Маринея, или путешествие сквозь Бермудский треугольник (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Однако дело усложнялось тем, что у маринейцев шпионаж был не принят как таковой, а значит, нигде в стране не использовалось видео-и аудионаблюдение, даже в целях безопасности. Граждане также не были приучены наблюдать за окружающими. Установить виновников происшествия в итоге оказалось невозможно.

Вадим как никогда внимательно следил за всеми перемещениями Уоррена и его подручных, но тот ничем себя не выдавал, да и парень не мог всего углядеть один. Возможности слежки для Гарри и Томми были ограничены, хотя они делали всё, что было в их силах. Но этого явно было недостаточно. Вадим напряжённо думал, что же предпринять.

А между тем, Ардестиния на официальном уровне делала вид, что ничего чрезвычайного не происходит, и продолжала налаживать связи с бывшим противником. Маринее также пришлось несмотря ни на что поддерживать хорошие отношения с ардестинианцами, хотя Аргос Тор чувствовал, что без них в последних событиях не обошлось. Но пока никаких доказательств не было, он был бессилен. К тому же не так легко было признать Верховному мудрецу, что все его надежды и чаяния относительно наступления вечного мира между двумя странами оказались лишь мечтами, и Ардестиния всё также играет в свои гнусные игры.

На некоторое время всё снова улеглось, и жители Маринеи смогли вздохнуть спокойно. Впрочем, они стали более осмотрительными и уже не такими наивными и легковерными, как раньше. Однако, в целом жизнелюбие и добродушие, присущие каждом маринейцу, не покидали этих людей.

Вадим с восхищением наблюдал, как Элая, которая признавалась ему, что ей самой очень страшно из-за всего случившегося, на людях никогда не показывала своих эмоций, стараясь наоборот всегда излучать жизнелюбие и оптимизм. Особенно это касалось её учеников, которых девушка не переставала подбадривать и успокаивать. При виде неё Вадиму самому всегда становилось легче на душе.

― Я ведь родилась после войны и только косвенно знаю, что это такое, ― сказала она как-то за разговором в кафе. ― А наша повседневная жизнь вообще лишена подобного рода событий. И вот сейчас, когда стали происходить такие непонятные вещи, многие люди стали искренне бояться. Они не знают, чего ещё ждать, и не могут смотреть в будущее с присущим оптимизмом.

― Понимаю. Но мне не страшно именно из-за того, что я не маринеец, ― ответил Вадим. ― У нас в России нечто подобное периодически случается, и люди со временем привыкают ко всему, даже к этому, как это не ужасно. Единственное, что меня беспокоит, — это сколько ещё должно произойти несчастий и сколько погибнуть человек, прежде чем Совет мудрецов и твой отец поймут, что за всем этим стоит Ардестиния.

― Вадим, а что, если нет?! Если ардестинианцы здесь не причём? ― предположила Элая.

― Я не сомневаюсь в обратном. Сама рассуди: ведь ничего подобного не происходило уже много лет до того момента, как был заключён этот злосчастный договор о мире! Мне кажется, что таких совпадений не бывает. Как ты думаешь?

― Да, наверно ты прав, ― поразмыслив, ответила девушка, ― наверно, мы, маринейцы, просто слишком наивны и глупы, чтобы понять, что наше общество — это хрупкая идиллия, которую может легко нарушить коварный враг. Может быть, это нам наказание свыше за нашу излишнюю доверчивость?!

― Не говори так! Вы этого не заслужили. Вы почти достигли идеала, пройдя сквозь череду тяжёлых испытаний, сполна заплатив за своё счастье, и никакие высшие силы не вправе вас за это наказывать! Да и наказывать то собственно не за что! ― Вадим, как мог, старался успокоить Элаю.

Она улыбнулась и пожала его руку.

― Я точно знаю одно: тебе мы можем доверять, ты не причинишь Маринее вреда!

― Я постараюсь сделать всё, что в моих силах. Я ведь обещал защитить тебя от любой опасности.

Прошло несколько дней, и события стали развиваться в ещё более мрачном направлении. Внезапно рухнула одна из опор моста на участке магнитной железной дороги, по которому как раз в этот момент двигался пассажирский поезд. Так как эти составы ходили с достаточно большой скоростью, последствия крушения были очень серьёзными: погибло около ста пятидесяти человек, ещё около двухсот сильно пострадали. До выяснения причин аварии были приостановлены движения всех поездов на Маринее. Это, в свою очередь, привело к довольно существенному транспортному коллапсу: и грузы и люди с трудом могли попасть в отдалённые районы страны.

