— Что ты делаешь?
— Переношу тебя через порог. Ты же моя невеста. Нужно только заставить Гвидиона выслушать наши клятвы.
Эйслин начала извиваться в его руках.
— Знаю, ты спросил разрешения у моего отца. Но не хотел бы ты уточнить, а не против ли я выйти за тебя замуж?
В глазах Фиона появились веселые искорки, их взгляды встретились.
— Я и представить не мог, что ты откажешься, девушка. Окажешь ли ты мне честь стать моей женой?
Счастье пронзило ее. Эйслин обняла его за шею и прижалась к его губам с поцелуем.
Он нахмурился, когда они отстранились друг от друга, чтобы вздохнуть.
— Как я так понимаю, это да.
— Да! — воскликнула она. — Как только сможем. Где Гвидион?
— Если предположить, что Гвидион благополучно сбежал из Невады, то, скорее всего, сейчас он накладывает защиту на свой дом, чтобы в его владения и земли никто не вторгся, — Фион наклонил голову и снова поцеловал ее.
Кровь Эйслин закипела. Тело, руки и запах Фиона безжалостно управляли ее либидо. Она не могла насытиться им, сколько бы раз они ни занимались любовью. Эйслин прервала поцелуй, затем высвободилась из его объятий, толкнула его на траву и прыгнула сверху.
— Нужно найти Гвидиона. Побыстрее. Пока ты не передумал.
— Верно, девушка. Нужно поторопиться. В его поместье есть прекрасная часовня. Не переживай. Я не передумаю, — Фион выбрался из-под Эйслин, встал на ноги и притянул ее к себе. Снова подхватив ее на руки, он быстро зашагал к дому.
«Слава Богу, он не пустился в объяснения о связи с МакТойдерблах».
Эйслин снова начала извиваться в его руках.
— Тебе действительно стоит меня опустить. До входной двери еще далеко. Тем более там ступени, а нести меня с рюкзаком неудобно.
— Что? Думаешь, я недостаточно силен, чтобы пронести такую малышку, как ты, несколько сотен футов?
Эйслин захихикала. Никто никогда не говорил о ней нечто подобное, так как она обладала шестифутовым ростом.
— Мы должны быть серьезными. А если внутри нас поджидает что-то плохое?
— Я бы почувствовал это благодаря защитному заклятью. Ох, leannán, — он прижал ее к себе. — В ближайшие дни у нас будет так мало радости. Давай украдем этот кусочек счастья, прежде чем тьма проявится, и нам придется бороться за наше существование. Я люблю тебя, девушка.
— Я тоже тебя люблю, — Эйслин прижалась к его груди, обняв за шею. Она чувствовала себя так хорошо в руках Фиона. Хотя лямки рюкзака впились ей в ключицы, принося неудобство.
Перейдя ров, они зашагали по каменной тропинке, пересекающей неухоженную траву. Повсюду буйно росли полевые цветы всех цветов радуги. Дом был огромным, как минимум в четыре этажа, а может и пять, если считать комнаты в башне. Освинцованные окна были установлены на балконах из камня. Где-то стены были выложены из плоских камней, а где-то из округлых речных и огромных бревен ручной обработки. Возле каждого окна располагались продолговатые кашпо, в которых, видимо, должны были стоять цветы.
— Здесь круглый год растут цветы? — спросила Эйслин, окидывая взглядом лужайку.
— Да, если их периодически подпитывать магией, — Фион поднялся по широким каменным ступеням. Эйслин насчитала двенадцать. Они оказались на крыльце перед массивной входной дверью. Она была сделана из массивного резного дерева и усилена металлическими поперечными прутьями. — Мне нужно опустить тебя, чтобы открыть дверь. Не убегай, — он поставил ее на ноги и поцеловал в лоб.
— Шутишь? Я ни за что на свете не пропущу это, — она пыталась хоть что-то увидеть сквозь витражи с рисунком солнца и луны, но так ничего и не разглядела.
Фион начал напевать, призывая магию. Прошло много времени, прежде чем он совладал с заклинанием, затем Фион потянулся к дверной ручке и толкнул дверь.
— Ты снял довольно обширную защиту, — пробормотала она.
— Да, и очень рад тому, что заклятье выполнило свои функции, — Фион снова поднял ее на руки и внес внутрь. — Ну вот, leannán. Я внес в дом свою половинку, чтобы обеспечить нам хорошее начало, — Фион даже не пошевелился, чтобы поставить девушку на ноги
Ее глаза округлились. Перед ней простиралась огромная комната, похожая на картинку в книге по истории Средневековья. Большую часть стены в конце комнаты занимал огромный камин. На стенах висели гобелены. Толстые тканые ковры покрывали пол. Деревянная мебель с пухлыми разноцветными подушками была расставлена вдоль стен. На столиках стояли хрустальные фонари.