— Не со всегдашней, — сдержанно возразил Коля. — Притом оглядка — неточное слово. Нельзя бить вслепую — в этом все дело.
— Ты прав, — согласилась Леля и снова, явно ища кого-то, посмотрела по сторонам.
— Самсона мы отрядили к тайнику за винтовками, — ответил командир на ее немой вопрос. — Ждем с минуты на минуту. Надо бы раньше вооружиться. Не догадались.
— Почему послал одного Самсона? — спросила Нина. — В дозорные можно бы поодиночке… Но за оружием — обязательно вдвоем или втроем.
— Отрядил самого здоровенного. Такому ничего не стоит и вдвое больше винтовок притащить, — пояснил Коля.
Далеко, за черной массой леса, по другую сторону дороги, взмыла ракета, разбрызгалась искорками.
— Над главным шоссе, — буркнул Коля. — Артерия!.. Страхуются. Но мы перережем! Чего бы то ни стоило.
Гулкий винтовочный выстрел заглушил слова командира.
— Беда! — выдохнула Нина сквозь стиснутые зубы. — В той стороне, где братская могила! Напоролся наш Самсон.
Еще бахнуло… Еще и еще!..
— Не похоже, пожалуй, — отозвался командир, — Одни только винтовочные, значит, не Самсон отстреливается. И автоматных очередей не слышно.
— Разреши, Коля… Разреши, мигом выясним, — вызвались одновременно Ким и Генка.
— Не разрешаю, — отрубил командир и, сунув два пальца в рот, коротко свистнул. Общий сбор!
Опять винтовочный выстрел. Уже пятый по счету.
— Вроде бы подальше теперь, — предположил Генка. — Может, он рванул в обратную сторону? Чтобы не навести на нас…
Подбежали Тоня и Зина.
— Чтобы ни случилось, мы обязаны предположить худшее, — сказал командир. — Возможно, следом за нами шли немцы, которые притаились, услышав одиночные шаги навстречу, и сейчас хотят взять Самсона живым.
— Коля логично рассудил, — заговорила Леля. — Нашу восьмерку, возможно, заприметили. Поэтому предлагаю разделиться. По четыре. Точнее, четверо девчат и трое вас.
— Правильно! В точку! Лучше без ребят! Одни-то всюду проскочим! — раздались голоса подруг. — Айда скорее!
— Я думаю, Леля права, — после колебания сказал командир. — Я согласен. Однако не сразу! Доберемся до шоссе да сообща заминируем — на совесть! И тогда разделимся!
— Снова нас оттереть? Это чтобы мы только взирали на вас и караулили? — воскликнула Нина. — Довольно!
— Молчать! Покамест я командир! Забросать ямки! Через минуту двинемся.
— Но если вправду… немцы следом? — шепнула Тоня лишь одной Леле. — Может, уже близко, а мы все чухаемся.
Не получила ответа. Грянул еще винтовочный выстрел с той же стороны, разве что подальше.
— Весьма странно, — в тягостном раздумье бормотнул командир. И вдруг его рука, вздернутая, чтобы выхватить лопату из неснятого, но развязанного мешка, замерла на весу. — Машины, братва, машины! Живо минируйте! — выкрикнул он. — А девчата — живо на другую сторону! Залечь, отползать! Я задержу перед поворотом! Ух, и дадим сволочам!
В руках Коли появились гранаты.
Конечно же, девчата остались. Ни Ким, ни Генка не пытались прогнать их. Общая работа! Шесть ямок, а двое ребят. Одни-то разве успели бы?
«Если немцы следом за нами — плевать! И что с нашей семеркой станется — плевать! Будь, что будет, а вот эти полминутки, вот эти секунды — наши! Только наши. Не отнимут эти секунды, не успеют отнять».
Ямки готовы. Взрыватели пока подальше от мин, а теперь… Спасибо придире-майору: десятки раз заставлял прилаживать взрыватели. Твердил и твердил: «Если, девочки, пальцы задрожат от волнения, так ударьте пальчиками об камень, об рельсу, только побольнее! Перестанут дрожать». Ах майор! Посмотрел бы сейчас на пальцы девушек.
Рокот нарастает. У всех ли готово? Еще секунда. Готово! Только землей забросать и заровнять ладошками. Ровнее, ровнее, чтобы не заметили, чтобы не зря!