Но больше всего команду занимало изучение артефактов: уже поднятых на борт и все еще лежащих на глубине пяти километров под ними. «Нет, мы не просто сидели и блевали, – вспоминал Капоне. – Мы работали… Джефф рассказал о своих намерениях и тем самым бросил нам вызов – сделать их реальностью. И я могу сказать, что никого в нашем экипаже шторм напугать не мог. Да, качка очень раздражала, было неприятно. Несмотря на внушительные размеры нашего судна, почти 60 метров в длину, его колотило изрядно. И тем не менее никто сдаваться не собирался».
К 11 марта шторм наконец-то стих, и экипаж вернулся к работе, опустив роверы на океанское дно. Вскоре они начали поднимать на борт металл всех видов, работая днем и ночью. Безос, небритый, в оранжевом спасжилете, каске и защитных очках, помогал очищать двигатели от грязи.
Долгие рабочие смены, изоляция в море и тяготы шторма размыли границы в социальном статусе, и исследователи приняли кредо всякой настоящей экспедиции: кто не вносит свой вклад в работу, тот может проваливать.
«Мы поливали артефакты из шлангов и счищали грязь. Мы все работали, – говорит Конкэннон. – Среди нас не было главы „Амазона“. У нас в команде трудился просто Джефф и его мама, его брат и брат его жены… И у всех руки до плеч в дерьме. Все спали мало. И все играли в дартс, когда погода не давала нам работать».
Через несколько дней на корабле накопилась целая сокровищница с частями двигателей – достаточно для того, чтобы объявить экспедицию успешной и отправиться домой. Исследователи решили привезти двигатели в Порт-Канаверал, возвратив их на место, откуда они стартовали более 40 лет назад. По крайней мере некоторые части двигателей, поднятых со дна, принадлежали «Аполлону-11», хотя на 100 % подтвердить это никто не мог. Проведя в океане три недели, Seabed Worker подошел к берегу вскоре после восхода. Экипаж собрался на палубе и смотрел на медленно растущую на горизонте площадку 39A.
Все находки доставили в космический центр «Космосфера» в штате Канзас – музей, который на протяжении многих лет сотрудничал со Смитсоновским институтом в восстановлении и сохранении аэрокосмических артефактов[271]. Персонал центра поддерживал экспонаты во влажном состоянии, стремясь предотвратить дальнейшую коррозию, промывал объекты, обрабатывал их сухим льдом и даже снимал отложения зубными щетками. Однако так и не удалось найти заводские номера, которые позволили бы определить, какие части в каком полете использовались. С учетом зоны поиска команда Безоса была убеждена, что у них есть двигатель от «Аполлона-11». Оставалось только найти доказательства.
Наконец одному из реставраторов пришла в голову идея. Допустим, заводские номера, которые они ищут, не видны невооруженному глазу, но быть может, их удастся увидеть в инфракрасных лучах?
Однажды утром по дороге на работу он купил фонарик с «черным светом» и очки. Посветив им на камеру сгорания, сотрудник наконец увидел число 2044. Он был так взволнован, что побежал к телефону, спеша сообщить об открытии, споткнулся, упал, вновь вскочил на ноги…
Безос объявил эту новость в своем блоге 19 июля 2013 г.[272]:
«Четыре месяца назад, сойдя с корабля Seabed Worker в Порт-Канаверале, мы выгрузили достаточно основных компонентов, чтобы предъявить два летавших двигателя F-1. Мы привезли с собой камеры сгорания, газогенераторы, форсуночные головки, теплообменники, турбины, топливопроводы и десятки других артефактов – прекрасные и поразительные свидетельства программы „Аполлон“. Но был секрет, с которым океан не хотел расставаться просто так: к какому полету они относятся. Огненное завершение полета и мощная коррозия за 43 года пребывания под водой скрыли или вытравили большую часть оригинальных заводских номеров. Мы покинули Флориду, зная, что команде реставраторов предстоит большая работа, и с тех пор держали пальцы скрещенными – на удачу».
«Сегодня я с радостью могу поделиться волнующей новостью. Один из реставраторов, сканировавший объекты в инфракрасном свете и со специальным фильтром, сделал прорывное открытие: на боковой стороне одной из огромных камер сгорания было черной краской написано число 2044. Это заводской номер фирмы Rocketdyne, соответствующий номеру 6044 в документации NASA, номеру двигателя F-1 № 5 от запуска „Аполлона-11“. Неустрашимый реставратор продолжил поиски, и после удаления коррозии с камеры обнаружил на поверхности металла выбитую надпись „Unit № 2044“ – „Изделие № 2044“».
