Вновь засвистели дудки, замигали семафоры, но адмирал уже не смотрел на свои корабли. На миг ему показалось, что бронестекло ещё сильнее помутнело. Но нет, очертания дирижаблей он видел отчётливо. Небесный Город подёрнулся туманной чуть искрящейся пеленой. Меняные рассказывали, что подобный туман скрывает силуэты Небожителей. Эфирная защита. Сколько же мощи требуется, чтобы укрыть весь Город?!
Ракеты продолжали взрываться, но причиняет ли это хоть малейший вред Городу, теперь видно не было.
– Прекратить огонь! Коэно! – Веттрайя окликнул советника. – Как много эфирной силы требуется, чтобы поддерживать защиту Небесья?
– О, мы ничего не знаем о ёмкости батарей и…
– Спрашиваю ещё раз – сколько эфирной силы требуется?!
– Думаю, гораздо больше, чем производят все станции Наземья. Но, ваше величество, мы черпаем эфирную силу только из воды и воздуха – Небожители открыли нам этот секрет. Мудрецы утверждают, что куда больше её можно получить из солнечного света. Если знать – как!
– Солнце скоро сядет, – в голосе бомбардира Картоша звучала неуверенность. – Мы можем и подождать.
– Не аэропланы, – возразил капитан флагмана Богурра. – У некоторых заряд батарей на исходе.
– Мы не можем остаться без аэропланов! Если нас атаку…
Он замолк на полуслове – скрывающая Небесный Город пелена дрогнула, пошла прорехами.
– Ага! – обрадовался Картош. – Запасы эфирной силы у этих уродов не бесконечные. Залп, адмирал, залп!
Веттрайя ответить не успел. В одной из прорех вспыхнула белая звёздочка. Ослепительно яркий в темнеющем вечернем небе лучик метнулся навстречу армаде, чиркнул по гондоле «Славы Севера», мимоходом срезал лопасти пропеллеров, остановился, ткнувшись в обшивку аэростата.
– Что за…
В следующую минуту дирижабль взорвался. Огненный шквал ударил в соседние корабли, расшвырял клочья обшивки, рули, обломки гондолы, изуродованные тела, а белый луч уже выискивал следующую жертву. И не он один! Добрая дюжина била по окружившей Город армаде, выжигала её. «Роза Весура», «Утренний всадник», «Золотой дождь», «Стремительный» – Веттрайя не успевал считать вспыхивающие один за другим дирижабли.
– Всем линиям – залп! – наконец опомнился он. – Аэропланы – в атаку!
– В атаку?! – Картош подскочил, дёрнул за плечо, заставляя развернуться. – Ты спятил, адмирал?! Богурра, командуй отход!
– Изменник! – Веттрайя сбросил с плеча руку бомбардира, схватился за кортик… и тут же повалился на пол, сбитый ударом в челюсть.
– Это ты нас предал! Признавайся, небесные уроды тебя подослали? Чтобы ты собрал нас и привёл прямо к ним на костёр? Ты заранее знал об их лучах смерти, ты же умник! Признавайся!
Впрочем, ответить Веттрайе он не позволил. Что было силы ударил носком сапога по рёбрам, ещё раз, ещё. Веттрайя закашлялся, едва не захлёбываясь кровью. А рядом ползал на коленях Коэно, скулил противно:
– Мы все здесь умрём, все, все! Мы смертники, безудачники!
Скольким дирижаблям удалось отступить, Веттрайя не знал. Удивительно, что уцелел хоть кто-то. «Грозе мира» повезло. Утром они были далеко от Небесного Города, пробирались между скалистыми вершинами Серединного хребта. Всё, что было ниже вершин, скрывал непроницаемо-густой туман. Это хорошо, тарусийцы не увидят, куда подались налётчики, не сообщат своим небесным хозяевам.
Ночь Веттрайя провёл на капитанском мостике, связанный по рукам и ногам. Не то чтобы Богурра и Картош интересовались его советами – он для них перестал существовать. Свои планы они обсуждали так, точно кроме них на мостике никого не было:
– Что будем дальше делать? Возвращаемся в Милакию? Или сразу в Геннеберг?
– Зачем? Чтобы сплясать последний танец на виселице? Думаю, Небесье уже оповестило весь мир о гибели армады. А если не они, то этот урод, что сидит на троне Княжграда. Мы теперь снова вне закона… как будто и не было ничего.
– Говорят, по ту сторону Западного океана тоже есть земля. Мы могли бы попробовать туда долететь. Заряда батарей должно хватить.
Картош захохотал:
– Ты хочешь стать володарем дикарей? Ходить нагишом и жрать сырую рыбу?
– А что ты предлагаешь?! – взвился Богурра.
– Лететь к побережью, затопить дирижабль в безлюдном месте, добыть именные грамоты, затеряться.
– Топить «Грозу мира»?! Да я всю жизнь мечтал о собственном дирижабле!