Последнее испытание (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Слышишь, Циля, таки Бог послал нам новое испытание – стать русскими казаками.

– Чтоб ты был здоров, Шмулик. Будем казаками и расскажем, как натерпелись от евреев. Особенно от твоей мамы.

60. Земля. 24.06.1674. Константинополь

– Улетаете. Жаль, что не успел показать вам многое в этом мире. Приглашаю посетить его через пару недель по вашему времени. Надеюсь, заработает железная дорога от Парижа до Москвы, основные города Европы свяжутся автодорогами, пророем Суэцкий канал и начнем Волго-Донский. Вам как журналисту, наверно, будет интересно узнать, что уже в этом году вступят в строй первые радиовещальные станции в европейских столицах, – Олег успел привыкнуть к навязчивому присутствию Изабеллы.

– Что вы, я почти уверена, руководство отправит меня раньше. Еще по пути в Китай я смонтирую большую часть репортажа. Вместо кислых сплетен обо всем надоевших звездах публика получит глоток свежего воздуха.

– В таком случае, рассчитываю на вашу лояльность при освещении нашей жизни. Прибыв сюда, мы были готовы принести этот мир в жертву пославшему нас ради форсированного прогресса и изобретения супероружия. Сейчас, ни на секунду не забывая первой цели, я пытаюсь заботиться об интересах уроженцев этой Земли.

– Наверно, очень сложная задача? Вы постоянно воюете.

– Да. На Старой Земле человечество вышло из полосы частых глобальных войн только в 1945 году. После чего еще миллионы погибли в локальных конфликтах. Я пытаюсь завершить основной раздел сфер влияния прямо сейчас и далее не допускать больших побоищ.

– Господин президент, вы полагаете, что карта мира не будет перекраиваться? Останутся французские Балканы и Анатолия, Испанская Польша и Латинская Америка, Шведская Африка, британские колонии в Африке, Азии и Северной Америке?

– Ну, я не так наивен, каким вам нравится меня считать. Конечно, все они приобретут независимость, когда достигнут устраивающих нас экономических и социальных стандартов.

– Хорошо. Что вы скажите по поводу исламского мира?

– Ему предоставлена свобода развития. Мне пришлось пойти на вынужденные меры по вытеснению мусульманских народов из Северной Африки и Ближнего Востока в связи с неистребимым желанием осман и их союзников торговать европейскими рабами. Таким образом, арабские и тюркские народы отодвинуты к традиционным зонам своего обитания – Аравийский полуостров и Персидский залив, Центральная Азия, север Индостана. Учитывая ошибки, допущенные на Старой Земле, не хочу распространения исламской культуры в Европе и Америке. Как вы знаете, в Коране, как и в Библии, множество мест, которые толкуются по-разному. Победят сторонники взвешенного подхода, у мусульманских стран будут равные шансы на развитие с другими народами. Одержат верх непримиримые фундаменталисты, им же хуже. Наш адмирал и единственный мусульманин в Миссии Мохаммед Аман получил портфель «уполномоченного по связям с исламским миром». Надеюсь, он сможет подтолкнуть единоверцев в правильном направлении.

– Вы говорили, что приглашаете иммигрантов. Можно об этом подробнее?

– Правила для желающих переселиться в наш мир давно отправлены в Тибет, я сейчас продублирую их вам. Если кратко, мы готовы принять любое количество людей, которых пропустит портал. Считайте сами. Темп переправки составляет не более одной партии в минуту. Т.е. пара человек с багажом может появляться у нас раз в 201 минуту, это чуть более трех часов. Если не останавливать процесс ни на миг, в год может переселиться порядка пяти тысяч. Такое количество мы с удовольствием разместим и примем. Особенно нужны экономисты, наше общество развивается, опережая естественные закономерности, поэтому большинство процессов еще не регулируется рынком, а лишь вручную. Крайне необходимы кадры для промышленности. Не хватает педагогов. На всю планету лишь один подготовленный врач – Нурлан.

– Вы уверены, что все новоприбывшие будут лояльны к вашей власти?

– Естественно, нет. Потому и выработаны правила, а также санкции за их нарушение. Я отдаю себе отчет, что кто-либо может организовать себе отдельное королевство, основать собственный культ, поработать прогрессором и вступить с нами в конфликт. Что он сможет противопоставить союзу европейских стран, Израиля и Китая? Переживем еще одну войну. Но, полагаю, постараемся задавить конфликт в зародыше.

– Спасибо за интервью, господин президент. И за теплый прием, – Изабелла наметила поцелуй около щеки Олега, затем, подумав, изобразила такой же у лица миссис Ширак, чтобы Луис не заподозрила, что жест имеет эротическую окраску.