Вадим напросился в комиссию по расследованию чрезвычайного происшествия. Он хотел своими глазами всё увидеть и на месте разобраться, каким образом была повреждена опора моста. Достаточно легко было установлено, что опору подорвали направленным взрывом, но вот тип взрывчатки установить пока не удалось. И снова никаких свидетелей! Место специально было выбрано подальше от населённых пунктов ― здесь работали профессионалы.

Вадим едва не кинулся на Уоррена, когда тот, почти не сдерживая ухмылку, стоял рядом с послом Ардестинии, приносившим соболезнования Аргосу Тору. Американец подмигнул Вадиму едва заметно, так что другие не могли этого видеть. Соболев твёрдо решил выследить сегодня вечером Уоррена и припереть его к стенке.

Когда стемнело, Вадим занял позицию в одном из переулков напротив выхода из посольства. Место было удобное: Вадима не было видно с улицы, зато он мог достаточно хорошо видеть всё, что происходит там, кто входит и выходит из посольских ворот. Прошло почти сорок минут прежде, чем молодой человек, наконец, заметил того, кто ему был нужен.

Крадучись тихо, словно кошка, постоянно оглядываясь по сторонам, Уоррен, одетый в плащ с высоким воротом для большей маскировки, вышел за ограду и направился вдоль улицы налево, стараясь не попадать в свет фонарей уличного освещения. Выждав несколько секунд, Вадим осторожно направился за ним, двигаясь по противоположной стороне улицы.

Уоррен шёл довольно быстро и часто петлял, как бы желая сбросить возможный «хвост», и со временем удалялся всё дальше от центра города на северо-восток. На счастье или наоборот улицы оказались абсолютно пусты, и навстречу им так никто и не попался. Вадим периодически сверялся с часами и отметил, что идут они уже около получаса, когда, наконец, Джеймс замедлил шаг и вскоре остановился посреди небольшого пустыря неподалёку от моста через один из притоков реки Орсы.

Он огляделся по сторонам, явно ища кого-то, но не найдя, негромко засвистел, затем ещё раз. Ответный свист не заставил себя долго ждать. Он доносился из-под моста, где, по-видимому, спрятался неизвестный сообщник Уоррена. Тот спустился по лестнице на узкую набережную и пошёл в сторону моста. Вадим постарался максимально близко подобраться к ним, чтобы всё расслышать, но при этом остаться незамеченным.

Соболев спрятался за ближайшим деревом и стал слушать. Говорили тихо, полушёпотом, но вот что ему удалось узнать.

― Последняя операция с мостом была неплоха, но в штабе ждут чего-то посерьёзнее: нужна диверсия на электростанции или военной базе, ― это говорил Уоррен.

― Вам легко говорить! Не так-то просто это сделать! Эти маринейцы только с виду такие наивные простачки, а при случае легко можно попасться им в руки, и тогда пиши пропало, ― отвечал его собеседник глухим низким голосом.

― Не преувеличивайте, прошу вас. Здесь даже нет видео наблюдения, а втереться в доверие к этим людям не так уж и сложно. Нужно лишь найти подход!

― Почему бы вам тогда лично этим не заняться вместо того, чтобы сидеть на территории посольства?! ― собеседник Уоррена явно был раздражён.

― Потому что командование считает, что мне пока лучше не высовываться, ― с ледяным спокойствием в голосе произнёс американец. ― Всему своё время, и я ещё сыграю в этой операции свою роль… Ладно, перейдём к делу! Вам удалось завербовать кого-нибудь из местных?

― Да… то есть, почти… Мы почти договорились с одним капитаном на военной базе на севере страны и ещё с одним пилотом иланофора. Они недовольны соглашением о мире с Ардестинией и готовы помочь в деле его денонсации любыми средствами. Эти идиоты даже не понимают, что нам то этот мир тоже не нужен!

― Кто бы мог подумать, что в этой стране, которая гордится своим практически идеальным устройством, тоже могут быть недовольные режимом? ― елейно заметил Уоррен.

― Ну, кто-то же вошёл в число того процента, который голосовал против.