– Что там? – прошептала Лия, ничего не понимая.
– Тсс! – прижала палец к губам.
Да что же драконы такие подозрительные?!
Я опасалась вновь выглянуть наружу, вдруг этот патрульный что-то заподозрил и до сих пор стоял и смотрел в окно Лии. Подождала немного, а потом, не выдержав, опять подкралась к окну. В какой-то момент мне показалось, что они ушли, и я уже собиралась открыть его, но вовремя остановилась, догадавшись подойти поближе и взглянуть вниз.
Оба патрульных стояли прямо под окном в мои покои, буквально в нескольких десятках сантиметров от стены особняка. Что они делают? Что их так заинтересовало?
Я тихонечко наблюдала, стараясь не обращать внимания на шумное дыхание Лии. Создавалось впечатление, будто подруга успела пробежать с десяток кругов по саду и вновь вернуться в покои.
Внезапно меня осенило. Взрыхленная земля! Они заметили место, где я закапывала травы! Оставалось лишь тихо радоваться, что я все забрала. Как могла, я замаскировала то место, – примяла землю и присыпала травой, чтобы оно сливалось с остальной зеленью клумбы. Но, похоже, драконы оказались слишком наблюдательными.
Патрульные постояли около подозрительного места, но потом, к моему облегчению, продолжили обход, наверное, сочли это сущей ерундой. Кто угодно и когда угодно мог разрыть там землю.
– Подождем еще немного, – отойдя от окна, сообщила я Лии, не став рассказывать, что именно так заинтересовало ящеров.
Когда патруль прошел под окнами еще два раза, я наконец-то решила, что пора.
– Тихонечко, там под окном сразу выступ. Хватайся за лианы, большинство из них крепкие. Наматывай на руку вот так, – показала, как держаться, чтобы растение не выскользнуло из рук. – Может жечь, но так точно не сорвешься.
– Откуда ты это все знаешь?! – в ужасе спросила подруга, вставая на подоконник.
– Бабушка показала. – Я не стала заморачиваться и рассказывать, что в детстве была еще тем сорванцом.
Однажды по моей вине решили, что в одном из домов появился неупокоенный дух, шумевший ночами и разговаривавший с незадачливыми прохожими. История не получила большой огласки и практически никто так и не узнал, что это была я.
Не помню, сколько мне было лет, но на краю нашей улицы в то время стоял пустой дом. Я же, как и любой ребенок, мечтала о местечке, о котором никто не будет знать. Вот и отыскала свою «крепость» на чердаке того дома.
Бабушка воспитывала нас с сестрой без строгости. Главный секрет наших взаимоотношений состоял в том, что она очень рано стала относиться к нам как к взрослым, объясняя, почему лучше не совершать те или иные поступки. Чаще всего этого было достаточно, но иногда случались недоразумения, такие, как мои блуждания по ночам…
За несколько ночей я обустроила чердак, принесла туда покрывало, сладости, свою куклу Лиси, которая вскоре пропала. Сколько ни искала, найти не могла, но это другая история.
Вся соль заключалась в том, что примерно в середине периода обустройства моего местечка в доме появились жильцы – молодая женщина с детьми. Представляю, до какой степени она испугалась, услышав ночью шум наверху, что даже днем опасалась подняться проверить.
Все раскрылось, когда однажды я пришла на чердак чуть раньше обычного – поздним вечером. В тот день бабушка была занята, выполняя заказ, Софи гуляла с соседскими детьми, а я осталась одна.
Меня постоянно дразнил один мальчишка, живущий в доме напротив, и, конечно, увидев его вечером сквозь мутное маленькое окошко, я захотела его проучить.
– Отдай пирожо-о-ок! – услышал парнишка эхоподобный голос.
Сумерки. Он один, шагающий по узкой улочке и держащий в руке выпечку своей мамы. Неожиданно из дома, слухи о котором он случайно узнал накануне утром, подслушав разговор родителей, слышится чей-то зов.
Ну и лицо у него было! Я покатилась со смеху, и, видимо, девичий смех и привел хозяйку жилища в чувства, придав смелости подняться наверх. Ох и наказала меня тогда бабушка! Мне даже стало стыдно. Но теперь воспоминания вызывали лишь теплую улыбку.
Лия полезла вниз, слушая мои указания. Я, конечно, предполагала, что процесс спуска займет некоторое время, но не так много! Я уже дрожала от нетерпения, когда ноги подруги коснулись твердой земли.
Не дожидаясь, пока Лия придет в себя, я стала спускать вазу с водой. Ну и вылазку мы затеяли! Но я поймала себя на мысли, что мне нравилось это напряженное состояние. Ваза раскачивалась от быстрого спуска, вода едва не выплескивалась. Медленнее было нельзя, казалось, еще чуть-чуть – и появятся драконы.
Ночь была полна звуков – шелестела листва, где-то вдалеке сверкали молнии, и еще я уловила легкий перезвон колокольчиков. Кто-то прошел через главные ворота!
Ваза легла в руки Лии, и я отпустила ленту, которая полетела вниз, выписывая зигзаги в воздухе. Дело оставалось за малым: я выскользнула из окна, притворила его, чтобы казалось, будто оно закрыто, и спешно стала спускаться. Так торопилась, что у самого низа едва не сорвалась и поцарапала ладони.
Лия ахнула, но немедленно замолчала под моим взглядом. Каждая секунда была на счету. Если мне не послышался перезвон колокольчиков, то со стороны ворот кто-то мог заявиться.
– Скорее! – прошипела я, пробираясь вдоль стены. Пробежав несколько метров, я нашла нужное окно, несколько раз пыталась подцепить край рамы, но она не поддавалась.
Практически все окна в золотом особняке открывались наружу, и это оказалось крайне неудобно. Лия мялась за спиной, нервно оглядываясь по сторонам.