Изувеченный Маг: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Великий герцог Края — титул, имевший за собой богатую историю и увесистые притязания на власть. В отличие от империи Синномин, где древо власти было представлено в виде единоличного правителя и множества графов и баронов, выполнявших роль корней, гарантирующих прочность и стабильность всей системы, в Краю не было абсолютного монарха, а его роль исполнял триумвират очень дальних друг другу родственников. Три правителя по ту сторону моря отвечали каждый за свои земли, но считали друг друга частями одного целого… Так это звучало в теории. На деле же, триумвират представлял собой государственное устройство, где две ветви власти, то и дело пытаются задушить третью. Годы шли, ветви менялись ролями, время от времени выступая единым фронтом в борьбе с империей, и всех на западе это устраивало.

Триумвират брал своё начало в древних событиях, когда последний герцог Края сверг своего короля после очередного конфликта с империей, приведшего к кризису. Причиной восстанию якобы послужила чрезмерно жёсткая политика монарха в отношении собственных подданных, чем и воспользовался узурпатор. Непопулярность короля привела к тому, что восстание герцога поддержал весь народ. Короля обезглавили, опороченный им титул ушёл в прошлое, а новый правитель стал великим герцогом. И перед собственной смертью он распределил земли между тремя своими наследниками, приумножив число великих герцогов.

Дерас морщил нос при любом упоминании этой узурпаторской возни. Славная история империи архимагу нравилась гораздо сильнее, хоть у её истоков и было значительно больше белых пятен, связанных со временами, когда она только зарождалась. Насколько можно было судить, раньше империя была кластером мелких вассальных владений, едва ли склонявшихся перед единым правителем, если такой вообще был. Точнее сказать нельзя было даже при детальном изучении, ведь некое сопутствующее Драконопадению бедствие около пятисот лет назад пролило чернила на все исторические записи. Выходцы с запада тоже подверглись этому бедствию, не оставившему записей о былом, но все определяющие Край процессы шли намного позже Драконопадения, и из памяти людей их никто не вычеркнул.

— …Сейчас настал лучший момент, возможно даже наш единственный шанс, чтобы ударить гарпий первыми, — продолжал свою речь герцог Аен, лорд южных земель, обладатель внушительных наделов на бывшей территории гарпий. До памятной войны времён молодости Дераса, Край был примерно соразмерен с империей, да и расположен в тех же широтах, но после продовольственного пакта с разгромленными пернатыми, он значительно раздался вниз, на юг. — У них сменился вождь, и он проявляет невиданную агрессию. Гарпии объединяются под общие знамёна, снаряжают корабли и готовятся к наступлению…

— Во времена моего отца вы не помогли раздавить гарпий, а предпочли с ними торговать, — произнёс Ульф, упёршись тяжёлым взглядом в южного герцога. — И если бы не эта политика невмешательства на зло империи, в нынешних переговорах не было бы нужды.

— В те времена не правили ни вы, ни я. Зачем оглядываться на былое?

— Затем, что сейчас уже Я не вижу резона для империи бить гарпий. Историческая справедливость, Аен, догнала вас, схватила за плечо и развернула к себе лицом. Как вы там? Готовы держать ответ?

— Как можно! — включился в разговор другой герцог, лорд Отин. Пухлое лицо лорда сейчас было перекошено в чём-то вроде обиженной гримасы. Ярость совсем не шла его мягким чертам.

Отин принадлежал роду самого везучего из наследников первого великого герцога. Самый богатый лорд Края, чьи земли славились немыслимой плодородностью. Каждый год лорд Отин пожинал урожаи, заставляющие земледельцев из империи трястись от злобы и зависти. «Благоприятные факторы и немножко магии» — так он объяснял свои агрономические успехи. Естественно, Отин не копил ресурсы, а пускал их в оборот, как делали все его предки. Свои продукты он поставлял и названным братьям, и империи, и даже гарпиям, хотя последнее огласке не подвергалось.

— Для вас хозяйничающие в море Факелов гарпии представляют не меньшую угрозу! — повысив голос выкрикнул Отин.

«Он знает об их флоте?» — задался вопросом Дерас. — «Что ещё он может знать? Многое ли могли разнюхать его неприметные торговые кораблики, не подходящие к Виону ближе, чем на полтысячи полётов стрелы?»

Дерас в очередной раз поддался маниакальной тревоге, связанной с гарпиями. Он уже сутки не получал новостей из Виона. Хотелось взглянуть на ситуацию глазами дракона, но тот был укрыт заслонкой из грозовых облаков, призванных спрятать его от глаз непосвящённых, и эта заслонка безукоризненно работала в обе стороны, не позволяя быстро оценить ситуацию и самому архимагу. Да и посреди переговоров Дерас не мог начать колдовать у всех на глазах, чего уж там.

— Гарпии — ничто, — отбрил Ульф. — У них нет былой магии, у них нет современной техники.

— Они возьмут числом, — снова взял слово южанин Аен. — Сначала нас, потом вас. Или наоборот. Легионам гарпий наплевать, в какой последовательности это делать. За последние декады у них вылупилось достаточно яиц, чтобы выступить на два фронта разом и утопить человечество в крови. И если мы ничего с этим не сделаем…

— Империю они не получат. Что касается ваших земель — их потеря будет вполне справедливой. Это не Синномин обменивал земли гарпий на продовольствие. Не Синномин выторговывал у них драгоценности и алхимические составы. Вы получите ровно то, что заслуживаете.

