Иден - 2: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он наклоняет голову и слегка прижимается своими губами к моим.

— Никуда не уходи.

Я качаю головой.

— Кто сможет покинуть этот рай?

Он передает мне пакет с хлебными мякишами.

— Что мне делать с этим?

— Ты должна встать по пояс в воду и бросить горсть.

— Хорошо.

Он улыбается и начинает стаскивать одежду, причем делает с такой скоростью, создается впечатление, что он не может дождаться, чтобы попасть по скорее в воду. Он раздевается донага, и полностью обнаженный широкими шагами направляется к волнам, я наблюдаю за ним — загорелый, сильный и такой превосходно прекрасный. Когда вода начинает доходить ему до уровня бедер, он поднимает руку и погружается в волны.

Я тоже делаю шаг в море. Оно такое прозрачное, что практически заставляет погрузиться в него. Я захожу на глубину, и когда вода достигает моей талии, начинаю бросать пригоршни хлебных мякишей. Честно говоря, я испытываю настоящий шок, потому что вокруг меня начинается такая внезапная активность морской фауны. Все мякиши исчезают просто за считанные секунды. Зачарованно я бросаю еще одну горсть и на этот раз погружаю голову в воду, чтобы взглянуть на то, что происходит под водой. Это совершенно маленькие серебряные рыбки с черными узорами, очень красивые. Опять все мякиши исчезли, я немного поплавала и ложусь на песок, наблюдая, как Джек все еще плывет вперед.

Я закрываю глаза и позволяю солнцу подсушить кожу. Но я понимаю, что не могу расслабиться до конца. Сажусь и смотрю в сторону море, но я его больше не вижу. В панике бегу к кромке воды, потому что это все на что я способна. Мои глаза прикованы к его мощным рукам, которые идут брасом, и он все дальше и дальше уплывает. Когда он становится всего лишь маленькой точкой на горизонте, у меня сжимается горло от страха. А что, если по-настоящему сильное течение поглотит его?

Джек 

С каждым ударом рук о воду мое сознание становится яснее и яснее, пока не становится таким же чистым, как кристалл. У меня в голове прокручиваются совершенные разные мысли. Я сижу в кузове белого микроавтобуса, вытирая кровь с бейсбольной биты. Я сижу в темноте в чьей-то квартире, и как появляется сам хозяин, включая свет, едва ли не получив сердечный приступ, увидев меня. И как я улыбаюсь ему, словно он давнишний мой пропавший друг. Это именно те вещи, которым приходится учиться, если ты сборщик долгов. Люди лохи — они прибедняются, пока им не начинаешь угрожать физической расправой. Да, он заплатил.

Образ Билли Джо Пилкингтона приходит мне в голову. Его холодные, пустые глаза. Билли был легендой на своей территории, контролируемой бандой подростков. Его репутация — бесстрашная и безжалостная. Его имя, как правило, передают шепотом, когда ведут разговоры о насилии и беспределе на улицах в некоторых частях Лондона.

Его называют летучей мышью, появившейся прямиком из ада. Никто никогда не осмеливался перечить ему. Никто не посмел ослушаться его и остаться в живых, чтобы поведать свою историю. Никто, кроме меня. Но это было очень давно, когда мне нечего было терять.

Я знаю, что я никогда не вернусь к той жизни. И я совершенно отчетливо понимаю, что мне нужно сделать. Не будет никакой войны за территорию, пока я жив. Я неторопливо взвешиваю все варианты, всю ситуацию, которая может в дальнейшему сложиться по-разному. Я понимаю, что любой вопрос необходимо решить мирно. У нас слишком долго было всего лишь шаткое перемирие.

Вдалеке я вижу яхту, люди загорают на палубе, одна женщина стоит в бикини, рукой заслонив глаза от полуденного солнца.

Она начинает махать мне. Я перестаю плыть и оборачиваюсь, глядя на пляж. Я мог бы поплыть дальше, но я вижу Лили, стоящую у самой кромки воды. Я не вижу ее лица, но чувствую, что она напряжена и внимательно смотрит в мою сторону, беспокоясь обо мне. Я переворачиваюсь и начинаю плыть обратно к ней. Как только я опускаю ноги в песок, она бежит ко мне, ничего не говоря, всего лишь крепко обнимая.

— Мне так жаль. Я никогда больше не буду ставить свой телефон на беззвучный режим, — почти рыдает она.

Я поднимаю ее на руки из воды и кладу на песок. Море восстановило мои силы, но ее же сделало напряженной и испуганной. Ее глаза широко распахнуты и такие яркие. Я кладу свою ладонь между ее бедер, такие теплые и шершавые от песка. Солнце светит сверху на нас, согревая мне спину. Соленые капли падают ей на лицо, добавляя прекрасный золотой оттенок. Ее соски на вкус стали солеными, когда я ласкаю и покусываю их. Она притягивает мои бедра к себе, желая большего. Я с такой силой вхожу в нее, наше соединение бешенное, настойчивое и дикое. Это превосходное траханье, мы не обращаем внимание ни на морской бриз, ни на солнце, ни на скалы.

Мы одеваемся и направляемся вверх по лестнице, держась за руки. Я никогда не чувствовал себя так близко к другому человеку. Потом звонит Доминик, и я ловлю себя на мысли, что мне опять придется смывать кровь со своего тела.

Лили 

Опускаются сумерки и из всех уголков поднимаются ночные ароматы. Все живое — трава, деревья, цветы, люди — все раскрывают свой собственный запах ночью успокаиваясь.

И эта уйма запахов окружает нас, пока мы сидим в ресторане под открытым небом, куда меня привез Джек. Я поднимаю бокал с вином и отпиваю глоток. Вино отлично охлажденное, я даже слизываю капли с запотевшего стекла, у них свой собственный вкус. Я поднимаю глаза, он пристально наблюдает за мной, и от этого я краснею.

— Расскажи мне о своем детстве, — прошу я, чтобы скрыть как-то свою бестактность.

— Пока не умер мой отец... я был счастлив, хотя у нас все время не хватало денег, потому что он был неисправимым игроком. Я помню, как моя мать бесконечно жила в долг, даже с мясником, который продавал ей самые дешевые куски мяса, но несмотря на это, мы были настоящей счастливой семьей.

Я смотрю на него с удивлением, потому что он открыто признается, что его отец был профессиональным картежником. И в его словах нет осуждения, нет злости и нет ощущения, что он чего-то был лишен, только странная и впечатляющая верность семье.

— А что насчет тебя? Каким было твое детство? — спрашивает он.

Я тщательно выучила, почти назубок, всю свою историю (отец алкоголик, забитая мать, весь рассказ, боль от которого я даже чувствую до сих пор под кончиками пальцев), но я понимаю, что не могу произнести ни слова. Я не хочу ему лгать! От неожиданности я моргаю. Какого черта? Я собираюсь испортить мое первое задание, это явно заставит его насторожиться.

— Я расскажу тебе о своей семье в другой раз, — говорю я, и желая отвлечь, протягиваю руку и касаюсь его пальцев, он тут же сжимает мою руку.