Часть тринадцатая. 61-64

61. Земля. 3.07.1674 — 4.07.1674. Крым

Крымский полуостров, на Старой Земле отделенный от Руси меркантильными политиканами в конце второго тысячелетия, в отчаянном прыжке, словно утопающий, выпростал руку в сторону российской Кубани. Эта вытянутая часть, Керченский полуостров, соединенная с туловищем Крыма узким Ай-Манайским перешейком всего семнадцати километров ширины, в 1674 году принадлежала Крымскому ханству. Понимая, что Алексей Михайлович на излете своего царствования не горит желанием изгнать тюрков из исконных славянских и греческих земель, миссионеры пришли к выводу о сокращенном варианте удара по татарам. Мизерное количество крымских казаков из числа освобожденных рабов и выделенных царских войск не позволяли рассчитывать на контроль над всем Крымом, даже если спалить всю татарскую армию из плазменного оружия. Олег приказал фон Бокену захватить Керченский полуостров и закрепиться на нем силами его дивизии и приданного рейтарского дворянского полка. Формально, данный приказ должен был исходить от Ромодановского. Только московитский боярин оказался ничем не лучше политиков, пиливших русскую землю в 1991 году, заботясь о своих шкурных интересах и пренебрегая государственными.

Во всем надо искать светлые стороны, заявил Олег по поводу русских неурядиц. Надо оставить Петру простор для завоеваний. Пусть он присоединяет Крым и юг Малороссии вместо Потемкина, а также разбирается с Габсбургами, приватизировавшими Бессарабию, Южные Карпаты, часть запада Малороссии и некоторые другие земли, оставшиеся после изгнания осман. Такова логика эпохи, для национального самоутверждения необходимо крепко набить морду соседу.

«Париж» сделал небольшой вояж к Очакову, где отстаивался турецкий флот, перегнанный сюда после падения Балкан. Выходить в Черное море турецко-татарские экипажи опасались, там хозяйничали боевые пароходы Франции. Хотя корветы и фрегаты французов совершенно не соответствовали таким же классам кораблей в истории Старой Земли, они на голову превосходили по боевым качествам деревянные парусники. Зато в купе с орудиями Очакова остатки турецкого флота прочно блокировали устье Днепра.

Чтобы у хана не оставалось иллюзий по поводу его морских сил, капитан Бартоломео Мошаду под стенами крепости устроил Варфоломеевский день, по аналогии с одноименной ночью в Париже. Несмотря на полноводие Днепра, Мошаду всерьез обеспокоился о необходимости расчистки русла: слишком большое количество мачт торчало из-под воды. Из экономии он не стал разбивать стены литовской крепости, сделав всего несколько выстрелов для демонстрации уязвимости укреплений.

К началу июля русские закрепились в Керчи, большая часть высадившихся здесь сухопутных сил неспешно потянулась к Феодосии. «Париж», «Энола» и «Миссури» патрулировали южное побережье Керченского полуострова, «Раджив» с «Вашингтоном» осторожно поползли по азовскому мелководью к северному берегу Ай-Манайского перешейка.

На июльском крымском солнцепеке не легче, чем в тропиках. Температура воздуха в тени до 40 градусов Цельсия, вот только тени нет нигде. Источников пресной воды мало, внутренние керченские озера соленые, в середине лета высыхают и превращаются в болота. Поэтому переход от Керченского залива до озера Ачи растянулся на трое суток и разбился на короткие отрезки от одного водопоя до следующего, где можно напоить восемь тысяч лошадей.

Косагов мучился на жаре, как и все его земляки. Уроженцы средней полосы, они впервые попали так далеко на юг. Если им сказать, что здесь, на берегу моря, когда-нибудь возникнет курортная зона, и московиты будут платить деньги за возможность отдохнуть пару недель, солдаты бы сочли шутника юродивым. Григорий с удивлением рассматривал невозмутимого пожилого генерала, воевавшего летом на юге Франции и в октябре в Египте, которого крымский зной не застал врасплох.

Лишь на ночных стоянках, распрягая коней и выставляя боевое охранение, россияне в одном исподнем забегали в черноморские волны, смывали грязь и усталость дневного перехода. Рейтары и драгуны держались порознь. Хотя последние были куда лучше вооружены, обучены и обладали боевым опытом по штурму Азова, дворяне считали себя белой костью и голубой кровью, для которых общение с простой солдатней возможно только сверху вниз. Особенно знатных задевало, что драгунские десятники были из простонародья, занимая в военной иерархии более высокое положение, чем рядовые конники дворянского полка.

На последней ночной стоянке Косагов подошел к фон Бокену. Полковника настораживала близость феодосийского гарнизона и возможность неожиданного нападения в любой момент.

– Яволь, завтра есть возможность атака кавалерии, – подтвердил немец, которого ничто не могло вывести из душевного равновесия. – Зэр гут.

Григорий помнил неожиданное заявление германца при Ромодановском о том, что многочисленный враг хорош в одном месте, чтобы его уничтожить. Он тогда принял заявление фон Бокена за браваду и желание поддеть трусливого боярина. Но, оказывается, генерал именно так рассуждал на практике.