Лабрадор Ника и все остальные. Забавные истории для взрослых и детей: читать начало книги онлайн

— Плохая собака?! — Ника от неожиданности остановилась. Услышать от хозяйки эти самые жестокие на свете слова! — Все, она меня не любит, — расстроилась Ника. — Сейчас приду, не есть, ни пить не буду, пока не простит. Вернее — нет! Пока не попросит прощения за свои невыносимые, невозможные слова, от которых прямо сердце переворачивается.

— Что это у нас с собакой? Может, заболела? — встревожилась хозяйка чуть позже. — Ну-ка, Никуша, дай носик потрогаю. Да нет, носик холодный и мокрый. Ты что это, а? Бастуешь? Обиделась, что я тебя наказала? Ну, а как ты хотела? Ты же провинилась. Да как! А если бы под машину попала или вообще потерялась. Ладно бы жених был видный, — продолжала, улыбаясь, хозяйка. — А то Кабысдох какой-то приблудный.

— Да мне самой он не очень-то и понравился, — зашевелилась Ника, — так я, даже не знаю, как вышло. Он позвал, ну я и пошла. Все мы такие дуры, девчонки-то… — завздыхала она.

— Ну, ладно, не обижайся, ты у нас хорошая, только не убегай больше. Мы же тоже испугались, — уговаривала хозяйка.

— А печеньку дашь? — оживилась собака, беря миску.

— Хитрюга! — погладила ее по голове хозяйка, — ну пойдем… угощу тебя. Вот, возьми сухарик.

— У-у-у, сухарик… — обнюхивая его, протянула Ника.

— Не хочешь?

— Ладно, давай хоть сухарик, — заторопилась схватить кусочек подсохшего батона бегунья.

После этого случая в деревне все знали, что в одном из домов, куда недавно въехали новые жильцы, живет огромная собака. Однако любопытство некоторых пересиливало, и они сильно замедляли шаг, проходя мимо дома, стараясь рассмотреть, что, где и как растет, и кто чем занимается. Забора-то ведь пока не было…

Как-то раз Ника тихо и мирно лежала на лужайке, привыкнув к проходившим людям, и не обращая ни на кого внимания. Только ушами иногда шевелила да периодически открывала глаза и поднимала голову. Но проходящая мимо старушка, не заметив собаку, остановилась уж очень надолго и слишком близко, пытаясь как следует все обозрить.

— Ну, и чего мы встали? Чего забыли-то? — заворчав, подняла голову Ника, — вот ходят туда, сюда, ходят, нормальным собакам полежать спокойно не дают, — лениво поднялась она.

Старушка застыла в ступоре и истошно завопила.

— Чего орешь? — басом гавкнула на нее подошедшая собака, — да замолчи ты, наконец, — ткнула она ее носом в бок.

— Ой-ой-ой, помогите! — визгливо заголосила еще пуще бабуля, в бессильном страхе опускаясь на землю.

— Ника, ко мне! Фу! — строго окликнула собаку вышедшая на шум хозяйка.

Испуганную бабульку подняли, с тысячей извинений проводили до дома. Но с этого момента вся деревня знала, что собака, живущая в доме, не только огромная, но и свирепая. Загрызет, если что… И старались обходить опасное место стороной.

Водоплавающие собаки

Жара в тот год выдалась невероятная. Говорят, лет сто такой не было. И деревенский дом здорово от нее спасал. После городского зноя там, в деревне даже казалось прохладно. Дул легкий ветерок, особенно это ощущалось за домом, где была тень, и воздух уже не казался таким раскаленным.

Ника обожала пить воду, текущую прямо из шланга. Пришедшие с работы хозяева наливали собаке ведро воды, она опускала в него голову и пускала пузыри, потом поднимала ее, переводила дыхание, озиралась и вновь погружала голову в ведро.

— Надо свозить ее на речку, давай возьмем ее с собой, чего она изнывает, бедная. Долли хоть в ванночке купаем, а Нике там совсем неловко. Вспомни, какая несчастная она там стояла, еле помещаясь, как баран на заклании…

— Ника, на речку поехали, — позвали ее.

Ника, увидев открытые дверцы машины, немедленно и привычно запрыгнула на заднее сиденье.

— Все, а тебе места нет, — смеясь, констатировал хозяин, обращаясь к жене.

На переднем сидении уже гордо восседала Долли, которая тоже не смогла пройти мимо раскрытой машины.

— Долли, может, ты подвинешься? — спросила хозяйка.

— Вот еще! А Нике вашей там не тесно одной на целом сидении?

— Ладно, я с Никой сяду, ты-то подвинешься, Никуша?

Ника обрадованно запыхтела, подставляя свою голову хозяйке под руку.

— Обрадовались, девчонки? Ах вы мои хорошие, сейчас искупаемся, полегче будет вам.