— Не глупо, — мягко сказал Мэл и улыбнулся ей с сочувствием и поддержкой. Она хотела снова, чтобы он был ее братом. Брат ей бы сейчас пригодился.
— Почему ты не рассказала мне? — сказала Иррис.
Печаль покачала головой.
— Это не все, и это угрожает тебе. И Шарону, и всему Йеденвату. Веспус угрожал рассказать всем о моем отце и Ламентии, и о том, что все это прикрывали.
— Но он поставлял наркотик, — сказала Иррис.
— Кому-то будет до этого дело?
— Нет. Они будут сосредоточены на том, что канцлер был наркоманом, пока весь Раннон должен был скорбеть, — сказал Лувиан, снимая очки и протирая их.
Печаль кивнула.
— Так говорил Веспус. И, благодаря тебе, — она посмотрела на Аркадия, — и твоей глупой группе террористов, он, возможно, прав. Любой, кто был вовлечен в прикрытие — а это все в Йеденвате и Зимнем замке — будет мишенью. Это Веспус угрожал обрушить, если я не буду слушаться. Он устроит мятеж. Смерть Вентаксисам и всех, кто их поддерживает. Всех в этой комнате, кроме тебя.
— Тебе нужно было сказать нам, — сказала Иррис, но ее слова уже не были едкими. Она вернулась на свое место перед Печалью и взяла ее за руки. — Тебе не нужно было нести это одной. Мы могли тебе помочь.
— Я думала, что справлюсь, — сказала Печаль. — Я думала, что разберусь с ним раньше, чем все зайдет так далеко.
— Веспус должен тогда злиться из-за чумы, — сказал Аркадий. — Она заразила его ценную землю.
Печаль напряглась. Она не могла смотреть никому в глаза.
— Это не чума, да? — голос Иррис стал мягким от понимания. — Он это сделал, — она посмотрела на Печаль для подтверждения. — И ты знала, — Иррис встала и обвила себя руками. — Три человека умерли, и ты знала, что это был он. Ты ему позволила.
— Нет! — Печаль встала и посмотрела в глаза Иррис. — Я бы призналась во всем, а не вот так.
— Но ты поняла, что это был он? — не унималась Иррис.
Печаль сглотнула.
— Он сказал, что ему нужно очистить землю. Я думала, слухами. А когда поняла, было поздно. Я, конечно, пошла к нему. Он сказал, что угроза должна быть настоящей и жуткой, чтобы люди поверили, что им остается только уехать. И я молила его остановиться. Конечно, он не стал.
— Как все зашло так далеко? — сказала Иррис, и Печаль опустила голову.
— Я думала, что смогу потянуть время. Я не думала, что он начнет действовать так быстро.
— Я все еще не понимаю, почему ты не сказала мне, — сказала Иррис. — Я уже знала о Ламентии и тебе с Расом. Как и мой отец. Мы могли помочь.
— Так все знали, — тихо сказал Лувиан.
Печаль не могла на него смотреть.
— Он ясно дал понять, что, если я пойду против него, он навредит тем, кого я люблю, — сказала она Иррис. — И я боялась. Он создал чуму — это яд, а не болезнь. Я не хотела, чтобы он использовал его на тех, кто мне дорог.
— А на незнакомцах можно?
— Иррис, ты не помогаешь, — рявкнул Расмус.
Иррис смерила его взглядом и покачала головой. Печаль повернулась, смотрела, как она уходит из комнаты в дверь, которую Печаль до этого и не заметила.
— Печаль… — тихо сказал Расмус. — Ей нужно время. Вряд ли она злится на тебя. Она злится на моего отца. И на себя за то, что не догадалась. Она как старшая сестра, думает, что должна тебя защищать. То, что ты пытаешься ее защитить, для нее странно.
Лувиан кивал рядом с Печалью.
Расмус продолжил: