Человек и животные : читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но человек учился у животных не только доступным и практическим вещам. Он мечтал соорудить крылья и летать, как птицы. Поначалу мечты воплощались в легенды, такие, как легенда об Икаре, но со временем люди стали думать об этом всерьез. Еще пятьсот лет назад Леонардо да Винчи, изучая строение крыльев птиц, летучих мышей, насекомых, думал о создании летательного аппарата.

Человек давно мечтал подняться в воздух. Леонардо да Винчи, считал, что людям в этом поможет крыло птицы. И даже проектировал аппарат с крыльями наподобие птичьих.

А через несколько десятков лет «смерд Никитка, боярского сына Лупатовых холоп» поднялся над землей с помощью крыльев, сделанных по типу птичьих. Летописцы сохранили нам свидетельства о попытках людей летать: в 1699 году поднялся на несколько метров над землей на «голубиных крыльях» рязанский стрелец Серов, за ним последовали другие. Конечно, все их полеты оказались неудачными. И понятно: не было ни знаний, ни расчетов, ни материала для работы над летательными аппаратами — было лишь слепое подражание, которое, естественно, не могло принести нужных результатов. Не знали еще тогда люди, как сложна механика птичьего полета, и не случайно же, впоследствии тщательно изучив полет птиц, они в конце концов отказались от подражания им и создали самолет с неподвижными крыльями.

Но разве крылья летучих мышей хуже?

Некоторые конструкторы верили, что именно такие крылья помогут человеку подняться в воздух.

И тем не менее животным, вернее, их приспособлениям, их «способностям» не уделяли достаточного внимания. Причин тому много: и возможностей для тщательного изучения, а тем более для творческого (не механического, а именно творческого) подражания у людей не было, и знаний не было. И, наконец, сыграло свою роль разъединение наук.

Не могло, например, прийти в голову инженерам и конструкторам, создававшим скоростной самолет, обратиться к зоологам за помощью и за советом, когда они искали способ погасить вредные колебания крыльев у самолетов, развивающих большую скорость. Пока самолеты летали не очень быстро, этой проблемы не существовало. Но вот стали увеличиваться скорости, и появилось колебание крыльев, которое называли фляттером и которое приводило к гибели моделей, к гибели летчиков-испытателей. Авиаконструкторы не догадались обратиться к зоологам, а зоологи не знали, над чем бьются конструкторы. Иначе они рассказали бы, что у некоторых насекомых, в частности у быстро летающих стрекоз, тоже наблюдаются фляттерные явления. Но природа снабдила стрекоз противофляттерными устройствами, утяжелив переднюю кромку каждого крыла. У стрекозы это легко увидеть: в верхней части крыльев хорошо заметно темное хитиновое утолщение. Это и есть противофлят-терное «устройство» стрекозы — так называемая птеростигма, или крыловый глазок.

Конструкторы нашли способ бороться с фляттерными явлениями у самолетов. Но если бы они знали раньше, как устроено крыло стрекозы, можно было бы избежать многих неприятностей.

Итак, с одной стороны, человек наблюдал за животными, подражал им, учился у них, с другой стороны, пренебрегал ими, считая, что они крайне несовершенны, примитивны по сравнению с творениями человека. Но жизнь доказала, кто прав, и инженеры пришли к биологам.

Казалось бы, что может подсказать человеку медлительная и неуклюжая черепаха? Но люди обратили внимание на ее удивительно прочный панцирь. Как он «сделан»? Нельзя ли выведать у черепахи ее секрет?

Даже острые зубы льва, пожалуй, не причинят черепахе вреда.

Союз трех наук еще очень молод. Но на его счету уже немало замечательных открытий. А сколько их впереди и каких удивительных, даже трудно предположить!

«Предсказатели»

Пожалуй, одними из самых первых «работ по бионике», которые провели люди за много сотен лет до официального рождения этой науки, были наблюдения за животными, предсказывающими погоду. Вопрос этот интересовал людей, конечно, не случайно — ведь от погоды зависел урожай, а от урожая — жизнь людей. И вот появляются народные приметы, основанные на поведении животных. Конечно, далеко не все приметы верные. Есть немало ошибочных, появившихся случайно, непроверенных. Но есть немало и очень точных.

