ДЖЕЙМС: Я ничего не мог с собой поделать. Я слышал его голос.
ЛАНТРИ: Не одобряю.
ДЖЕЙМС: Да посмотрите сами!
ЛАНТРИ: Уинстон Черчилль, так я и поверила.
ДЖЕЙМС Сидел с сигарой во рту как обычно, разговаривал с мистером Вортом.
ЛАНТРИ: Там был мистер Ворт?
ДЖЕЙМС: Должен был быть. Я его не видел. Наверное, он был вне поля зрения. Мистер Черчилль с ним разговаривал или некто, похожий на Черчилля.
ШАГИ.
ДЕВОЧКА: Мама, мама!
ДЖЕЙМС: Что такое, милая?
ДЕВОЧКА: (ПОДБЕГАЕТ.) Я только что видела, как президент Трумэн поднимается наверх! Он стоял в коридоре, и когда он увидел меня, он поздоровался и пошел дальше по коридору!
ЛАНТРИ: Шутите? Вы, двое…
ПОЛИСМЕН: (НАГИБАЯСЬ.) Теперь снимем маску.
ХОЗЯЙКА: Не надо! Я не хочу смотреть! Он, наверное, страшный!
ПОЛИСМЕН: Тогда не смотрите. Снимаю.
ТОЛПА: РАЗЕВАЕТ РТЫ
ДЕВОЧКА: Смотрите, смотрите! Его лицо!
МУЖЧИНА: Наконец-то! Вот, значит, как оно выглядит!
ПОЛИСМЕН: Чтоб… я… сдох… (МЕДЛЕННО.)
ХОЗЯЙКА: Он… Он… симпатичный молодой человек.
ПОЛИСМЕН: Да.
ХОЗЯЙКА: Лицо без малейшего изъяна. Красивое, благородное, славное.
ПОЛИСМЕН: Ему не нужно было носить маску. Зачем он это делал?
ХОЗЯЙКА: Я знаю зачем. Я… знаю… зачем…
ПОЛИСМЕН: Расскажите нам, сделайте одолжение.
ХОЗЯЙКА: Он боялся!
Бланк заявки в фонд Гуггенхайма подана 13 октября 1949 года