— И это говорит тот, кто посылает гарпиям людей? Ради видимости затишья на границе вы отдаёте гарпиям рабочие руки и технологии в человеческих головах.

— В головах преступников и отребья ничего полезного нет.

— А давно ли гарпии вышли в море и с чьей помощью? Давно ли начали строить осадные орудия, и как им удалось быстро продвинуться в этом деле?

— Они плывут на примитивных галерах, вооружившись примитивными камнемётами. Для Края, безусловно, это всё величайшие открытия. Для империи — отголосок древности.

Аен и Отин не могли скрыть раздражения заносчивостью Ульфа. Тот и раньше был резок к кровным врагам своей страны, но на переговорах всё же находил в себе силы сотрудничать с западом. Правитель, не применяющий для достижения своих целей дипломатию, все равно что воин без щита, — это непреложное правило. Два герцога коротко, не подавая виду, переглянулись и показали друг другу что-то на пальцах. Третий герцог их условные знаки игнорировал, всё это время неотрывно глядя на Ульфа. А вот маг, стоящий за спиной этого герцога, следил с большим интересом — кому как не магу улавливать даже мимолётные движения пальцев.

Одного взгляда на последнего великого герцога Края хватило бы проницательному наблюдателю чтобы понять, что этот человек ненавидит всех и вся вокруг. Это был привыкший бороться с неистовством не столько гарпий или людей, сколько природы, лорд Макз, правитель северных земель Края. Жёсткие губы вытянуты в струну, студёный взгляд бледно-голубых глаз упёрся императору в лицо, властная поза и напускное безразличие маскируют непримиримое презрение. Эмоция хоть и направлена к человеку на другом конце стола, но Дерас знал, в равной степени она относится ко всем присутствующим. И если с Ульфом всё относительно ясно; к соотечественникам злобу Макза подпитывала зависть, потому как Макз был потомком последнего сына великого герцога, которому повезло меньше прочих. Его предку вместо чернозёма дали снег, вместо сети городов — несколько скромных городишек на отшибе, вместо богатых дичью лесов — тайга, простирающаяся до крайнего севера, где навеки застыло море. Борись или будешь сожран. Все предки Макза выбрали борьбу, и Макз не оказался исключением. Такой подход к жизни выжимал все соки, оставляя от человека только форму былого себя, заполняя пустоты ожесточённостью.

Архимаг Дерас, стоявший по правую руку от Ульфа, счёл тревожным фактом то, насколько хорошо он мог разглядеть злобу за маской лорда. Обычно Макз безукоризненно контролировал свою мимику, ограничиваясь вербальной грубостью. Сейчас что-то было не так. Он не переставал смотреть на императора, будто бросая вызов. Казалось, что Макз был вовсе готов потерять голову. Конечно, он был не единственным жаждущим крови безумцем в этом зале, но у Ульфа есть драконы, чтобы подкрепить свои притязания. А что такого в рукаве у Макза?

— Они рассекают воду на тысячах галер и толкают по песку десятки тысяч камнемётов, — подчеркнул Аен. — Их непозволительно много. Как можно отталкивать протянутую руку возможного союзника перед лицом такой орды?!

— Мои названные братья, — глубокий голос Макза захватил всё помещение. — У Ульфа есть веская причина расценивать гарпий как недостаточную угрозу. И он думает, что об этой причине никто из присутствующих даже не подозревает, списывая безоглядное поведение императора на его бешеный нрав и самоуверенность. А эта маска, что ни говори, убедительная, он её даже перед зеркалом не снимает…

— О чём это ты? — требовательно спросил Аен, не желая играть в недомолвки.

— Как же? Конечно, о драконах.

По залу пробежала тень полуденного страха. Шокированные люди бегали взглядами с Макза на императора и обратно, фальшивые эмоции на их лицах стремительно разлагались, обнажая ужас от осознания простой истины: Макз не врёт. И прежде, чем они смогли прийти в себя:

— Взять их, — коротко приказал Ульф.

Дерас знал, к чему всё идёт. Не мог не знать. Но преступный приказ все равно ударил по его самообладанию, оставив вмятину на долгие годы вперёд.

Руки взметнулись к груди, и первое заклятие сорвалось с них раньше, чем противники успели отреагировать. Возникшее из воздуха ледяное копьё толщиной с запястье прошило стоящего рядом с Аеном мага насквозь, убив его на месте. Пока копьё ещё летело к своей цели, Дерас успел стряхнуть с пальцев целую цепочку заклятий, проверяя на прочность двух других архимагов. Те оказались гораздо проворнее своего погибшего коллеги. Маг Отина сразу вступил в бой, встретив чужую магию собственной. Маг Макза одним взмахом отвёл направленную в него струю огня и сжёг дотла едва вышедших из ступора стражников на дверях. Тем временем лорды были кто во что горазд: Аен рухнул со стула и отполз к стене, Отин боялся пошевелиться, пока его маг сражался; а вот Макз взял инициативу в свои руки, плечом вышибив опалённую дверь переговорной и оказавшись снаружи. За ним сбежал и его прихвостень. Дерас хотел было остановить обоих, но архимаг Отина насел с двойным упорством и самоотдачей. Он был моложе Дераса и, возможно, даже проворнее.