Космические бароны. Илон Маск, Джефф Безос, Ричард Брэнсон, Пол Аллен. Крестовый поход во имя колонизации космоса: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но еще до того, как Маск успел бы прийти в ярость, команда показала ему, что происходит в твиттере: его болельщики уже дали ответ. Они-то поняли неоднократные объяснения Маска о разнице между космосом и орбитой, и выпад Безоса стал для них призывом к оружию.

«Вот только не в той лиге, приятель. Хотя попытка хороша».

«Джефф Безос, если ты хочешь приобрести сторонников – будь вежлив. Может быть, не стоит выступать враждебным …даком?»

Один из фанатов подписал словами «этого достаточно» картинку, на которой ракеты двух фирм стояли бок о бок – на фоне «Фолкона-9» новая ракета «Нью-Шепард» выглядела подростком.

Маск вспоминал, что, увидев реакцию в твиттере, он расслабился и решил: «На эту глупость отвечать не стоит, особенно после того, как Интернет уже хорошенько отшлепал грубияна».

Сейчас все было в порядке. Вот она, ракета, возвышается над посадочной площадкой. Этим вечером битвы в твиттере не будет.

Брэнсон наблюдал развернувшееся между его приятелями-миллиардерами дружеское соперничество со стороны и испытывал раздражение. Он тоже был импульсивен и жил текущим моментом, но очень старался избегать конфликтов. Противная вещь – война, которую никто не может выиграть.

«Соперничество хорошо как идея, я имею в виду, оно определенно полезно с точки зрения потребителя, – говорил Брэнсон, который за последние годы успел поладить с Маском. – Мы с Илоном друзья, и я его неплохо знаю. Он иногда прилетает на Неккер». Что до Безоса, то Брэнсон впервые встретился с ним намного позже. Когда его спросили об этих перебранках в твиттере, он задумался, подбирая правильный тон. «Твиты вовсе не обязательны, если использовать их для спора, – сказал он и тут же одернул себя: – Впрочем, я предпочитаю оставаться над схваткой».

Он считал, что лучший способ конкурировать – думать о собственном продукте, а не о сопернике. Когда в полете разрушился SpaceShipTwo, Брэнсон принял этот удар. Однако сейчас, более чем через год, он вернулся в седло. Его команда переработала SpaceShipTwo, сделав более безопасным и надежным, и Брэнсон вновь был готов выступить с ним.

Он возвышался над крышей белоснежного лэндровера, посылая воздушные поцелуи толпе и размахивая рукой, словно триумфатор Цезарь, подъезжающий на колеснице к Колизею. Когда Брэнсон в последний раз появился на публике в Мохаве, его корабль лежал на песке пустыни, разбитый на множество частей. Но теперь у него был новый аппарат, и его следовало окрестить, тем самым сняв боль прошлой неудачи и возродив надежду.

Национальное бюро по безопасности на транспорте завершило свое девятимесячное расследование печальным заключением: к разрушению корабля в полете привело «недостаточное внимание к человеческому фактору»[321]. Было доказано, что компания Scaled Composites, построившая аппарат для Virgin Galactic, не сумела должным образом обучить своих пилотов и не предусмотрела самых простых средств защиты от той ошибки, которая и привела к катастрофе.

Да, Майкл Олсбери, тот из двух пилотов, который погиб, раньше срока освободил замки, стопорившие поворотную хвостовую часть аппарата. Однако комиссия по безопасности заявила, что пилот в принципе не должен был иметь возможность сделать это и что неспособность компании даже увидеть такой вариант развития событий оказалась одной из серии систематических ошибок, обернувшейся гибелью машины и человека. Как сказал член комиссии Роберт Самуолт, компания Scaled Composites «положила все свои яйца в одну корзину с надписью „Пилот сделает все правильно“». К сожалению, продолжил он, люди неизбежно делают ошибки, «и часто ошибка является симптомом негодной системы»[322].

Virgin Galactic отреагировала введением стопора, который не позволил бы пилоту раньше времени раскрыть замок системы «оперения». Кроме того, она указала на дверь компании Scaled Composites, сказав, что будет строить новый корабль самостоятельно.

«С того момента и по сей день мы делаем все необходимое сами, – сказал Брэнсон, – и все, что случится от сего дня и дальше, будет на совести Virgin Galactic».

В этот день, 19 февраля 2016 года, он уже мог представить публике новый экземпляр SpaceShipTwo. А его появление – с приличествующей радостной музыкой, световым шоу и охлажденным шампанским – соответствовало стереотипам Брэнсона и удовлетворило тех, кто приехал в предвкушении торжественной церемонии в исполнении одного из самых знаменитых повес в мире. Брэнсон играл свою роль с упоением – в джинсах и кожаной куртке рок-звезды, с летящими волосами, с ослепительно белой улыбкой и британским шармом. В переднем ряду сидел Харрисон Форд, или, если угодно, сам Хан Соло. Но реальной звездой дня был самый знаменитый физик в мире Стивен Хокинг.

Руководителей компании беспокоило, что по результатам расследования катастрофы они выглядели слишком беспечными. Они хотели устроить действительно красивое шоу, которое смягчило бы боль и помогло восстановить уверенность, но при этом ясно видели риск переступить черту – в особенности, учитывая многолетнее отставание от графика. Они все еще не отправили в полет ни одного платного клиента. Катастрофа и последовавшая за ней задержка также означали, что футуристический Космопорт Америка, обошедшийся налогоплательщикам в 220 млн долларов, все еще стоял без движения в пустыне штата Нью-Мексико, ожидая начала полетов Virgin Galactic.

