Выпустили его через час, с пачкой таблеток в руках и вновь перебинтованной рукой.
- Едем домой? - Баярунас подошёл к Саше и погладил его по голове, привлекая к себе внимание.
- Угу, - Казьмин поднялся и быстрым шагом двинулся в сторону выхода. Ярослав догонял его едва ли не бегом.
В такси - тишина. В квартире - тишина. Ярик несколько раз пытался заговорить с Сашей, но тот словно не обращал на него внимания, игнорируя. А через пару часов Ярик обнаружил свою собранную сумку недалеко от дверей.
- Это…
- Такси приедет минут через 15. Билеты на поезд я тебе купил, - Саша стоял у стены, скрестив руки на груди и не глядя на Ярослава, а стоило Ярику сделать шаг в его сторону, как он тут же выставил руки вперёд. - Не подходи!
- Казьмин, что за цирк ты устроил? Какие билеты, какой поезд?! Я никуда не поеду.
- Нет, ты поедешь! - Саша повысил голос, но его интонация звучала совершенно неуверенно. Он выглядел напуганным, руки дрожали. - Тебе нельзя находиться рядом со мной.
- Что за бред?… Ты вообще себя слышишь? - Ярослав снова двинулся в Сашину сторону, но тот спиной шел на кухню, все так же вытянув руки перед собой. - Саш, прекрати…
- Вот именно. Все это прекратить надо было еще на зачатках. Не надо было начинать эти глупые отношения. Я с самого начала знал, что все так и закончится, но нет… Я надеялся на лучшее! На то, что вообще невозможно! Отношения между волком и человеком - какой бред!
- Зачем ты так говоришь?… - Ярик чувствовал, как в горле встал ком. Он смотрел на Казьмина, опустив руки, и не узнавал его. - Ты… Ты сейчас пытаешься сделать мне больно, чтобы я собрал вещи и уехал? Это так не работает.
- Я опасен для тебя, как ты не понимаешь?! - Казьмин врезался спиной в стол, двигая его по полу. - Почему ты меня не боишься?
- Боюсь, - честно ответил Ярослав, разводя руками в стороны. - Боюсь тебя потерять.
- Что?…
- Мне было страшно буквально первые сутки после того, как ты рассказал о себе, - пока Саша замешкался, Ярик стал медленно подходить к нему. - Но я смог принять это. Принять зверя внутри тебя. Потому что… Потому что я люблю тебя. Тебя - человека и тебя - рыжего волка. Он ведь неотъемлемая часть тебя. Так почему я должен бояться ЕГО?
Саша молчал, уставившись на Ярика. Не боится? Любит? После всего случившегося? Ярослав вплотную подошёл к Саше и крепко обнял его, ткнувшись лбом в плечо.
- Я принял волка, полюбил его… Тебе нужно сделать то же самое…
========== Глава 6 ==========
Вот знаете, бывают такие шрамы, что пока тебе не скажешь, что они там есть, ты и не обратишь внимания. Маленькая черточка на коже, белая точечка - ты не придаешь ей никакого значения. Но стоит ткнуть пальцем, как она тебе все время будет попадаться на глаза, словно специально.
Саша не мог не смотреть на ряд едва заметных, белых следов на руке Ярика. Каждый раз, когда взгляд на них задерживался, ему словно ножом по сердцу били. Вот и сейчас так - Яр стоял посреди зрительного зала, закатав рукава на своей мантии, и слушал, как настраиваются музыканты перед Пента-концертом в Санкт-Петербурге. Саша сидел на одном из рядов, едва ли не облизывая Ярика взглядом, и вот… Вот эти шрамы, оставленные его зубами два с половиной года назад. Саша понимал, что никогда не перестанет ругать и ненавидеть себя за это.
Он. Едва. Не убил. Ярика.
После того разговора о принятии своей природы Казьмину действительно пришлось приложить немало усилий, чтобы подружиться с волком внутри себя.
Первый месяц он решил, что просто не будет превращаться в волка. Вот совсем. Но когда пришло следующее полнолуние, Ярику до утра пришлось прятаться от Саши в ванной комнате, предварительно ещё и волка заперев. После этого Казьмин стал часто сбегать в лес в одиночку, не предупреждая Ярослава об этом. Он пытался научиться себя контролировать, но казалось, что все без толку. Луна словно стала ещё сильнее влиять на него, делая более диким и несдержанным.
Александр возненавидел волка, и он понимал, что это взаимно. Когда он переставал контролировать свое тело, зверь мог сделать что угодно. Основной причиной его ненависти был страх снова причинить вред Ярику. Этот страх преследовал его в кошмарах и не желал отпускать ни на секунду.
Но Ярослав словно не чувствовал угрозы и всегда был рядом, готовый держать его во время лихорадки или уходить с ним вместе в лес. Он любил как волка, так и человека. Наверное, именно эта любовь и повлияла сильнее всего на Сашу. Улыбка, ласковые руки и поцелуи давали ему силы не бороться, но находить общий язык с самим собой и своим зверем. Не сразу он дошёл до того, чтобы уместить две эти жизни в одну. Они с Яром ссорились. Крики, слезы… Было очень сложно. Но сейчас, спустя время, Александр понял, что все это было не напрасно. Они стали оба сильнее, и все пережитое еще больше объединило их.
Всё это привело к тому, что Александр вполне легко мог проводить и полнолуние в человеческом обличье, если то было нужно. Как, например, сегодня. 18 мая. Полная луна.
Пока продолжался саундчек, Саша тихо встал и, подойдя к Ярику, мягко взял его под руку и повёл в сторону гримерок. Ярослав понял все без объяснений - подышать, побыть одним. Держась за руки, они вместе прошли по коридору. И если Саша не заметил стоящего недалеко от гримерки Кирилла Гордеева, то Ярик мило улыбнулся и пожал плечами, а потом за ними захлопнулась дверь.
- Что, закрылись на “интимную беседу”? - с другого конца коридора вышла Лена. Она остановилась возле закрытой гримерки и несильно ударила по плечу Кира, который уже прижался ухом к двери. - Дай им побыть наедине.
- У них сейчас такой нонстоп, кучу времени вместе проводят, - Кирилл добродушно хмыкнул. Уже вся мюзикловая тусовка знала об отношениях Ярика и Саши. И если два с лишним года назад все было на уровне сплетен, то сейчас уже все всё знали точно. И спокойно относились к их взглядам, направленным друг на друга, каким-то милым, личным прикосновениям, объятиям, а порой и поцелуям. На это уже не обращают внимания, а кто-то даже радуется и умиляется. - И завтра они ещё весь день вместе.
- А потом Ярик возвращается сюда, а Саша остаётся в Москве. Ну вот что ты ворчишь. Молодые, пусть развлекаются, - и, взяв Кирилла под руку, Лена увела его в основной зал, слушая возмущения, что он тоже “вполне себе молод и себе такого не позволяет”.