Рэсси — неуловимый друг: читать начало книги онлайн

— Отличный результат, — произнес Громов, — хотя две-три петли в действиях Рэсси были лишними. Но я полагаю, Рэсси запомнит их и в следующий раз будет умнее.

Сергей сидел на корточках и гладил победителя. «Интересно, — думал Сыроежкин, — а в настоящей погоне сумеет он удрать от преследователя? Или я видел лишь математическую шутку?»

— Учись, Рэсси! — наставительно обратился Электроник к ученику. — Еще несколько уроков, и ты удивишь всех ловкостью и скоростью.

— Рэсси завоюет мир! — вспыхнул от внезапной догадки Сыроежкин.

— Мир очень сложен, — уточнил Электроник. — Но наш Рэсси — гибкая система, он умеет ориентироваться в меняющейся обстановке.

— Ты говоришь скучно. Рэсси рожден для подвигов. Иначе зачем его было изобретать?!

— Проверка новых схем — разве это мало? Я вот сам…

— Ты — другое дело…

Они перешли из машинного зала в комнату лаборатории, потому что время их истекло и место у пульта заняли работники института. Громов не вмешивался в спор наших друзей, ходил из угла в угол, повторяя любимые шекспировские строки: «Есть многое на свете, друг Горацио, о чем не снилось даже мудрецам…»

Потом они смотрели телевизор, и это тоже был урок для Рэсси. Зарубежное телевидение транслировало открытие зоопарка в далеком западноевропейском городе Теймере. Телекамеры, установленные на вертолетах, показывали зеркало прудов с журавлями, утками, фламинго, застывших на скале горных козлов, участок африканской степи с бегущими антилопами, мирное стадо слонов, дремавших в зеленой роще.

Диктор объявил, что выступает хозяин самого большого в Европе зоопарка «Мир животных» доктор Манфред фон Круг. Доктор стоял в группе парадно одетых гостей и именитых горожан, негромким голосом обращался к миру:

— За последние сто лет на Земле исчезло более ста видов ценных животных. Люди уже никогда не увидят быстрого индийского гепарда, с которым выходили на охоту магараджи. Не коснутся доверчивого ленивца, не услышат Пення морских сирен, пленивших спутников Одиссея. Сегодня на планете осталось четыреста тигров, семьсот леопардов, двести кашмирских оленей, сто двенадцать африканских носорогов и шестьдесят два индийских. Они тоже под угрозой вымирания — в последних уголках сохраненной природы, в заповедниках, в зоосадах, и наши потомки, возможно, будут знать тигра только по фотографиям.

— Мрачную картину нарисовал фон Круг, — заметил негромко Гель Иванович. — Можно подумать, что он и в самом деле заботится о будущем…

— А вы знаете его? — спросил Сережа.

— Встречались на заседаниях Международного Совета охраны животных…

— В наше время, — продолжал фон Круг, заняв своими темными очками почти весь экран, — в наши дни, когда весна приходит в город без Пення птиц, без первых подснежников под деревьями, дети города неосознанно тоскуют по природе. Они хотят видеть зверей, слышать птиц! В этом «Мире животных», — доктор взмахом руки указал на живописные ворота зоопарка, — среди обычных носорогов, гамадрилов, цапель есть особенные животные. По своему поведению и внешнему виду они не отличаются от живых собратьев. Наука сумела продлить их жизнь на долгое время, заменив некоторые органы и ткани надежными механизмами и материалами. И спустя десятилетия наши внуки будут приходить в «Мир животных», кататься на спине верблюда, смеяться над проделками шимпанзе, рисовать тигра с натуры.

— Ура! — закричал Сыроежкин. — Да здравствуют вечные тигры!

И смолк, увидев, что Громов качает головой, а Электроник сидит неподвижно.

— Мы указали возможный путь сохранения редких животных, и дело тех, кто охраняет и ценит природу, принимать его или отвергнуть. Двери моих лабораторий открыты. Как и ворота в «Мир животных».

— Возмутительно! — громко сказал Громов. — Он загубил на свои опыты десятки редких животных.

— Загубил? — пробормотал Сыроежкин, ничего не понимая.

А Электроник педантично повторил:

— Десятки ценных животных…

Профессор включил видеофон, набрал номер.

— Слушаю вас, Гель Иванович, — произнес человек с резкими морщинами на лице.

Сыроежкин узнал на экране академика Немнонова, который однажды выступал на их школьном вечере.

— Вы видели, Николай Николаевич, новое открытие фон Круга?

— Наблюдал. Наш с вами старый противник, — усмехнулся Иемнонов.

— То, что он сделал, — горячо продолжал Гель Иванович, — противоречит элементарной этике ученого. Он даже не спросил мнения Международного Совета…

— Признаюсь, я тоже не ожидал, что фон Круг так скоро пойдет в атаку. Ваши предложения?