Однако неудача компании повлекла за собой намного более серьезные последствия, чем пустующий космопорт, проедающий деньги из казны. Она забрала человеческую жизнь, и теперь руководителям Virgin требовалось показать, что они трезво и серьезно смотрят в будущее. Поэтому Хокинг был отличным выбором и знаком сдержанности. И хотя тот не смог по болезни посетить мероприятие лично, его хорошо узнаваемый компьютеризированный голос заполнил ангар компании.

«Я всегда мечтал о полете в космос, – сказал Хокинг. – Но много лет я думал, что это не более чем мечта. Прикованный к Земле и к инвалидному креслу – как я могу воспринять величие космоса, если не с помощью воображения и моих работ в области теоретической физики?»

Он сказал, что уже много лет назад Брэнсон обещал ему полет в космос, и добавил: «Я бы очень гордился, если бы полетел на этом корабле»[323].

И Virgin Galactic, вместо того чтобы попытаться стереть память о прошлом, приняла ее. Один из руководителей фирмы с трудом смог продолжить речь, когда заговорил о гибели и наследии Олсбери. Главный исполнительный директор Джордж Уайтсайдз также не стал уходить от трагической истории.

«Прошло 16 месяцев после нашей аварии при летных испытаниях, – начал он. – Это был тяжелый день».

Он вспомнил встречу с Брэнсоном «в этом самом ангаре» сразу после катастрофы. «Настал момент, когда годы напряженной работы оказались под сомнением, когда потерял свою жизнь смелый летчик-испытатель и хороший семьянин, с которым дружили многие из нас. Мы прошли по ангару и встали перед частично уже построенным кораблем № 2. Вот как раз тут он и стоял. И мы задали себе вопрос: коллекция тщательно изготовленных частей перед нами – наше прошлое или будущее?»

На фоне тщательно прописаного сценария, который прокладывал тропинку между празднованием и возданием памяти, между возрождением и похоронами, ответ был очевиден. Но по мере движения компании вперед стало не менее очевидным, что ее рывок в космос, незрелый и нетерпеливый, замедлился и стал более сдержанным, новое чувство ответственности пришло на смену острой необходимости.

И даже до мероприятия Virgin Galactic старалась умерить ожидания и заверить потенциальных клиентов: она движется осторожно и превыше всего ставит безопасность. Компания выпустила заявление с такими словами: «Если вы ожидаете, что SpaceShipTwo поднимется в небеса и прямо в космос в день, когда мы продемонстрируем его, то позвольте избавить вас от иллюзий: это будет исключительно наземное празднование».

Для компании, изначально построенной на взрыве ожиданий, а не на управлении ими, это было экстраординарное заявление. Брэнсон и его бренд Virgin никогда в жизни не занимались «избавлением от иллюзий»; напротив, они превращали иллюзии в реальность. Однако смерть отрезвляет, и перед Virgin Galactic встала непростая задача сбалансировать рекламу нового космического аппарата и ранее немыслимые ожидания рутинных космических путешествий – с опасностями и трудностями, которые неминуемо присущи рискованному предприятию.

Сначала новому космическому аппарату предстояло пройти серию жестких испытаний. И прежде чем продемонстрировать собранное изделие, компания хотела рассказать, как она «пинала, тыкала, растягивала, сжимала, гнула и перекручивала все, что предстояло использовать для строительства этих аппаратов». Впечатление складывалось такое, будто Virgin Galactic презентует детское кресло для автомобиля, а не космический корабль.

Люди, хорошо знакомые с Брэнсоном, часто говорят, что его образ плейбоя – в некоторой степени миф. На самом деле, в сердце своем, это семейный человек, удивительно честный и обезоруживающе самокритичный. В отличие от Маска и Безоса (для них-то трещать о технических аспектах своих ракет – высшее счастье), Брэнсон всегда выходил к СМИ как бы слегка неуверенным и заботился окружить себя инженерами, готовыми ответить на любой детальный вопрос. Он выбирал направление, а не технические характеристики.

Возможно, Брэнсон по-прежнему строил из себя плейбоя, но в то же время он был уже 65-летним дедушкой, и на представление новой машины он пришел в окружении четырех поколений своей семьи. Присутствовала его почти столетняя мать, а также сын и внучка, которой исполнился год.

В задней части ангара заранее припасли достаточно шампанского, но SpaceShipTwo не стали крестить, разбивая о него бутылку шипучего напитка. Вместо этого Брэнсоны собрались вокруг самого молодого члена семейства, малышки Евы-Дейи с яркими глазами и белыми локонами, и окрестили корабль ее молочной бутылочкой.

В последующие месяцы Маск и Безос начали играть в любезность, по крайней мере на публике. Схватка в твиттере запустила неостановимое безумие прессы, которая настраивала их друг против друга. Но ни один из миллиардеров, борющихся за доминирование в космосе, не хотел аршинных заголовков.

[321] NTSB press release, «Lack of Consideration for Human Factors Led to In-flight Breakup of SpaceShipTwo», July 28, 2015. – Прим. авт.

[322] Christian Davenport, NTSB Blames Human Error, Compounded by Poor Safety Culture, in Virgin Galactic Crash, Washington Post, July 28, 2015. – Прим. авт.

[323] Стивен Хокинг умер 14 марта 2018 г., еще до первого полета нового SpaceShipTwo к границе космоса. – Прим. перев.