Интересно, что сказала бы сейчас мама, будь она со мной?
"Слушай свое сердечко, котенок!"
А что, если это сердце совсем разбитое и болит, болит, болит?
"Выбери дорогу и иди по ней".
Что выбрать? Между чем выбрать? Кого выбрать?
Вопросы все множились, порождаемые выпитом вином и горечью собственной души, а ответы упорно не желали находиться. Я ворочалась и не могла уснуть, прокручивая в голове тысячи возможных "если".
Увы, мою историю нельзя переписать заново, и прошлое не изменит даже самый могущественный маг. В моих силах разогнать тьму вокруг, но и я же могу посеять новую.
Устав биться с бессонницей, снедаемая этими противоречиями, я решила тихонько выйти из комнаты и спуститься вниз. Вряд ли Нортон стал после моего бегства убирать со стола, а экономку он отпустил еще во время ужина, так что я надеялась выпить стакан красного сухого снотворного.
Клянусь, что я кралась, как мышка, не желая тревожить полковника, очевидно, работающего в кабинете, ибо из-под этой двери в темный коридор сочился приглушенный свет. Однако, как только я подошла ближе, дверь открылась, и на пороге нарисовался силуэт Нортона.
— Не спится? — сочувственно спросил он, пока я часто-часто моргала, привыкая к свету, режущему глаза после темноты.
— Видимо, не одной мне, — вместо ответа заметила я.
— Зайдешь? — отступил он от двери.
Мне стало любопытно: как выглядит кабинет главы одного из самых важных отделов нашей Службы Безопасности, и я проскользнула внутрь. Меня ждало разочарование: в кабинете не было ничего необычного. Большой стол, заваленный бумагами, Массивные книжные шкафы вдоль одной стены, маленький низенький диванчик перед камином, спрятанным в потайной нише, — вот и все. Таких кабинетов я видела много.
Нортон с не меньшим любопытством наблюдал за мной и тихонько рассмеялся, когда я, осмотрев все вокруг, застыла посреди комнаты в явном недоумении.
— Уж не ожидала же ты увидеть здесь прячущихся по углам преступников и пыточные камеры!
— Это было бы хоть какое-то разнообразие, — возразила я.
— Ради разнообразия могу предложить бокал превосходного индирского вина!
— Всего один? — поразилась его жадности я.
— Оно коварное, — предупредил он.
— Все равно не спится, так что давай! — вздохнула я в притворном смирении и уселась прямо на диванчик, со значением поглядывая на улыбающегося Нортона.
Полковник не заставил себя долго ждать и вскоре, откупорив запрятанную где-то в книжном шкафу бутылку, протянул мне полный стакан.
Зазвенело тончайшее стекло, предназначенное явно для серьезных поводов, и я сделала первый глоток. Вино было легким, с кислинкой, оставлявшей приятное послевкусие.
— Хорошее вино, — одобрила я, опустошив свой бокал. Нортон отставил свой и присел рядом со мной. После вина в голове зашумело, а от непозволительной близости полковника кровь прилила к щекам.
— Налить еще? — тоном искусителя предложил он.
"Нет", — шептал голос разума.
— Да, конечно, — ответила я.
— Давай выпьем за новую жизнь? — предложил Нортон, наполняя наши бокалы.
— Давай, — легко согласилась я, и мы снова чокнулись, хотя, кажется, в этой комнате сумасшедшей была только я одна.
Он аккуратно забрал бокал из моих ослабевших пальцев, и я поняла, что вино действительно было коварно, как старый-старый черный маг, повидавший много на своем веку.
— Ты обещала мне байку у костра, — вдруг напомнил мне он.