С приветом Новицкая Мария П.
Жду от вас письма…»
Так мать написала о сыне.
Когда, знакомясь с архивом штаба РВС, я прочитал письмо впервые, я понял, что это был за мальчик и что это вообще были за мальчишки — пионеры сороковых годов. Еще не увидев его фотографий, я словно увидел его — каким он был. Потому что ни в чьей памяти не может так жить сын, как в памяти матери.
Позднее, когда я говорил с Марией Петровной, — узнал я еще многое о Вите.
Витя ведь был сирота, детдомовский мальчишка. Иван Михайлович был ему отчим, усыновил, когда Вите шел второй год, в 1929-м, А Мария Петровна, сколько могла, заменила ему мать.
А мальчишка был отчаянный. Началась война в Испании — наладился бежать туда, помогать республиканцам. Был справедливым. Не терпел, чтобы обижали слабого.
Рассказала Мария Петровна, как в десанте погиб муж, Иван Михайлович, как ее угнали фашисты вместе с оставшимися двумя меньшими, Светой и Славой, в концлагерь.
Показывала мне Мария Петровна и письма следопытов. Письма — поздравления с праздниками. Письма — рассказы о том, что нового узнали они о подвиге Вити. Письма-приглашения: приехать в их город. Она и ездила к ним позднее, когда на площади, на месте гибели Вити, открывали памятный обелиск.
«Здравствуйте, Мария Петровна!
Недавно была статья в нашей газете. Ее Вам выслали — там рассказ о Вите.
Желаем Вам здоровья».
*
«Здравствуйте, Мария Петровна!
Художник Касабов нарисовал Витю таким, каким он себе его представляет в момент боя.
Эта картина сейчас в нашем городском краеведческом музее.
Желаем Вам всего хорошего».
*
«Дорогая Мария Петровна!
Мы часто выезжаем в пионерлагеря, рассказываем о юных героях.
К нам приезжают ребята из разных городов, и всем мы рассказываем о Вите.
Фотография Ваша у нас цела. Мы с ней ходим по домам и ищем тех, кто снят на фото.
Желаем Вам здоровья.
Следопыты дворца».
Во всяком поиске есть свои находки и неудачи, свои тупики, когда кажется, что ничего найти уже нельзя, что нет никаких концов и ничего уже больше узнать невозможно. И есть свои взлеты.
Долго не могли ребята разыскать фотографию Вити.
«Четырнадцатилетний белокурый подросток» (помните очерк военного корреспондента?), «рослый, волос беленький, глаза голубые»— по воспоминаниям Марии Петровны.
И вот однажды, после того как о Вите написала городская газета, к ребятам пришла женщина. Назвалась она Кравцовой Рогнедой Борисовной. Сказала, что училась с Витей Новицким в одном классе, в той самой школе № 1.
Бережно развернула она старую, пожелтевшую бумагу, а в бумаге — драгоценность: фотоснимок.
Весь 4-й «А», где учился Витя.