Брук: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я так запуталась. Я не знаю, что только что произошло. Нет. Знаю. Целоваться с Хайдом было не слишком. И это было не так уж мало. Это просто было не то, что целоваться с Перри.

— Нет. Это было здорово. — Мой голос звучит хрипло, будто я сейчас заплачу.

Хайд встает на ноги. На мгновение мне кажется, что он собирается уйти, но он не делает этого.

— Последнее, что я хочу сделать, это причинить тебе боль. Ты мне очень нравишься. Я знаю о тебе и Перри, и, возможно, это было слишком рано. Возможно, сейчас не самое подходящее время, учитывая все, что происходит. Но мне все равно. Я буду ждать.

— Ты мне тоже нравишься, Хайд. — Что правда. Он вдумчивый и романтичный, и я должна ценить его таким, какой он есть, а не просто видеть его не таким, как Перри. — Просто… — Я прикусываю губу, не желая объяснять ему, что он удивительный, и это я та, кто в смятении. — Ты не должен меня ждать.

Я не знаю, как я должна двигаться дальше, но я знаю, что если он будет ждать меня, это не поможет.

Внезапно взгляд Хайда проносится мимо меня. Он выругивается и становится напряженным. В одно мгновение он снова абсолютный воин. Часовой, который только что заметил опасность.

Наше ожидание закончилось. 

Глава 4

Посреди чахлой березовой рощицы, примерно в миле отсюда, я вижу, что его встревожило.

Три человека. Слишком далеко, чтобы разглядеть их лица. Достаточно близко, чтобы я могла сказать, что все они мужчины. Мы наблюдаем за ними несколько секунд, замечая отработанную скрытность их движений. Они стараются двигаться осторожно и незаметно, идя параллельно хорошо протоптанной тропе, а не по ней. У меня нет никаких сомнений — они пытаются быть незаметными. Люди в отдалении точно не усталые путешественники, ищущие убежища. От них веет враждебностью.

Хайд приходит к тому же выводу.

— А вот и проблема.

— Давай прогоним их.

Хайд натягивает лук и колчан через плечо. Его глаза излучают уверенность, а мышцы напряжены, словно он готов прыгнуть вперед. В нем больше нет ни следа доброты или игривости.

Он коротко кивает, и мы трусцой спускаемся с холма к нарушителям.

В сотне ярдов от тройки, мы замедляемся, старясь ступать тихо. Мы могли бы крикнуть им, чтобы они валили отсюда. Мы могли бы атаковать их луками. Хайд — блестящий лучник, такой же меткий, как и я. Но теперь у меня есть четкое представление о трех мужчинах. Они остановились, и я вижу их лица.

И я их знаю.

Я замираю. Хайд реагирует немедленно, останавливаясь рядом со мной.

— Это Рокот? — бормочет он, чувствуя шок, охвативший меня.

Я отрицательно качаю головой. Возвращение Рокота было бы великим событием. Это не он.

Во мне вспыхивает гнев, и я бросаюсь вперед. Я шагаю широко и быстро, подпитываемая бесконечным потоком ярости.

Хайд идет рядом со мной, когда мы прорываемся через линию деревьев и выходим на открытое место. Трое мужчин стоят на возвышении над нами, а у нас с Хайдом нет укрытия. Я поставила нас в худшее положение, но мне все равно.

— Уилан! — Я замедляюсь и выхватываю стрелу из колчана, натягивая ее. — Не двигайся!

Его голова резко поворачивается ко мне. Его глаза вспыхивают от удивления, затем выражение его лица превращается во что-то ядовитое и ненавистное, когда он узнает меня.

Остальную часть пути я медленно приближаюсь, чтобы не сбить прицел. Моя стрела готова полететь в случае необходимости. Хайд шагает рядом со мной, его лук тоже наготове с натянутой тетивой. Как только Уилан оказывается в прямой видимости, Хайд направляет свою стрелу между двумя другими предателями, Греем и Норрисом.

Хайд был там в ту ночь, когда Грей отравил Арию. Он также был в то утро, когда Уилан забрал треть клана и ушел, отказавшись от своей верности Перри и нам — Потоку. Он не хуже меня знает, что этим троим было запрещено возвращаться.

Я останавливаюсь в сорока шагах от него. Уилан стоит неподвижно, подняв руки в знак капитуляции, переводя взгляд с меня на Хайда.

Сила моего зрения позволяет мне видеть его так же ясно, как большинство людей видят с пяти шагов. Недели, проведенные в пограничных землях, не пошли ему на пользу. Его лоб стал выше. Его заостренная челюсть теперь выступает вперед. Его грязная кожа обвисла, как растение, увядшее на полуденном солнце. Одежда, которая похожа скорее на лохмотья, свисает с его костлявой, сутулой фигуры. У него всегда было сморщенное лицо, словно он только что проглотил лимон. За время, прошедшее с тех пор, как он покинул нас, он, кажется, стал еще более ожесточенным.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я. В его черных глазах сквозит такая бездушность, что меня бросает в дрожь.