Могут возразить: а для чего нужны сейчас эти приметы, когда существует специальная служба погоды, когда имеются точные и надежные приборы?

Конечно, служба погоды есть. Во всем мире вопросами предсказания погоды заняты десятки тысяч людей. Только в нашей стране существуют тысячи метеорологических станций и 7500 постов, ежедневно запускаются сотни зондирующих шаров, атмосферу зондируют радиоволнами, запущены специальные спутники для несения метеорологической службы. Такие же работы ведутся и в других странах. Тем не менее по разным причинам 15–20 % прогнозов оказываются неверными. А вот рыба-голец ошибается лишь в 3–4 случаях из 100! Если голец лежит неподвижно на дне, это верный признак того, что хорошая погода устойчива. Если рыба начинает метаться, надо ждать дождя. Недаром же в Китае крестьяне держат эту рыбу в банках, как раньше в России многие держали в банках вьюна — тоже прекрасный живой барометр. Своим появлением на поверхности вьюн, как и сом, как и некоторые другие рыбы, за сутки сообщает об изменении погоды, о приближающемся ненастье.

В Японии рыбы-барометры признаны чуть ли не официально. Во многих учреждениях, на кораблях, на аэродромах имеются аквариумы с маленькими красивыми рыбками, которым абсолютно верят и крестьяне, и летчики, и рыбаки, и капитаны. И верят не зря: рыбки их никогда не обманывают. А не обманывают, как установили ученые, потому, что плавательный пузырь этих рыбок очень чувствителен к малейшим, даже самым незначительным, изменениям атмосферного давления.

Человек с завистью посматривает на этих рыбок — вот бы такой барометр! Он не только точный — он очень чувствителен к медленным колебаниям давления. А это дает возможность определять изменение погоды задолго.

Ученые ищут способы создать прибор по типу «рыбьего барометра». Но, может быть, раньше создадут барометр по типу того, который есть у насекомых. А он у них, несомненно, есть: давно бы погибли, например, все бабочки — дождь бы их побил, если бы не специальное устройство, которое задолго до ненастья подсказывает им о надвигающейся опасности. И бабочки прячутся в надежное укрытие.

А жуки? Навозный жук — общепризнанный барометр: если он спрятался — жди дождя; летает — будет хорошая погода.

Предсказывают погоду и пиявки, которые перед ненастьем начинают волноваться, и земляные черви, вылезающие на поверхность перед дождем. Очень точно реагируют на изменения погоды пауки, прячущиеся перед ненастьем, и пчелы, не улетающие далеко от улья, если дождь ожидается скоро, и «перерабатывающие» — летающие до позднего вечера над цветами, если в ближайший день-два предстоит затяжная непогода.

Мы знаем множество насекомых и паукообразных, которые чутко реагируют на изменение погоды. Но как они об этом «узнают»? Люди уже поняли, что насекомые очень чувствительны к давлению, которое перед изменением погоды либо поднимается, либо падает. Значит, у животных есть какой-то орган, какой-то «аппарат» типа барометра?

Что за барометр имеется у пауков и у бабочек, еще предстоит узнать. А вот какой «аппарат» есть у мокриц, уже известно. Это крошечные бугорки, покрытые тонкой кожицей — у мокриц их больше ста, — и находятся они главным образом у основания ножек. В бугорках — нервные окончания. Тонкая кожица чувствительна к самым минимальным изменениям давления и немедленно «сообщает» об этом нервным окончаниям. Так мокрица «узнаёт» о предстоящих переменах погоды. Таким же образом узнают об этом и некоторые жуки.

Ученые считают, что животные могут стать моделями не только сверхчувствительных и долгосрочных барометров. Возможно, с их помощью удастся создать прибор, предсказывающий такие стихийные бедствия, как землетрясения.