– Ты стал таким из-за болезни. Это совсем разные вещи.
– Это одно и то же. Обидев ребенка сестры, ты точно так же обидела и меня.
– Прости, я не хотела.
– А я не хочу, чтобы мы усыновили ребенка, которого ты станешь называть инвалидом.
– Да не получится у нас усыновить ни больного, ни здорового ребенка, – вздохнула Злата и отключила плиту. – Я ходила консультироваться. Шансов у нас нет – у тебя группа инвалидности, я ухаживаю за тобой и не имею дохода, чтобы содержать ребенка. Как мне сказали, у нас неполноценная семья.
– Это я неполноценный, все из-за меня! – сказал Роман дрогнувшим от волнения голосом. – Злата, ты еще молода, можешь найти себе здорового мужчину и жить счастливо. Если ты меня бросишь, я все пойму.
– Ромка, что ты такое говоришь?! – У Златы из глаз брызнули слезы. Она присела на пол, положила ему голову на колени. – Как ты можешь? Ты понимаешь, что делаешь мне больно?
– Прости, моя хорошая. – Роман опустил руки и ладонями коснулся ее волос. – Я не хотел тебя ранить, но и ты неправа по отношению к своей сестре и ее ребенку.
– Возможно, – сказала сквозь слезы Злата. – Прости, любимый, прости меня, глупую! Я люблю тебя так же сильно, как в тот день, когда впервые тебя увидела!
– Дебилка ведет за руку дебиленка! – услышала Романия голос позади. Внутри все закипело, но она сдержала себя.
«Я не должна поддаваться на провокации этих низких людей», – сказала она себе и только крепче сжала поводок.
– Гав! Гав! – дразнили дети собаку из-за деревьев.
Демир взглянул на хозяйку.
– Демирчик, не надо, – тихо попросила Романия, и пес ее понял, пошел дальше, игнорируя детей.
«Быстрее бы наступили холода, чтобы эти гаражники разбежались по домам», – подумала Романия.
На прогулке она почувствовала покалывание в груди, дыхание стало затрудненным. Романия испугалась, но не за себя. От одной мысли, что ей может стать плохо и сын с собакой останутся на улице одни, беспомощные, она почувствовала еще большую дурноту. Она села на траву и сделала несколько глубоких вдохов. Через несколько минут ее состояние улучшилось, Рома поднялась и двинулась дальше. Ей предстояло снова пройти этот круг ада, в котором подпившие мужчины и женщины кричат: «Собака! Собака! Все прячьтесь!», и от этой мысли опять кольнуло в сердце.
«Не надо обращать внимания, они недостойны даже этого», – успокаивала она себя по дороге домой.
Романия не ошиблась – все повторилось, как обычно. Кричали «красноштанные», к ним присоединился, повизгивая, Бора, дети верещали, взрослые обзывали ее ненормальной. Романия зашла в подъезд и с облегчением вздохнула. Она поднялась с сыном и собакой на свой этаж и почувствовала, как в груди снова стало тесно. Рома смогла дотянуться до кнопки звонка у двери соседки и нажать на нее, и сразу же все вокруг потемнело. Она сползла по стене вниз.
Романия очнулась в комнате и с удивлением посмотрела вокруг. Рядом с ней стоял мужчина в белом халате, за ним – Лера.
– Где Дениска и Демир? – Романия искала их глазами.
– Не волнуйся, они на кухне, ужинают, – сказала Валерия. – Тебе стало плохо, и я вызвала «скорую».
Врач посмотрел на пациентку, проверил ее пульс.
– Кажется, все худшее позади, – сказал он и принялся выписывать рецепты. – Я бы вам советовал немедленно обратиться к кардиологу, пройти обследование и курс лечения.
– Да, конечно, – ответила Романия.
– Сделайте это как можно быстрее, не затягивайте, а вот эти таблетки принимайте перед приближающимся приступом. – Он подал Роме бланк рецепта. – Запомните, что это не лечение, и постарайтесь не волноваться по пустякам.
– Спасибо, я постараюсь, мне нельзя болеть, – сказала Романия.
Когда врач ушел, Лера заявила подруге, что ей действительно надо позаботиться о своем здоровье.
– Я понимаю, – согласилась с ней Романия.
– Я могу взять отпуск, побуду с Дениской, а ты подлечишься, – предложила Лера.
– Для начала надо мне обследоваться, а потом видно будет.