Итак, на глубине более пяти километров примерно в 725 км от берега Флориды[273] исследователи нашли центральный двигатель ракеты, которая отправила первых людей на Луну.
Клуб исследователей, основанный в 1904 году, за время своего существования отпраздновал много отважных путешествий и имел в своих рядах многих из числа самых смелых людей, включая адмирала Роберта Пири и Мэттью Хенсона, которые первыми достигли Северного полюса, и Руаля Амундсена, который первым достиг Южного. Членом клуба был Чарлз Линдберг, а также сэр Эдмунд Хиллари, первым совершивший восхождение на Эверест вместе с шерпой Тенцингом Норгеем. И конечно, здесь прославляли тех, кто покорял космос, в том числе экипаж «Аполлона-11» – Нила Армстронга, Базза Олдрина и Майкла Коллинза.
Каждый год клуб устраивал пышный официальный прием для вручения наград в Нью-Йорке, в отеле Waldorf Astoria, где кухня была столь же экстравагантна, как и экспедиции, регулярно предпринимаемые членами клуба. В меню любой желающий мог найти такие деликатесы: земляные черви, поджаренные в масле, клубника, обсыпанная личинками и жуками, жареные скорпионы, утиные языки с бельгийским салатом и бычий член в кисло-сладком соусе[274].
Однажды президент клуба въехал на сцену на белом коне, и этот конь наложил кучу прямо на тарелку Эдмунду Хиллари, который сидел тут же на возвышении[275].
На званом ужине 15 марта 2014 года коня не было, но по обыкновению давали экзотику: тараканы на вертеле, североамериканский бобр, яйца страуса, тарантулы, козел и козлиный член, наконец пара аллигаторов с головами – их порезали на части на глазах у гостей, словно поросят.
После трапезы Базз Олдрин вышел на сцену, чтобы представить Безоса, готового принять награду от имени команды по поиску и подъему F-1. «Представьте себе только эти ракетные двигатели, эти огромные F-1, которые унесли нас, осуществляя мечту многих столетий, – с благоговением произнес Олдрин. – Вот центральный двигатель первой ступени. Вы можете себе представить – из всех двигателей Джефф сумел найти как раз центральный».
Знаменитый астронавт слегка попенял Безосу за то, что он сам и его космическая компания настолько засекретили себя. «Джефф пытается отправить людей в космос, – сказал Олдрин. – Однако никому не говорит о своих планах. Он ведет себя очень тихо. Но я надеюсь, мне он секрет откроет»[276].
Затем на сцене появился сияющий Безос и пошутил: «Я все еще пытаюсь убедиться, что у меня во рту не осталось ни одного таракана». В короткой речи он заявил: «Моя команда ощущала, будто мы одновременно восстанавливаем историю и делаем ее».
«Могу сказать точно: мы получили массу удовольствия, – произнес Безос. – Во время поиска мы, конечно, столкнулись с трудностями – требовалось очень аккуратно обследовать сонаром бокового обзора очень большую площадь. Меня восхитил профессионализм и умение всего экипажа. Мы делали дело, с которым не справится небольшая группа, – нужна команда профессионалов. Группа, обнаружившая двигатели, – просто потрясающие люди. Пилоты роверов – эти ребята настоящие хирурги, если забыть о том, что они работают на пятикилометровой глубине. Операторы кранов – вы видели когда-нибудь, как работает оператор крана в бурном море? Палуба шатается взад и вперед, и весь кран начинает раскачиваться, словно маятник. Но ребята такие профессионалы, было здорово наблюдать за каждым в нашем походе. Безусловно, я принимаю награду от лица всей команды».
Безос попросил экипаж встать, а гостей – поаплодировать, а затем выкрикнул: «Эти ребята были абсолютно великолепны!»
Команда F-1 была не единственным космическим героем вечера. Президент Клуба исследователей восхищался Илоном Маском и его достижениями в космосе, и решил удостоить его специальной президентской награды. Когда на большом экране появилось изображение Маска в облегающей футболке, со скрещенными руками и выступающими бицепсами, сам Маск выпрыгнул на сцену, готовый принять приз.
