- Может, лучше вырядишь меня в кашемир, а потом наедимся от души в 'Элс Биф' - жирное, сочное мясо с подливкой и сыром? Будем как две леди за ланчем.
- Нет, - Хадсон придержал дверь. - Давай, заходи внутрь как большой мальчик.
- Задница.
- Внутрь, принцесса.
- Ты ведешь себя как настоящий мудак, - сказал Ник, заходя в борцовский клуб.
- Выскажешь мне это на ринге.
Как только они вошли, Хадсон услышал ритмичный звук скакалок, бьющихся о бетонный пол; подстрекающих и матерящихся тренеров, выкрикивавших команды; и выверенные тяжелые удары перчаток по избитым кроваво-красным боксерским грушам, свисавшим с потолка. Чикагский Бойцовский клуб был серьезным заведением, и пояса, висевшие на стенах, это подтверждали. Он жаждал этого общества, чтобы успокоить пытку в его голове. Потому что когда ты застрял в помещении из-за того, что мать-природа решила заморозить город до основания, выбить из чего-нибудь дерьмо представляется лучшей тратой энергии, чем крутиться как хомячок в колесе.
Они прошли вглубь помещения, прямо к огражденному канатами рингу. Хадсон коротко кивнул нескольким тренерам, постоянные посетители приветствовали его, вскинув подбородок или широко улыбаясь, демонстрируя белоснежные зубы и капы, растягивавшие щеки.
Начиная заниматься полгода назад, Хадсон не интересовался обучающими тренировками. Он был уличным бойцом с защитными навыками, позволявшими выжить то в одном, то в другом дерьмовом окружении. Но он быстро понял, что спарринг с партнером направлял в нужное русло напряжение, которое постоянно тихо бурлило в отдаленных уголках его сознания. Это точно эквалайзер , то поднимавшийся, то опускавшийся. А работа с тренером улучшила его технику. Хотя его брат тоже был хорош, возможно, даже лучше его, благодаря естественным инстинктам. И хотя Ник ломался и ныл, раунд с ним обещал стать для Хадсона одним из самых сложных.
- Мой братец-миллиардер водит меня по лучшим местам. Мы не могли пойти в Эквинокс (26) или какой-то модный спортзал, где тебе предлагают массаж, а женщины носят спандекс?
- Что не так с этим местом? Хочешь попотеть, приходишь сюда, - расстегнув куртку, Хадсон скинул ее с плеч и отбросил в сторону.
- Что не так? Это место в стиле первое-правило-Бойцовского-клуба. И нет, я не хочу попотеть. Я хочу пожрать со своим старшим братом, чтобы он заплатил по чеку, а я оставил чаевые, - Ник посмотрел вверх, на открытые балки перекрытий и проложенные между ними трубы, заскрипевшие и загрохотавшие, когда кто-то включил воду в душевых. Затертый бетон, чистая, но отслаивающаяся краска и голые стены. - Ну хоть горячая вода у них есть, значит, мне не придется ехать домой и нюхать твою вонь.
- Я хожу в душ дома, - схватив футболку за шиворот, Хадсон стянул ее через голову и бросил рядом с курткой.
- Ой, да ну нахрен, - Ник выпутался из толстовки и швырнул ее на стул. - Поеду на такси, на автобусе, пойду прямо по сне...
- Заткнись и надевай перчатки, - Хадсон бросил брату пару перчаток, пресекая очередной остроумный комментарий, который явно был готов сорваться с его языка. Взяв свою пару, Хадсон раздвинул канаты и забрался на ринг. Он надел перчатку на левую руку, затем на правую. Ударив кулаками друг о друга, он соединил перчатки. - Я жду.
Ник залез на ринг с перчаткой на левой руке.
- Жестокость - не решение проблемы, бро.
- Перестань хныкать как девчонка, - Хадсон покрутил головой в разные стороны, разминая шею.
Ник натянул перчатку на правую руку и откинул волосы с лица.
- Ладно. Если вдарив по мне пару раз, ты будешь чувствовать себя лучше, давай сделаем это, - сказал он, готовясь к драке. Хадсон тут же узнал безрассудный блеск, появившийся в его глазах. Это была их особенная черта, подтолкнувшая их к разным противоположностям.
- Если бы я просто хотел пару часов помахать кулаками с тобой, мне не понадобился бы боксерский ринг.
- Тоже верно, - Ник помахал руками как вентилятор, разминая плечевые суставы. - Ну давай же, моднявый трахатель, дизайнерская киска-шлюшка, - он сверкнул самодовольной ухмылкой. - Дай мне свой лучший удар.
Усмехнувшись, Хадсон наблюдал, как брат балансирует на носочках.
- Посмотрим, бьешь ли ты так же быстро, как отпускаешь остроты, - он шагнул вперед и поднял кулаки, держа их у подбородка. Он знал, что преимущество было на стороне брата, но это не мешало ему... - Боишься начать? ... - дразнить, подстрекать, заставлять ударить первым.
Ник атаковал парой ударов, которые Хадсон заблокировал предплечьями и быстро вернул услугу, нанеся четкий удар по ребрам брата.
- Черт, больно же, - быстрый удар по другой стороне торса заставил Ника увернуться. - Я думал, мы просто немножко поиграем, а потом возьмем тебе чудной латте или еще какое-нибудь дерьмо.
- Сказал официантик, подающий выпендрежный кофе, - Хадсон уже сбалансировал свой вес. Он был подобен бомбе, подсоединенной к переключателю зажигания, а этот сволочной ублюдок Джулиан уже поворачивал ключ в замке. Хадсон нуждался в этом, чтобы успокоиться, чтобы прийти в терпимое расположение духа. Грубое траханье тоже подошло бы, но приходится довольствоваться тем, что есть. Кроме того, с Алли физическое действо переходило на новый уровень, и не было обратного пути. Она владела им - его сердцем, телом и душой. Черт, он и правда думал как подкаблучник. Но плевать он на это хотел.
- Ну ладно, игра началась, бро. Теперь будем драться грязно, - Ник ударил слева, и что-то горячее обожгло внутренности Хадсона. Он переориентировался и огромным усилием сложил мышцы в идеальный апперкот, от которого его брат зашатался точно пьяный.
Хадсон дал ему пару секунд, чтобы восстановиться.
- Ты в порядке?