— Ну этой, забыла, как называется… Онри… Онди… О, точно, ондири.
— Что?! — вскрикнул Эндорет, вскакивая и сверкая зелёными глазищами. — Он сказал тебе про ондири?!
— Да, — растерянно отозвалась я, не понимая причин такой бурной реакции. — Сказал. Вроде. А что?
— Да как он посмел?!
— А меня интересует, Мандигар, — сообщил этот самый драконий герцог, возвращаясь в аудиторию, — почему вы и ваша семья за эти годы ни разу сами не рассказали Фейт об этом. Мне кажется, она должна знать правду.
— Герцог, — прошипел братец. — Вам же было сказано: ждите в коридоре.
— Время закончено, — отозвался тот совершенно спокойно.
— Время не было обозначено, — возразил Энди, и я согласно кивнула.
Ведь правда, это не было обговорено. И естественно, дракону было на это глубоко плевать.
— В любом случае я уже здесь.
На его высокочтимой физиономии ясно читалось продолжение: «И вы ни за что меня отсюда не выкинете».
— Так почему вы не сообщили вашей сестре про ондири? — продолжил Алтон, проходя в аудиторию и присаживаясь за стол преподавателя, положив ногу на ногу.
Тоже мне, франт какой. Ему бы трость с набалдашником из драгоценных камней для полноты образа.
— Да, — закивала я, сосредоточившись на происходящем, а не на обидках. — Почему?
— Потому что это бессмысленно.
— Бессмысленно? — Тёмные брови герцога поползли вверх. — С каких это пор дар ондири считается бессмысленным?
— Это дар? — тут же встряла я, но меня самым наглым образом проигнорировали.
— С таких, что моя попытка помочь едва не стоила сестре жизни. Фейт слишком импульсивная, откровенная и живая, — со вздохом признался Энди. — Её невозможно контролировать, нереально обучать. Именно поэтому на семейном совете было принято решение ничего не говорить и не пробовать… всё остальное.
— Что остальное? Это же несправедливо. Я должна была знать.
Брат покачал головой, отступая в сторону и пряча взгляд. Было видно, что ему жаль, но, если бы понадобилось, он поступил бы точно так же.
— В тот единственный раз я просил тебя подумать о курорте у гор Сарсириди, — продолжил мужчина. — И что в итоге? Ты отправилась на Запретный кряж ловить волшебных бабочек. И только чудом спаслась от урлука.
— Ты что, теперь всю жизнь мне будешь это вспоминать?
— Интересно, — пробормотал дракон, снова привлекая к себе внимание. — Куда ещё её успело занести в пьяном угаре?
Ну это уже возмутительно!
— Прекратите! Оба! Это… — Я даже задохнулась от злости. — Это несправедливо. И неприлично разговаривать обо мне в третьем лице. Я здесь, и я требую ответа! Кто такая ондири?
— Мандигар? — обратился герцог к моему брату.
Эндорет отвернулся к огромным окнам, качая головой и горько бросая через плечо:
— Говорите сами, Алтон. Это ведь именно то, чего вы добивались.
Я повернулась к дракону, вопросительно приподняв бровь.
— Не думал, что пробелы образования столь широки, — вместо этого отозвался Алтон. — Мне казалось, об этом все знают.