Подобно Безосу, Маск пришел к заключению, что путь к экономически возможным полетам в космос лежит через воссоздание многоразовой ракеты, способной летать так часто, как самолет. Только тогда будет достигнут большой прорыв, который позволит открыть космос для масс, а ему самому – отправиться на Марс. SpaceX приближалась к этой цели и, в отличие от Безоса, никогда не обсуждавшего планы Blue Origin столь публично, своих замыслов не скрывала: Маск в своей речи ознакомил гостей с прогрессом компании.
«Я думаю, все, сделанное нами до сих пор, – эволюция, но не революция, – начал он. – А вот что необходимо сделать SpaceX или кому-то другому, – полностью многоразовая ракетная система. Вот та вещь, которая на самом деле не дает нам заселить Марс».
«Как ракеты используются сейчас? Одноразовые. Вы запускаете ракету один раз и теряете ее. Очевидно, если бы все виды транспорта были одноразовыми, их не слишком часто использовали бы. Но на самом деле – будь это самолет, корабль, машина, велосипед или лошадь – они многократного использования. Если же 747-й стоит четверть миллиарда долларов, и вам нужно два самолета, туда и обратно, никто не будет платить полмиллиарда долларов за полет из Лондона в Нью-Йорк и обратно».
SpaceX уже работает над созданием необходимой технологии, сказал Маск: «Мы начинаем потихоньку возвращать первую ступень». Ракета, которую компания использует для следующего запуска, будет впервые оснащена посадочными опорами. SpaceX попытается для начала посадить ее на морское судно, а не на сушу, «потому что нет 100 % уверенности в высокой точности посадки». «Что же до посадки на сушу, то это будет непростое дело. Однако мы намерены попробовать приземлиться достаточно точно, раскрыть опоры и спасти ступень с помощью баржи», – закончил Маск.
В то время как Маск публично говорил о планах SpaceX запускать, приземлять и повторно использовать ракеты, Безос также изложил свои планы, но без шума – в заявке, поданной федеральному правительству и оставшейся почти незамеченной.
25 марта 2014 года, через десять дней после того, как Маск изложил планы SpaceX на званом вечере Клуба исследователей, Патентное управление США одобрило патент № 8678321 с названием «Морская посадка космических ракет-носителей и связанные с этим системы и методы».
В патенте на десяти страницах описывалась система возвращения ракет, повторяющая подход, описанный Маском в его речи. Делалась заявка на систему, в которой «многократно используемая ракета-носитель запускается с прибрежной стартовой позиции по траектории над водой». После того как двигатели первой ступени прекращают работу, она отделяется и начинает падать, причем «входит в атмосферу Земли хвостом вперед. Двигатели ступени запускаются вновь, и она осуществляет вертикальную посадку на реактивной тяге на палубу морской платформы».
В патенте указывалось: технология необходима для снижения стоимости космических полетов и для того, чтобы промышленность могла более эффективно идти вперед. «Невзирая на быстрый прогресс в пилотируемой и беспилотной космонавтики, доставка астронавтов, спутников и других полезных грузов в космос продолжает оставаться дорогостоящим предприятием. Одна из причин состоит в одноразовом использовании большей части стандартных ракет-носителей, откуда и название „одноразовые ракеты-носители“. Преимущества повторно используемых носителей включают потенциал обеспечения дешевого доступа в космос».
[271] Летом 1999 г. здесь же восстанавливали космическую капсулу Вирджила Гриссома, которая затонула после приводнения и была поднята экспедицией Кёрта Ньюпорта. – Прим. перев.
[272] http://www.bezosexpeditions.com – Прим. авт.
[273] Это число вызывает сомнение. В официальном отчете по пуску AS-506 дана расчетная дальность полета первой ступени 661,2 км и измеренная – 661,4 км. – Прим. перев.
[274] Michael Y. Park, «Eating Maggots: The Explorers Club Dinner», Epicurious, March 17, 2008, http://www.epicurious.com/archive/blogs/editor/2008/03/eating-maggots.html – Прим. авт.
[275] Lynda Richardson, Explorers Club: Less ‘Egad’ and More ‘Wow!’ New York Times, December 3, 2004. – Прим. авт.
[276] https://archive.org/details/ECAD_2014720_201502 – Прим. авт.