— Привет, — тихо поздоровалась она в перерывах между его махами ногами. — Я здесь.
— Отлично, — ответил он, не поворачиваясь. — Иди на тренажеры. Я скоро.
Он так и не поздоровался. И даже не спросил, есть ли у нее с собой спортивная одежда. Хорошо, что она еще вчера бросила сумку с костюмом и кроссовками в багажник. А если бы нет? Или он знал? Может…
Может, он следит за ней? И все о ней знает? От этой чудовищно глупой мысли стало неуютно. И впервые за минувшие месяцы захотелось оглянуться.
Он стоял, уронив руки вдоль тела, и смотрел на нее нехорошим злым взглядом.
— Что? — вскинулась Настя.
— Иди. Я сейчас.
Махи руками и ногами возобновились.
Настя переоделась. Пошла на беговую дорожку. И успела пробежать три километра, когда Володя наконец появился в тренажерном зале.
— Переходи сюда, — скомандовал он, указывая пальцем на тренажер, качающий мышцы спины.
Настя послушно сошла с беговой дорожки. Села, куда он велел. Володя начал возиться с утяжелителями.
— Мне нужно алиби на тот вечер, когда пропал твой муж, — произнес он едва слышно.
— Это… Это когда? — Она так растерялась, что не смогла вспомнить дату.
— Это когда он в ресторане дебош устроил. А потом пропал. Но перед тем как пропасть, Настя, он приехал к тебе, — шептал Володя, что-то подкручивая за ее спиной.
— Что?!
Она дернула спиной как раз в тот момент, когда он закончил приготовления. Между лопаток тут же заныло.
— Я видел, как он входил в твой подъезд. Я сидел в машине и наблюдал за твоим домом. — Володя вложил ей в руки держатели, приказал: — Работай…
Она принялась качать мышцы спины как ненормальная. У нее шумело в голове от нагрузки и тяжелых мыслей. Еще минута, и, кажется, кровь брызнет из ушей и рта. Вкус ее уже ощущался на языке. Или она губы искусала?
Что вообще происходит? Володя за ней следил?! Все это время следил? Зачем?!
— Я боялся за тебя, — ответил он на ее последний вопрос, высказанный вслух.
— Боялся?!
— Ну да. Когда ты пришла брать уроки самообороны, на тебя было жалко смотреть. Затравленная вся, напуганная. Поначалу я относился к тебе как ко всем своим клиенткам. Спортивный интерес, не более. Но чем больше проходило времени, тем больше я к тебе привязывался. Сам того не желая. Все! Хватит! Надорвешься! — Он схватил ее за руки, останавливая. Заставил встать на ноги. Заглянул в глаза: — Настя, ты мне нравишься. Ты мне очень сильно нравишься. Поэтому я и ездил за тобой вечерами. Сопровождал, чтобы тебя никто не обидел.
— Я тебя об этом не просила.
Она шагнула и закачалась, в голове по-прежнему шумело. Видимо, она все же перестаралась с нагрузками.
— Не просила, — он придержал ее за локоть, подал бутылку воды, потребовал: — Пей маленькими глотками.
Она послушно отпила половину. Стало легче дышать и думать.
А чего она, собственно, бесится? Сама же жаловалась Володе, что боится по улицам ходить вечерами. Что бывший муж достает ее своими визитами. Угрожает, не оставляет в покое. Находила в нем молчаливую поддержку и радовалась, что жизнь ее как-то начинает меняться.
— В общем, тем вечером я поехал за ним, — признался Володя, усаживаясь на скамейку и делая ей знак сесть рядом.
— Поехал? На чем же он поехал? Он же был пьян!
— Он взял такси.