— Не мешай, пожалуйста. Я многому учусь сейчас, только слушай мой рассказ. Например, я только что сказал, что он выглядел, как уж. Первый раз, когда я его увидел, я подумал о кобре. Может быть, я одолею мой невроз. Если я смогу свести его образ к безобидному земляному червю, то с этим можно жить и дальше. Забавно, но он чем-то напоминал мне тебя.
Она попыталась улыбнуться. Она дразнила меня.
— Да? И чем же?
— Он советовал мне не задавать вопросов и плыть по течению. Я сразу же потерял сознание. И догадайся, что произошло? Я вернулся сюда — к тебе — снова.
— Продолжай.
— Ага, наконец-то я привлек твое внимание. Это была вторая наша встреча, но ты не помнишь.
— Нет, я не помню.
— Конечно. Ты предостерегла меня, что меня ждут неприятности, и я вышел и побежал вокруг квартала за ними, и нашел их только для того, чтобы опять закончить появлением здесь. Это заставило меня почувствовать себя одним из тех резиновых шаров, которые привязывают к ракеткам от пинг-понга.
— Это была… наша третья встреча.
— Теперь, девочка, ты улавливаешь. Оставайся со мной. Дальше все усложняется. У меня все еще было намерение — повидать своего старого босса — Сенатора. На этот раз там была хитрая дверь. Я прошел через нее, и неожиданно наступил летний полдень в местечке, где сила тяжести на 18 процентов меньше, солнца слишком много, а деревья похожи на кружевное нижнее белье. Сенатор был там. Мы только начали приходить к взаимопониманию, когда он вытащил какую-то штучку и заморозил меня так, что я стал холоднее, чем тарелка с яичницей в армии.
Она ждала продолжения, наблюдая за моим лицом.
— Это был второй раз, когда я увидел Змееголового. Дисс, назвал он свое имя. Он хотел отшлифовать мои манеры и заставить играть по правилам. Сказал, что он является большой шишкой — но приспустил пары, когда я упомянул Грэйфел. Он притушил огни, я слышал голоса и потерял сознание…
— И теперь ты здесь.
— Когда я прихожу в себя, ты всегда здесь приветствуешь меня. Этого достаточно, чтобы заставить человека стремиться к железному обручу на голову. Кроме того, я не совсем просыпаюсь. Сначала я там — потом я здесь.
— Ты рассказал о deja vu — уже виденном, — сказала она бодрым тоном патронажной сестры. — Существует, теория, что это происходит из-за моментального отвлечения; когда твое внимание возвращается к окружающему, у тебя возникает чувство, что ты уже бывал здесь. И ты, конечно, уже это видел — долей секунды ранее.
— Красивая теория. Конечно, она не объясняет, откуда я знаю твое имя. А, я забываю: ты моя жена.
— Да.
— Где мы встретились?
— Ну, мы встретились… — Ее лицо стало таким спокойным, как вода в пруду на рассвете. Кончиком языка она удостоверилась, что ее верхняя губка на месте.
— Я не знаю, — сказала она таким тихим голосом, что его можно было поместить на кончике булавки.
— Добро пожаловать к нам в группу. Начинаю ли я заинтересовывать вас своей проблемой, мисс Реджис?
— Но — почему? — От волнения она ухватилась за палец и стала мять его. — Что это означает?
— Кто говорит, что это что-то означает? Может быть, все это игра, разыгрываемая для чьего-то еще удовольствия.
— Нет, я не могу в это поверить; я не поверю! — Она выпалила это в шоке на последнем дыхании.
— Но мы можем отказаться играть.
— Это как раз то, чем ты занимаешься; не правда ли, Флорин? Помогло ли это тебе?
Я проворчал:
— Запутывание их планов приносит мне определенное удовлетворение — если они сами существуют, и если у них есть планы.
— Пожалуйста, Флорин, не опускайся до такой циничной позиции! Это не похоже на тебя, поверь.
— Откуда ты знаешь?