Парень усмехнулся и развел руками:
— Мне нет смысла использовать их. Они твои и принесут баллы только твоей группе. Но если отдашь их, тогда я помогу. — И, улыбнувшись, с какой-то печалью в голосе добавил: — А клятвам особо доверять не стоит.
— Я отдам, — сказала Альдис. — Но поклянись Всеотцом и конунгом.
— Сама посмотри, — терпеливо ответил сокурсник. — Все плюсы только тебе. Ты можешь пристрелить и меня, и ее, стоит мне только отвлечься…
— Я бы уже сделала это, если бы хотела.
— Тебе нужны лишь слова? Пустое сотрясение воздуха?
— Тебе нужны шарики, мне нужна клятва. Все честно. — Девушка уже начала сердиться, а вот парень как будто наслаждался бессмысленным спором.
— Чем мои слова, что я помогу вам, отличаются от таких же слов, в которых я добавлю слово «клянусь»? Мне кажется, что ничем. Ты отдашь шарики, а я помогу. Все честно.
— Если не отличаются, почему ты так не хочешь клясться?
— Потому что клятва — это слово, данное перед взором богов. А я не хочу тревожить богов по таким пустякам.
Альдис разозлилась не на шутку. Ей всегда претили такие игры. Только что парень сказал, что слова — пустое сотрясение воздуха, и вот уже они привлекают внимание богов.
— Хватит юлить!
— Я юлю? Я всего лишь пытаюсь тебе объяснить, что ты требуешь того, что не нужно в нашей ситуации.
— Мне нужно. Перестань искать отговорки, мы теряем время!
— Вот это ты понимаешь. А понять меня не хочешь.
Девушка с трудом сдержалась, чтобы не запустить шариком прямо в ухмыляющуюся рожу. На секунду ей показалось, что мальчишка издевается. Потом мелькнула тревожная мысль, что он просто тянет время, ожидая подкрепления. Этого допустить было нельзя.
— Я поняла, с тобой невозможно по-человечески разговаривать, — сказала она звенящим от ярости шепотом. — Наверное, если я тебя помечу, толку будет больше.
Парень напрягся:
— Тебе кажется, что так ты сможешь помочь ей?
— Думаю, разговорами я точно никому не помогу. Считаю до трех: раз, два…
— Ладно, ладно. Клянусь Всеотцом и конунгом, что помогу вам! — В голосе мальчишки проскальзывало с трудом сдерживаемое раздражение.
— И не применишь наши снаряды против нас.
— Ты что, дура? Я тебе повторяю: мне нет смысла их против вас использовать!
— Если нет смысла — клянись!
— Любишь бессмысленные клятвы? — со злостью спросил парень. — Ладно, наслаждайся: клянусь, что не буду использовать твои шарики против вас!
— И ее шарики тоже.
Сказав, это Альдис тут же мысленно себя выругала. По тому, как недобро улыбнулся сокурсник и как он перевел взгляд на Лакшми, стало понятно, что раньше ему даже в голову не приходило включать шарики бхатки в условия сделки. Возможно, до этого момента он вообще не рассматривал Лакшми как самостоятельное существо, представляющее хоть какой-то интерес.
«Я и правда дура, что заговорила об этом».
— Ладно. И ее.
Тут наконец подала голос молчавшая до этого Лакшми: