зажал мне рот. — Хочешь, чтобы меня с работы шуганули, как переростка?
Мне не понравилось, что он снова все в шутку обернул. И я ехидно поинтересовалась:
— А у вас к чему талант? Дразнить электронных нянь?
— И к этому тоже. Если Тобол Сударов выставит меня из разведки, пойду в испытатели воспитателей.
— Представляю, какая жизнь начнется у роботов! — Я фыркнула. — Защекочете!
Тут опять зачирикал его браслет.
— Не дадут отдохнуть! — возмутился дядя Исмаил. — Что за мода — проводить совещания в выходной день?
Включил экран, и я прямо остолбенела, увидев Виктора Горбачева. Мне на ум сразу пришли слова, которые выдумали журналисты специально для своих репортажей: «Взгляд далеких, пронзительных, припорошенных звездами глаз…» Хотя глаза у него и впрямь необыкновенные. В один день такая удача — сначала командир разведчиков, теперь сам капитан трансфокального корабля «Гало»…
Горбачев кивнул мне и больше не замечал.
— Май, я обещал до последней минуты держать для тебя место. Эта минута истекает. Сейчас списки уйдут на окончательное предполетное утверждение.
Такое сокращение от имени Исмаил мне очень понравилось: Май… Впрочем, в Викторе Горбачеве мне все понравилось.
Дядя Исмаил не торопился с ответом. Он прошелся пальцами по приборному щитку, извлекая массу ненужных сигналов. Пощелкал набором адресника, и я уловила, как напрягается «Стрекоза» в ожидании приказов. Нагнал в кабину запах свежеразрезанного арбуза. Лишь после этого посмотрел на экран:
— Мне нечего добавить к тому, что я сказал раньше, Витя. Сегодня я еще раз все продумал…
— Немногим хватило бы мужества отказаться от участия в первом ТФ-переходе.
— Но если бы все улетали к звездам, кто бы делал Землю Землей! У тебя тысячи добровольцев. Уступи одному из них.
— Мне будет не хватать именно тебя, Май, твоего чутья опасности. Я привык к твоей безмятежности: коли ты безмятежен, значит, на борту все спокойно…