Птенцы Виндерхейма: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Залитая светом комната. У нее необычная форма. Прямо напротив двери, а также по правую и левую руку — панорамные окна-эркеры. Вспомнилась гигантская конструкция из стекла и металла в форме шестеренки, венчавшая верхушку здания.

«Я внутри этой шестеренки».

Она сделала несколько шагов вперед — очень уж любопытно посмотреть на город с такой высоты — и только тут заметила худого темноволосого мужчину за массивным столом у окна.

— Госпожа Юлия Принципас из рода Юлиев?

— Да, это я.

— Подойдите сюда. Присаживайтесь. Да-да, садитесь — не надо так робеть. Мое имя Янис, и я разрешаю вам так ко мне обращаться.

Юлия осторожно опустилась в широкое кожаное кресло.

Внизу был город. Мраморное великолепие квартала патрициев, серый камень государственных учреждений. Купеческие дома утопали в зелени, блестела вытертая бесчисленными ногами брусчатка, вдалеке терялись в дымке многосемейные дома из красного кирпича, давно почерневшего от сажи и копоти. Дымили трубы, по улицам сновали парамобили, лигерады, конные повозки. Люди сверху казались маленькими разноцветными козявками. Город бурлил, волновался, двигался, жил.

— Вы нервничаете?

— Да. Немного.

— Я собираюсь задать несколько вопросов о вашей семье.

Она понятия не имела, кто этот человек и чего ему нужно, но сомнений не возникало: все происходящее не случайно. Назвавшийся Янисом имеет право задавать вопросы. На которые отец велел честно ответить…

— Задавайте.

— Вы ведь полукровка?

Знакомое и обидное слово резануло слух. Незнакомец даже не пытался изъясняться поэтичными метафорами, которые так любили учителя Юлии.

Полукровка, разумеется. Можно подумать, он сам не видит. Пепельные косы и бледная кожа, форма скул и глаз — все выдавало в ней чужачку в толпе черно-, русо— и рыжеволосых соотечественников. Только глаза у Юлии отцовские — темные, с такими же темными ресницами и бровями.

— Да, моя мама родом с Архипелага.

— Вам приходилось бывать в Мидгарде?

— Мы жили там шесть лет. Потом отец вернулся в анактерию.

— Помните что-нибудь из своего детства до переезда?

— Немного. Помню, как мы жили… — начала отвечать Юлия и растерянно замолчала, потому что вопрос прозвучал на свандском — языке Мидгарда, языке ее матери.

Незнакомец довольно кивнул.

— Хорошо. Язык вы знаете, — продолжил он на свандском с почти безупречным выговором. — Вы повторяли его?

— Отец требовал, чтобы я тренировалась.

— Ваш отец, госпожа Юлия, очень мудрый и дальновидный человек. Но знанием языка ваши таланты не ограничиваются, ведь так? Вы занимались фехтованием?

Юлия молчала, ошарашенная резкой сменой темы.

— Ну, не бойтесь. Занимались?

— Мне наняли учителя. В Мидгарде это принято…

— Но вы не оставили занятий, когда переехали? — перебил незнакомец, в упор разглядывая Юлию.

— Нет, — прошептала она и опустила глаза, ожидая нотаций. Однако собеседник не собирался читать лекцию о недопустимости подобного поведения для барышни.