— Ира, вы умерли.
Такого ответа Ирина не ожидала.
— Я…что?
— Вы скончались от полученных травм. И вас похоронили.
У Ирины подогнулись колени, и она как подрубленная упала на диван. Беспомощно глядя то на одного мужчину, то на другого, она открывала рот пытаясь что-то сказать. Но связной речи не получалось. Холод внутри, который все это время сопровождал ее, дошел до сердца. Ей стало так больно, что она обхватила себя, боясь что разорвется сейчас на сотню кусочков. Неожиданно пришла в голову мысль, что она больше никогда не увидит мужа, не прижмет, не поцелует лохматую голову Артемки, что для нее все кончено. Она начала плакать, и слезы все не останавливались, лились и лились, боль рвалась из нее с криком, с надрывом. Ирина рыдала так, что у нее заболели ребра. Она свернулась калачиком на диване и уже не плакала, а стонала.
Спустя какое-то время Ирина почувствовала, как ее приподнимают мужские руки. Только сейчас она сообразила, что оба мужчины все еще рядом, и смотрят с сочувствием и пониманием. Марк подал Ирине кружку с обжигающе — горячим напитком, пить она не хотела, но он взял ее руки в свои и поднес кружку к ее губам. Питье было чуть сладковатое и пахло какими-то травами. Она отхлебнула и почувствовала, как тепло разливается по телу и дрожь, колотившая ее, уходит.
Ирина попыталась собраться с мыслями и, превозмогая боль и отчаяние, спросила: — Так что, меня теперь нет? Я это теперь кто? Или что? Мысли не укладывались в голове и от этого она начала опять болеть. Илья Андреевич мягко взял ее руки в свои и погладил. Она беспомощно посмотрела на него, и горячая слеза снова покатилась по щеке и упала на рукав.
— Ирочка, не плачьте, я прошу вас, — он достал платок и вытер ей щеки. — Вы есть, просто вы, как бы это сказать, временно покинули привычный для вас мир и переместились сюда.
— В другое измерение? — Ирина сквозь слезы удивленно посмотрела то на одного, то на другого.
— Можно и так сказать. Вы верите в «тот свет»? Ирина, немного подумав, кивнула.
— Правда же, — продолжал Илья Андреевич, — когда умирает близкий вам человек, хочется думать, что он не просто перестал быть, а покинул нас, и дожидается где-нибудь, там, где ему хорошо, и где он может спокойно дожидаться нас, пока мы соберемся к нему. Вот это такое место и есть. Люди попадают сюда, находятся здесь, а потом возвращаются на землю уже в другом качестве, или остаются на некоторое время, помогают, как могут. Кстати, у нас для вас есть сюрприз. Вас кое-кто хотел бы видеть.
Сюрпризы Ирине совсем были не нужны, ничего хорошего она уже не ждала. Но она перестала плакать и мужчины немного расслабились.
— Давайте, как договаривались. Мы сейчас пойдем, поужинаем и поговорим. Нам есть что обсудить.
После всего что с ней произошло, Ирина думала, что она не сможет не то что есть, а даже шагу сделать. Но оба мужчины не дали ей времени на размышления, пожилой подхватил ее под локоть и повел в двери. Молодой шел сзади, Ирина о нем даже забыла на время. Пройдя по длинному коридору, они вышли в просторный атриум, освещенный множеством светильников. Ирина увидела мужчин и женщин, которые были заняты своими делами, одни куда-то шли, другие сидели на мягких диванчиках, стоящих тут и там. Все оживленно переговаривались и Ирина не заметила ничего сверхъестественного или необыкновенного в этом. Кто-то оборачивался к ним, здоровался. Ее спутники отвечали, кивали и улыбались. Наконец они добрались до небольшого ресторанчика. Ирина подумала, что тут красиво и уютно. Кроме замечательного интерьера она заметила, что здесь просто восхитительно пахнет и рот сам наполнился слюной. Ее усадили за столик в центре и тут же перед ней поставили тарелку, наполненную разной едой. Ирина подняла глаза, рядом стоял Марк. — Я не знал, что вы любите и положился на свой вкус. Ирине стало неудобно от того что ее обслуживает совершенно незнакомый человек, она стала неловко благодарить. Марк удовлетворенно кивнул и ушел, но быстро вернулся с полной тарелкой для себя. Он сел и начал с аппетитом есть. — Весь день был занят, пропустил обед, — проговорил молодой человек, проглатывая очередной кусок. Илья Андреевич тоже принес себе ужин и присел на стул. Все молча ели, ожидая кто же первый начнет разговор. Ирина не хотела ничего спрашивать, она боялась что опять с ней случится истерика, да еще на глазах у всех.
