— А мне нужно в чем-то оправдываться? — поднял брови Кинг.
— Думаю, вы обязаны мне многое рассказать, — заявила Авена голосом, столь же холодным, как ветер над ледником. — Я нахожу вас здесь, с человеком, являющимся моим смертельным врагом — я имею в виду Лардона, — который попытался восстать против моих законов. Я также нахожу с вами группу ваших соотечественников, группу, о которой я вообще ничего не знала. Все выглядит так, словно вы участвуете в заговоре против меня.
Слова ее звенели, точно ледышки. Кинг не мог не увидеть в них безжалостную логику. С ее точки зрения, все действительно было похоже на заговор!
Он пожал плечами.
— И вы верите этому?
— Неважно, чему я верю. Что делаете вы тут вместе с Лардоном?
— Спросите Лардона, — буркнул Кинг.
— Я спрашиваю вас.
Кинг молчал. Что он мог сказать? Мог ли сказать он ей, что, угрожая кинжалом, заставил Лардона привести его к плененным американцам?
— Кто вообще эти люди? — спросила Авена.
— Мои друзья.
— Что они делают здесь? Как они попали сюда?
— Я бы сам хотел узнать ответ на этот вопрос, — сказал Кинг. — Они были приведены сюда. Но как их вообще схватили...
С той самой минуты, когда он узнал, что янки схвачены и их держат в плену, Кинга мучали вопросы: Как их поймали? Как Акбад раскрыл их убежище?
— Кто же привел их сюда? — продолжала допрос Авена.
Кинг лишь пожал плечами.
— Достаточно, — голос ее стал еще холоднее, дойдя почти что до абсолютного нуля. — Если у вас есть объяснения, я готова их выслушать. Если же нет...
Смертоносные шары бешено плясали над ее головой, неся в себе страшную угрозу. Кинг понял, что она имеет в виду. И в душе у него росло восхищение. Он вел суровую жизнь среди суровых людей, поэтому мог понять и оценить твердость, которую встретил в этой девушке. Она была тверда, как сталь, когда того требовала ситуация. И храбра, храбра настолько, что могла стать безжалостной. Кинг усмехнулся.
— Когда вы принимаете решение, то принимаете его окончательно, верно? — спросил он. — Ладно, Авена, если вы хотите знать, почему Лардон здесь... Он пришел сюда по моему настоятельному приглашению. А я пришел сюда ради своих друзей. — И он протянул ей кинжал и записку.
С кинжалом было все ясно, но вот записка была написана по-английски, и Авена не могла прочитать ее. Тогда Кинг перевел записку. Когда ее смысл дошел до Авены, лицо ее стало белым.
— Кинг! Или вы убьете меня, или он убьет ваших друзей?
— Что-то вроде этого.
— Но почему вы не пришли ко мне?
— Чтобы Аккад продолжал подкидывать мне один за другим трупы этих людей? Возле вас почти наверняка есть его шпоны! Он узнал бы, если бы я рассказал вам об его угрозе.
— Но если бы вы пришли ко мне, то я, возможно, оказала бы вам помощь в их поисках и спасении. А без такой помощи вас могли убить.
— Но мы же с вами не боимся смерти, — рассмеялся Кинг. — Помните, Авена, как вы сказали мне это?
Авена вздрогнула и покачала головой.
— Не нужно мне напоминать. Я не имела в виду...
На мгновение хрупкая оболочка, которой она окружила себя, треснула, и под ней показалась испуганная, очень испуганная девочка, которая пыталась справиться со своими страхами.
— Что... что мы должны сделать?