— Мой отец единственный выжил из клана Бадаламенти. Он никогда не занимался криминальным бизнесом… Ну мама, ты знаешь… она дочь Сальваторе Маретти. Спокойный, разумный человек, если она что-то и знает, то молчит об этом.
— Тяжело быть в такой семье? — спросил Сони.
— Очень… я попытался бороться и… не смог. Думаю, потому что видел лишь вершину айсберга.
Сони решил ничего не обсуждать с Домиником.
— Как у них взаимоотношения с Марко? — спросил напоследок Сантино.
— Никак, Марко уехал в Штаты и всё, какие могут быть взаимоотношения после того, что произошло? — Доминик вздрогнул при вопросе.
А Сантино ждал не ответа, а его реакции на вопрос. Обстановку разрядил мобильный Сантино, на который пришло сообщение. Это был второй телефон, по которому он общался с Лукой. Сантино встал из-за стола и прошел в гостиную, чтобы посмотреть. «Намечается интересное мероприятие, думаю, стоит встретиться», — было написано в сообщении.
— У тебя есть второй номер? — спросил Доминик, когда Сантино вернулся, он заметил, что один мобильный остался лежать на столе.
— Это изъятый, по одному делу, надеюсь получить информацию, но пока только любовные сопли какой-то барышни! — хохотнул Сантино.
— Ясно, — Доминик улыбнулся, но не поверил до конца.
Остаток вечера они провели, обсуждая футбол.
Глава 9
Время имеет одно замечательное свойство — отсутствие остановок на своем пути. Оно пребывает в постоянном движении, причём только вперед. Лучано отлично справлялся со всеми делами. К счастью, Алессандро понемногу приходил в себя и мог уже решать все важные вопросы, прошло уже практически три месяца. От Лучано требовалось лишь озвучивать его решения и принимать меры к их исполнению. Единственный вопрос, который на время был снят с повестки дня — это вынесение смертных приговоров. Но во всём остальном он снова взял в свои руки нити управления. Как только Алессандро почувствовал себя лучше в Рим потянулась вереница просителей. Раньше их он принимал в Палермо, в семейном доме. Просили о разном, начиная о снижении необходимых выплат pizzi и заканчивая жалобами на несправедливое отношение не только со стороны некоторых простых солдат различных cosche, но и даже соседей. Алессандро всегда выслушивал всех и всегда принимал какое-либо решение. Сейчас его возможности были ограничены нахождением в больнице. Алессандро отлично видел, что жители Сицилии очень редко обращаются в полицию. Но это и было частью политики «Cosa Nostra», зависимость даже части населения от них в решении элементарных бытовых вопросов была просто-напросто им на руку. Выстраивалась цепочка от ощущения защищенности, исходящего от Дона Маретти до утверждения, что он прекрасный человек, а его преступная деятельность — наговоры завистников, которые желают помешать нормально жить честному человеку. Даже после проведённых обысков в домах Алессандро на Сицилии нашлась инициативная группа, которая написала письмо Прокурору Республики. Подозрения с Алессандро были сняты указанием сверху, а действия Танци сочли непрофессиональными.
— Але, привет! — Лучано заглянул в палату.
— Привет! Смотрю новости, — улыбнулся Алессандро, — я доволен.
— Да! Мэр наш, синьор Тарино, уважаемый человек… — сказал Лучано.
— Ты заплатил Луке за работу? — поинтересовался Алессандро.
— Конечно! — Лучано покивал головой.
— Удвой сумму и переведи на его счет. Всё-таки немалая заслуга его, он удачно провернул дело со скандалом вокруг мафии, — Алессандро довольно улыбнулся.
— Хорошо. Скоро встречать сухогруз в Палермо… — заметил Лучано.
— Когда? — спросил Алессандро.
— На следующей неделе, я разговаривал с капитаном.
— Довольно серьезная партия… А все заняты. — Алессандро вздохнул и уставился в потолок. — Остается Эмилио, Воробушек.
— Да, остается Эмилио… — повторил Лучано.
— Он приезжал два дня назад, опять нетрезвый, засранец. Как бы не завалил всё дело… — сказал Алессандро.
— А больше никого нет, сам знаешь сколько сейчас дел и все серьезные, не только это. — сказал Лучано.
— Понимаю. Хорошо, значит этим займется Эмилио, но, если выпьет хоть каплю спиртного, пусть пеняет на себя, так ему и передай! — сказал Алессандро.
— Конечно! Ладно, я помчался, еду в мэрию по поводу того хорошего кусочка земли, — улыбнулся Лучано, он был рад, что Алессандро уже в состоянии решать дела.
Как только дверь за ним закрылась на пороге показался дядя Александр.
— Здравствуй, Але! — улыбнувшись сказал он.