— А вы знаете, Ирочка, — неожиданно сказал Илья Андреевич, — а ведь вас кое-кто хотел видеть. Поймав недоумевающий взгляд, он в подтверждение кивнул. — И я взял на себя смелость пригласить ее к нам за столик.
Вот уж точно Ирина не ожидала, что на том свете ее кто-то желает видеть. попыталась незаметно оглядеть зал в поисках того, кто желал с ней встречи.
Здравствуй, Ирочка, — неожиданно услышала она из-за спины и, испугавшись, резко повернулась в сторону голоса. Рядом стояла молодая, довольно симпатичная женщина. Ирина с недоумением уставилась на нее. Что-то неуловимо знакомое было в лице этой женщины, но она была точно уверена, что не знает ее.
— Ира, я мама Сережи, твоя, так сказать, свекровь.
Ирина ахнула. Точно, ведь Сережку вырастил отец. Александр Григорьевич, замечательный человек, так и не женился во второй раз и посвятил себя сыну. Когда Сергей привел в дом Ирину, его отец по-доброму отнесся к выбору сына и сказал: «мама счастлива, что наш Сережа выбрал себе замечательную жену». О маме в доме всегда говорили как о живой. Как будто она ненадолго вышла и скоро обещала вернуться. Конечно, Ирина видела фотографии Светланы Владимировны, но не ожидала увидеть совсем молодую женщину. Она нерешительно подошла к свекрови, а та, как будто они были сто лет знакомы, порывисто обняла Ирину.
— Девочка моя, знала бы ты, как я рада тебя видеть! Ну, садись, садись, ты наверно ужасно голодная.
Они сели за овальный столик, мужчины принялись распоряжаться, а женщины молчали, не зная о чем говорить. Время от времени они переглядывались и нерешительно улыбались друг другу.
Ужин проходил спокойно, Ирина рассказывала Светлане о Сергее, об Артемке, и почти забыла, что с ней и где она находится. Внезапно она обо всем вспомнила и, прервав сама себя на половине фразы, повернулась к Илье Андреевичу и спросила: — Что теперь со мной будет?
Илья Андреевич, спокойно выдержав взгляд Ирины, спросил: — А вы сами как думаете?
— Ну, я не знаю, — Ирина вопросительно посмотрела на него, — я слышала, что души умерших возвращаются на землю. — Но я не верю в реинкарнацию, и не думаю, что я вернусь на землю каким-нибудь хомячком или цветком.
— Ира, ну почему обязательно хомячком, — Илья Андреевич улыбался, — человек всегда человек. Понимаете, к нам приходят разные люди. Кто-то готов к новой жизни, и тогда они быстро покидают нас, а мы с радостью провожаем их, зная, что они, прожив жизнь, короткую или длинную, вернутся, чтобы опять уйти. Это, в основном, люди, которые пробыли на земле долго и все, что им было предначертано, выполнили, и маленькие дети, не успевшие привыкнуть к тому миру. А есть такие, которые не хотят покидать землю, своих родных, и им действительно приходится плохо, таким надо помогать, сами они не справятся. Не все, так как вы, Ира, могут разговаривать с нами. Люди считают, что мы виноваты во всем произошедшем, они не понимают, что все закономерно, что есть причина и следствие, что они сами распоряжаются своей жизнью, а то, как решил ОН, — Илья Андреевич многозначительно показал пальцем вверх, — это результат.
Мы помогаем им, и, в конце концов, они тоже проходят тот путь, что и все.
Некоторые считают себя не готовыми к переходу в тот мир, и они живут здесь, помогают чем могут, а потом, когда решат…, - он показал в сторону двери.
— Значит вы, — Ирина обратилась к свекрови, — остались? Почему?
— Я не считала случившееся со мной горем. Я хотела понять, почему так произошло, что мне пришлось покинуть Сашу и Сережу так рано. Поэтому мне дали время подумать.
— Ваше решение за вами, Ира, — подал голос Марк. Он почти весь вечер молчал, и, как будто даже не прислушивался к разговору.