— Ну если нет воды, так и скажи, — вздохнула я. — Дальше пойду искать.
Я повернулась и пошла прочь. С одной стороны парня явно кто-то удерживает в плену. А с другой, он как-то не пытался поискать моей помощи, а сломать забор у меня всё равно не получится.
За моей спиной раздался звон сетки. Я обернулась. Парень стоял у забора, стучал по сетке и смотрел на меня.
— Что?
Он призывно махнул рукой.
Я вернулась к забору.
Парень, согнувшись, чтобы цепь давала возможность идти, быстро поковылял в сарай. Через полминуты он показался снова, держа большую блестящую металлическую кружку. Подойдя ко мне, он поставил кружку на землю и протянул к решётке ладонь, сложенную лодочкой.
— Не поняла.
Он ткнул указательным пальцем в мою ладонь, а потом снова показал лодочку.
Наконец, до меня дошло. А как ещё можно «передать» воду через сетку? Только попытаться налить в ладошку, резко наклоняя кружку.
Я подставила руку. Парень плеснул мне воды.
Он плескал так долго, пока в кружке не кончилась вода. Я пила маленькими глотками из пригоршни. Много просто пролилось мимо, ещё я намочила свитер, и кроссовки, но кое-что мне и внутрь попало. Последними порциями я попробовала умыться.
— Спасибо!
Он пожал плечами и ушёл в сарай, видимо, понёс кружку на место. И действительно, он вернулся и снова подошёл к забору, вцепился левой рукой в ячейки сетки.
— Как тебя зовут?
И опять этот недоверчивый прищур.
— А я — Кира. Я из Йери. Летела в канале и провалилась в слой. Ты знаешь, как это бывает?
Он слушал внимательно, но никак не реагировал.
— Мне нужно вернуться домой. Через вертикальный канал, конечно же. Но у меня нет карты. Ты не знаешь, кто может мне помочь?
Он внезапно отпрянул, резко оттолкнувшись от сетки, повернулся и захромал, согнувшись, в свой сарай. Я ещё некоторое время постояла, думала, что он выйдет, но парень больше не появлялся. Чем-то мои невинные вопросы его напугали.
Я решила идти дальше. Если я нашла этот странный загон с пленником, значит, я ещё много чего интересного смогу отыскать на своём пути, и может быть даже кого-то, кто не станет шарахаться от моих вопросов и сможет помочь мне дельным советом.
Но недалеко успела я отойти, когда со стороны сарая раздались голоса, крики и металлический лязг.
Обратно я пробиралась по кустам со всей возможной предосторожностью. Очень не хотелось угодить в один загон с тем беднягой. Подобравшись поближе, я попыталась разглядеть, что там происходит.
У пленника было два посетителя, мужчина и женщина, одетые в лёгкую форму цвета хаки без опознавательных знаков. Таких любителей стиля милитари везде хватает, и на поверхности тоже, правда, форма у гвардейцев серая или фиолетовая, но не хаки. Женщина была худой, бесцветной, с короткой стрижкой и мальчишескими чертами, хотя лет ей было уж точно за сорок, как есть старушенция. Мужчина, наоборот, молодой, крепкий, налитой качок.
Когда я заняла свой наблюдательный пункт, женщина внутри загона ходила вдоль забора взад-вперёд, нервно ероша волосы, а мужчина избивал пленника, вжавшегося в стену сарая. Парень был уже похож на тряпичную куклу, только вздрагивал от ударов, и голова его моталась туда-сюда.
Наконец, женщина повернулась к ним.
— Всё, хорош! — хрипло крикнула она по-русски. — Хватит, а то прибьёшь ещё! Пусть посидит, подумает. Пойдём пока.
После окрика мужчина перестал наносить удары, схватил парня за волосы на макушке, вгляделся в его лицо, отшвырнул от себя, а потом равнодушно отвернулся и ушёл за своей крайне недовольной спутницей.
Они вышли в раскрытую створку сетчатого забора, закрыли створку, совместив две трубы — вкопанную в землю и ту, которая образовывала створку. Потом мужчина вынул из кармана ключ, вставил его куда-то в трубу и повернул. Они ушли молча по тропинке, по которой я пришла к сараю от моего разбитого вагона.
Я даже отдалённо не могла себе представить, кто они такие. По всему выходило, что они регулярно наведывались в этот слой и чего-то добивались от несчастного калеки. Видела я их впервые. По замашкам и приёмам это не могли быть агенты курьерской службы. Скорее, терракотовые. Но в их паре командовала женщина, говорящая на чистейшем русском. Гатрийка с абсолютным слухом и талантом к языкам? Но в её возрасте гатрийки давно и благополучно оседают в семейном болоте, а не дослуживаются до командных должностей. Русская наёмница? Это было, конечно, возможно.