— Да. Мы прошли долгую дорогу, прежде чем смогли быть вместе. Но, правда, это не помогло нам. И беда все-таки произошла.
— А теперь ответьте и прежде всего себе на следующий вопрос — вы готовы отказаться от вашей жены, только потому, что Белый владыка ее пожелал.
— Но… вы это не серьезно…
— Вполне серьезно. Именно так при дворе белого владыки оказалась моя мать. Ее просто выкрали. Ей при помощи магии удалось сохранить жизнь моему брату, сыну другого владыки. Потом, когда она ему надоела, он просто убил мою мать. А когда понял, что брат сын владыки хаоса, то просто убил его.
— Порождения хаоса должны быть убиты, — с воодушевлением сказал эльф.
— Моему брату было всего пять лет. И этот милый мальчик ничего плохого никому не сделал. Вся его вина заключалась в том, что он сын Хайтера, врага Белого владыки, и не поддавался воздействию.
— Какому воздействию?
— На сознание любого разумного существа можно воздействовать. В ваше сознание можно легко ввести любую программу. Например, программу убить какого-то конкретного человека или разрушить государство. Все это делается очень легко.
Эльф посмотрел на меня как на душевно больную, но переубеждать его я не стала.
— Мне доложили, что вы Хранительница, — попытался он уйти от неприятной темы. — А потому я хочу, что бы вы остались гостьей моего дома. Но вы натворили на площади много бед, а потому я, для вашей же безопасности, прошу не покидать мой дом. Прошу.
Я улыбнулась. К тому, что окажусь запертой в замке, я была готова. Пока это не противоречило моим интересам, спорить я не собиралась.
Эльф остановился на полушаге.
— Поклянитесь на истинном языке, что не покинете мой дом, пока я не отпущу вас лично.
Я улыбнулась и произнесла на истинном языке:
— Хорошо. Я останусь здесь в замке.
Эльф посчитал, что обманул меня. Наивный эльфийский мальчик. Он пошел дальше, а я шла следом и улыбалась.
Меня провели в приготовленные для меня комнаты. Я осмотрела свою клетку. Ну что ж не такая уж и страшная клетка. К тому же я легко отсюда уйду, но говорить об этом эльфам не стоит. Возможно, мой сопровождающий предупредит правителя о моих отношениях с истинной речью. Хотя Румиаль может и не поверить.
Мои комнаты, конечно же, были красивы. Все было отделано в бело-синих тонах. Но эта красота была холодной. Темно-синие стены были украшены белой лепниной. Занавески на окнах были тонкими светло-синего цвета. Я осмотрела кровать — это не кровать. Это было что-то огромное, похожее на аэродром, а не на кровать. Белоснежное белье с вышивкой было прекрасным. Покрывало ниспадало с кровати до самого пола. Кромки его были отделаны синими кружевами. Я подняла глаза — это было чудо. Огромный балдахин — белоснежный. Я аж засмотрелась на это великолепие.
— Леди, — услышала я за спиной.
Обернувшись, я увидела молодую эльфийку. Она стояла около самой двери и тряслась. Совсем еще молоденькая девочка, с голубыми глазами, светлыми волосами. Я улыбнулась.
— Не бойся. Я не кусаюсь. Тебя как зовут?
— Лия. Я ваша горничная.
— Прекрасно. Проходи и не трясись.
— Я должна подготовить вас к торжественному ужину.
Я улыбнулась. В комнату внесли ворох тонких тканей, какие-то шкатулки и баночки. Все это выгрузили на столик около большого зеркала. Само зеркало было необычным. Оно было покрыто чем-то золотистым, благодаря чему всякий кто в него смотрелся, казался лучше, чем был на самом деле. Кожа в отражении становилась золотистой, а глаза начинали светиться. Я осмотрела его, на раме зеркала были какие-то драгоценные камни. Я внимательно осмотрела камни и усмехнулась. Потом провела рукой над камнями. Они вспыхнули и покрылись тонким слоем золота.
— Господин будет недоволен, — прошептала Лия.
— Я не боюсь вашего правителя. А вот когда за мной следят, я не люблю больше всего на свете. Так что если ваш правитель хочет, чтобы я здесь осталась, то ему придется с этим смириться.
Лия усмехнулась, но попыталась спрятать улыбку в кулак.
— Вам надо переодеться.
— Хорошо. Но я хочу быть сама собой, а не эльфийской принцессой.