— Dusenher!
— Что случилось? — во взгляде появилась обеспокоенность.
— Всё в порядке, — Лета изобразила пародию на улыбку.
— Тебе нужна помощь. У тебя руки в крови.
— Я справлюсь сама. Со мной всё хорошо. — Лета напустила на себя надменный вид. — Тебя Бора искала.
Марк вопросительно поднял брови.
— Иди же к ней, ну!
Он возмущённо что-то пробурчал и отправился к тропе. Лета проводила его взглядом, сохраняя невозмутимое лицо, а затем стремглав понеслась обратно в хижину. Конор так и лежал, не двигаясь, на верстаке, бледный как смерть.
«Гордая, да? Ну теперь он умрёт у тебя на руках!»
Лета отмела все непрошеные мысли и приблизилась к верстаку, оглядывая окровавленное тело и лихорадочно соображая, что делать. Она сможет остановить кровь, прижечь рану. Но что делать с тем, что было скрыто от глаз, что происходило внутри Конора? Обломки кости могли задеть органы, и если так, то он погибнет.
Надо было послать Марка за Логнаром. Дура ведь, такая глупая…
Если бы она только могла, если бы, Кернун великий, она бы владела магией…
Кровь
Она завертелась, но в хижине никого кроме неё и Конора не было.
Кровь исцелит его…
Лета запрокинула голову к пыльным стропилам, однако и там было пусто. Так чей же это был голос?
Твоя кровь.
Лета вновь посмотрела на Конора. Всё это стоило долгих размышлений и бесконечных «почему», на которые он, возможно, никогда не ответит, если выживет. Она подумает об этом потом. Кого бы она ни услышала, она поняла, что нужно было делать, и мысленно благодарила за это.
Лета подошла к верстаку и выхватила из-за пояса кинжал. Проведя ладонью по ледяной щеке Конора, она направила руку на уровень его губ и сделала надрез на своём запястье, охнув от боли. Чёрная в полумраке кровь закапала на рот, и сначала она решила, что просто сходит с ума. Но потом его губы приоткрылись, рука обхватила всё её предплечье и прижала к лицу. Она ощутила, как его рот смыкается на её запястье, и увидела ритмичное подёргивание кадыка.
Он пил её кровь.
«Безумие…»
Тусклый свет одинокой свечи едва освещал комнату. Марк следил за колебанием пламени, чтобы отвлечься от груди Боры, маячившей у него перед самым лицом.
— Только не слишком коротко, хорошо?
— Ну уж нет, я приведу тебя в порядок, — отозвалась девушка, обходя вокруг и снова вставая позади.
Марк удручённо наблюдал, как на пол падали пряди его волос. Стричься ему совсем не хотелось, хотя отросшая шевелюра начала мешать. Иногда он позволял Лете собирать верхнюю часть его волос в косичку сзади, но в основном ходил лохматым. Однако он не смог отказать Боре, откопавшей где-то старые ржавые ножницы, состричь лишнее.
Марк решил оттянуть этот момент, вернувшись с охоты к самому вечеру, надеялся, что она забыла, но северянка уже ожидала его в его комнате, вооружившись ковшиком с водой и этими самыми тупыми ножницами. Отступать было некуда.
— Надо было давно это сделать, — приговаривала Бора, не переставая отсекать локоны. — Или ты решил всё время походить на волчу?
— Стриги уже, не причитай, — поморщился Марк, предчувствуя, что ещё долго не будет узнавать собственное отражение. — Бора?
— М?
— Что сегодня произошло? В лесу возле старой хижины я видел Лету. Она была вся в крови. Отослала меня прочь, я и заикнуться не успел.