Рифы Космоса: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он остановился и посмотрел на рождественское дерево посреди сада, украшенное огнями и звездой на вершине. Очевидно, он забыл о каникулах. Муски снова вздохнула.

— Счастливого Рождества, Дольф. Присядь и успокойся. Они сели на скамью из прессованной глины под деревом.

Муски и смотрела на сына. Она знала, что несмотря на все недостатки, он не начнет говорить без разрешения, и хотела, чтобы мальчик ощутил мир и покой в саду. Здесь стояли статуи первого Поколения Восемнадцати Матерей из золота, пятьдесят две Кормилицы из хрусталя и восемьдесят Отцов, высеченных из гранита, который добывали в скалах возле Полюса Тепла. Двадцать один человек из выживших, которые не внесли вклада в гены ныне живущих, тоже были увековечены в статуях, но эти статуи находились в самых дальних уголках сада. Имена тех, кто пережил вспышку на Фор-сайде, были выгравированы на серебре, как бы подернуты морозом. Те, кто пережил катастрофу в катакомбах подземников, получили надписи из рубина. Остальные, пережившие вспышку в орбитальных капсулах, под машинами, в пещерах, в других местах, где они могли укрыться от гнева звезды, были украшены оранжевым хризолитом, напоминающим цвет пламени. Это произошло шесть поколений назад. Когда Муски почувствовала, что это святое место подействовало на ее сына, она промолвила:

— Ол райт. Можешь говорить, что хочешь, Дольф.

Он не мог дождаться этого момента и не скрывал своего нетерпения.

— Хорошо! Я скажу! Ты делаешь ошибку, Мать Муски. Мы не можем сказать нет Альфабазе! Не можем!

Он был ужасно упрям. Даже свиреп.

— Да, я сказал, не можем! Это преступление против человеческой расы! Джем разлагается на наших глазах, Мать Муски. Это единственный шанс для нашего развития. На Альфабазе есть высокоэнергетическая технология. Ты знаешь, что значит их предложение? Они могут перевести в тахионное состояние десятки тонн. Мы не можем сделать этого даже ради спасения собственной жизни.

— Милый Дольф. У нас на Джеме очень много горячих проблем. Ты знаешь, сколько бродит диких стай кринпитов? Кринпитов, которые впали в дикое состояние? Подземников, которые стали совершенно неуправляемыми и бесполезными? Наш долг...

— У нас долг перед человечеством!

— Да, конечно. И мы выполняем его. Наши предки отдали жизнь, чтобы спасти нас, и мы строго блюдем Шесть Принципов. У нас нет тирании, национализма, расовых распрей. Мы не насилуем Джем, мы служим его процветанию. Мы экономим его ресурсы, а на Альфе снова развивают индустрию, и с ней возрождается все зло технологической цивилизации.

— Боже! — воскликнул Дольф.— Ресурсы! Да мы пальцем не пошевельнули, чтобы тронуть их! Ты знаешь, что горючее образуется быстрее, чем мы используем его?

— Прекрасно! Но будь разумен, Дольф, дорогой! Зачем ты портишь мне праздник своими глупыми идеями? Предположим, что кто-то примет твои предложения. Кто будет разрабатывать ископаемые минералы?

— Кринпиты! Подземиики! Люди! Машины! Я не знаю. Если кто-либо не захочет работать, надо его заставить!

Мускарт была ошарашена.

— Ты испортил мне праздник. Какой стыд!—-Упрямый подросток и неумелая сиделка — ее праздник испорчен, еще не начавшись. Дольф ее любимый сын. Она восхищалась его легким телом, быстрым умом. Но как он может не принимать этот рай и не быть в нем счастливым, как все остальные?

Каникулы Дольфа тоже были испорчены, и он, злой и растерянный, сел на каменную скамью, даже не слыша веселого пения вдали. Если бы он сумел заставить ее понять!. Покорение Джема дорого обошлось людям. И не только в первый ужасный год. В первые десять лет произошло еще несколько вспышек Кунга. Было восемь вспышек, и только две или три из них обошлись без страшных последствий. Людям пришлось вынести многонедельное заточение под защитным куполом, страшный голод в течение следующих полутора лет, пока планета не восстановила себя. Стоило ли людям платить жизнями за существование на такой планете?..

Подземник с четырьмя садовниками-кринпитами, панцири которых были покрыты блестящим праздничным лаком., прошли мимо Дольфа. Внезапно он услышал вдали песню.

Черт бы пробрал это время радости, думал он. Время самоубийц! Время медленной смерти в довольстве, когда вся остальная Галактика благодаря достижениям технологии стремится Бог знает куда! Ярость боролась в нем с праздничным настроением. Но постепенно ярость отступила. Дольф вдруг вспомнил, что нес подземник,— бледно тлеющий ультрафиолетовый факел, и решил пойти к рождественскому дереву. Кринпиты уже растащили по сторонам скамьи и столы для пикников, чтобы освободить пространство. После этого они удалились. Подзем-ники установили факелы по местам и ожидали распоряжений. На дереве привязанные шаристы распевали свои сладкие песни. Молодые люди складывали возле дерева одежду и бежали к украшенному стволу.

— Пора начинать! — закричали все, и шаристы затянули песню «Добрый король Венцеслав». Подземник поджег факелы. Шаристы все как один вздрогнули, и душистые нити полились на землю. Под рождественским деревом пары сплелись в экстазе традиционного Кольца.

И Дольф не смог устоять. Ярость погасла. Рождество победило. Он скинул одежду и бросился к дереву. «Зачем сражаться за Утопию?» — думал он. В этот момент в нем кончился процесс взросления. И начался процесс умирания. Что, по сути, одно и то же.