Перед тем, как Терри вошла в комнату, я озвучила единственную просьбу, о которой думала, прежде чем вернуться к основной массе населения психушки:
― Эй, Док? Вы, случайно, не сможете сегодня вечером устроить для меня ночь не в одиночестве?
Глава 15
«Все по-настоящему плохое начинается с невинного.»
― Эрнест Хемингуэй
― Пошевеливайся, Алекс. Ты уже и так опоздала на групповую терапию. Доктор Али ненавидит, когда люди опаздывают. ― медсестра Лиза стояла у двери в мою комнату, отмечая что-то в своей папке-планшет, даже не потрудившись взглянуть на меня, когда говорила.
Она была красивой женщиной с длинными каштановыми волосами, которые закрепляла в низкий пучок у основания головы. Она красилась, но макияж выглядел естественным. Я почувствовала мурашки по телу от странного укола ревности, когда задумалась, кем был тот, на кого она надеялась произвести впечатление.
Поднявшись с матраса, я заметила, что совсем нетвёрдо стою на ногах. Я поместила руку на стену, осторожно опираясь на неё, и приподняла ногу, чтобы проскользнуть ей в одну из тапочек, которые в лечебнице предоставляли пациентам. Как только я достаточно восстановила равновесие, чтобы надеть оба тапочка, я поплелась туда, где меня ждала Лиза.
Выйдя в коридор, она достаточно долго придерживала для меня открытую дверь, чтобы я поравнялась с ней, и позволила ей захлопнуться за нами, затем Лиза повела меня на групповую терапию.
Напряжённая тишина душила меня, поэтому я невзначай завела разговор, только чтобы слышать что-то помимо наших шагов в коридоре.
― Немного поздновато для групповой терапии, не считаешь?
Она посмотрела на меня краем глаза.
― Это учреждение работает двадцать четыре часа в сутки, Алекс. Мы же должны что-то делать, чтобы чем-то вас, дам, занять.
Когда я не ответила, она засмеялась.
― Что смешного?
― Хмм? ― посмотрела она на меня, изображая невинность. ― Просто подумала, что ты задала интересный вопрос.
Свет над нашими головами гудел и мигал. Я уже привыкла к постоянному мигающему освещению в этих коридорах.
Я пожала плечами и переключила внимание на коридоры впереди нас.
― Я просто завела разговор, чтобы не молчать.
― Ну конечно. ― сказала она едким голосом. ― Али сказала мне, что у тебя слабость к мужскому персоналу в этом месте. Надеялась снова встретиться с доктором Хатчинсоном?
― Что? ― я взглянула в её сторону. ― Нет. У меня сегодня уже было две терапии. Зачем же мне снова с ним встречаться? Уверена, он занят другими пациентами.
Она выразила своё презрительное отношение.
― Ага. Конечно.
Изменившийся тон её голоса подействовал на мои нервы.
― Что это значит?
― Да ничего такого. Просто он проводит с тобой много времени и отказывается от лечения других пациентов. Он отдал их второму психиатру в отделении. Он утверждает, что это даст другому доктору некий опыт, но я начинаю задумываться, не является ли его интерес больше, чем просто... врачебным.
Гнев вспыхнул во мне, раздразнив мой позвоночник и превратив его в стальную жестокость.
― Какого хрена это значит?
Она усмехнулась, выражение лица медсестры было едва различимо из-за её нежелания смотреть в мою сторону.
― На твоём месте я бы не стала мне грубить, Алекс. Я могу с лёгкостью вколоть тебе дозу лекарств и привязать к каталке. ― её злобный смех был похож на гавканье. ― Я даже оставлю тебя в коридоре, чтобы это увидели все пациенты.