Разошлись.
Как в море корабли.
***
В конце концов, моя жизнь вернулась в привычное русло. Я снова начал гулять по тёлкам. Еб*ться со всеми подряд, отрываться на полную катушку! Чтобы забыться. Чтобы заглушить горе выпивкой и грязным трахом. Но чем больше брал, тем больше хотелось. И тем больше бесился, что не мог насытится, не мог притупить грёбанную боль. Не мог найти той идиотской таблетки, которая сделала бы меня счастливым.
Разве что… глоточек змеиного яду.
А когда вернулся в Омск, через несколько дней после командировки, поздний звонок от охранника меня неприятно удивил. Я хотел немного расслабиться, закинуться вискарём и, уединившись в джакузи, врубив на плазме порнуху, подрочить в ванной, потому что от шлюх уже тошнило, как вдруг, видеокамеры у центральных ворот моих владений показали мне, «забавную», на хрен, картинку!
— Кирилл Львович, вы это видите? Что делать? — захрипела рация, оставленная на журнальном столике. Начальник охраны среагировал молниеносно.
Клацнув мышкой на мониторе рабочего ПК, я увеличил картинку. И, в мгновение ока, одеревенел от ступора. Даже глаза хорошенько протёр кулаками. Мало ли, показалось?
Надо же.
Вот так сюрприз!
Давно не виделись, Лилия! Ну, и какого хрена ты, будто одержимая дьяволом, бросаешься на мои ворота? Боже! Что за х*ета на ночь глядя? Пора завязывать с бухлом.
— Босс, — грозно повторил Федор, — Приструнить идиотку, или как?
— Нет! Узнай, чего она хочет. И впусти.
— Дамочка не в себе. Явно же. Вы на её внешний вид посмотрите, на одежду, на волосы. Вы её знаете? Как будто с психушки сбежала.
— Знаю. Заткнись и впусти. — Рыкнул, приглушив свой рык глотком ядрёного «Дениелса».
***
— Ты! Ублюдок! — Набросилась на меня дикой кошкой прямо на лестнице моего дома! Твою ж мать! Ещё чуть-чуть, и глаза бы выцарапала. Реакция была молниеносной. Я просто защищался. Выкрутил ей руки за спину и бесцеремонно прижал лицом к стене. — Отдай моего ребёнка! Отдааай, сволочь! — Я ничего не понял. Хотя нет, понял, что Лилия, похоже, в конец обдолбалась.
Она выглядела так, будто её постирали в стиральной машинке.
Бледная, с опухшими красными глазами, взъерошенными волосами.
Не та миловидная красотка, которую я когда-то знал и имел в её узенькую дырочку.
Девчонка снова попыталась меня ударить, но я её опередил. Слегка шлёпнул по лицу, чтобы вернуть из мира кайфа обратно в суровый мир реальности.
Демидова взвизгнула от хлёсткой пощёчины, скривилась и немного угомонилась.
А затем, вцепившись руками в воротник моего халата, агрессивно зашипела:
— Я знаю, что это ты сделал! ТВАРЬ! Это ТЫ УКРАЛ моего малыша.
ГЛАВА 13.
Он обращался со мной как с никчёмной игрушкой.
Вертел в разные стороны… Брал в разных позах. И кончал.
Нет. Не брал. А драл.
И ему было всё мало, мало и мало!
Больше всего на свете, я боялась, что он меня порвал. Боялась проснуться утром в луже собственной крови.