Телефон Алека нарушил мирно текущую беседу звонком с работы.
— Это Алек Лайтвуд. Я Вас слушаю, — голос Алека стал максимально прохладным и серьёзным. Магнус поразился такой быстрой перемене, отмечая про себя, что Алек — о, Боже мой — Лайтвуд очень хорошо умеет ориентироваться в неожиданных ситуациях. — Да, я Вас понял. Встретимся в моём офисе после ланча.
— Работа зовёт? — игриво спросил Магнус, сканируя серьёзное лицо Алека взглядом.
— Да… Прости, Магнус, было очень здорово, но я должен идти.
— О, я понимаю, дорогой. Я такой же трудоголик, как и ты. Беги к своим костюмам и галстукам, — Алек с Магнусом одновременно коротко рассмеялись и посмотрели друг на друга потеплевшими взглядами. — Я ещё позвоню, — прочитав безмолвную просьбу в глазах Алека, успокоил того Бейн. Лайтвуд был почти на сто процентов уверен, что во второй раз ему не хватит смелости вновь набрать номер Магнуса. Зато теперь, если тот действительно перезвонит, у Алека появится шанс угостить его кофе в ответ.
Весь оставшийся день Магнус постоянно думал об Алеке: о его голубых глазах, непослушных чёрных волосах и широких плечах. Магнус всегда считал себя бисексуалом, предпочитая ни в чём себя не ограничивать, но Алек заставлял всё внимание Бейна концентрироваться исключительно на нём. Не выдержав пытки неизвестностью, Магнус нашёл в интернете список сотрудников «Эрондейл Корпорэйшн», среди которых в первых строках числился Александр — о, мой Бог, А л е к с а н д р! — Лайтвуд. Какое прекрасное имя — подумал Магнус — целиком отражающее всю величественность и значимость этого человека, даже если сам Лайтвуд не желал этого признавать. Очевидно, что мужчина стеснялся своего полного имени по причинам, Магнусу неизвестным, но Бейн не был намерен отказывать себе в удовольствии называть его полным именем, вкусно перекатывая на кончике языка каждую букву. Именно это он и сделал, позвонив Алеку вечером того же дня.
— Александр? — игриво растягивая гласные и страстно смакуя «р» на конце, вместо приветствия произнёс Магнус, заставив Алека стать краснее на пару тонов.
— М-магнус… — заикнувшись от смущения, ответил Алек, не ожидавший такого подвоха. Он только-только начал украшать вместе с Максом рождественскую ель в гостиной, под которую вечером в Сочельник должны были из его кабинета перекочевать коробки с подарками.
— Я подумал, что ты просто умрёшь от скуки, если будешь целый день проводить в сером офисе с серыми людьми. Я не прав? Поэтому, думаю, мы могли бы увидеться завтра ещё раз, во время твоего ланча. Согласись, чизкейки в «Juniorʼs» просто умопомрачительные, да и я вроде не худшая компания для тебя. Что скажешь, Александр? Угостишь меня кофе завтра? — голос Магнуса действовал на Алека каким-то совершенно мистическим образом, как на змею действуют звуки флейты факира.
— Да… Да, почему бы и нет. Прекрасная идея. Ты прав, я действительно умру, если проведу в офисе безвылазно весь день, да ещё и в Сочельник.
— Тогда увидимся завтра, дорогой. В том же месте, в тот же час, — рассмеявшись, как волшебник из сказки, Магнус отключился, не дав Алеку возможность попрощаться. Этот мужчина — определённо — был самым необычным человеком, которого Алек встречал за всю свою жизнь. Он не стеснялся себя и своих поступков, не боялся показаться неловким или навязчивым, и — что удивительнее всего — не был таковым. Его общество было Алеку крайне приятно, как ещё никогда не было приятно общество ни одного другого мужчины. За исключением, пожалуй, Джейса, но это другое. Джейс никогда не вызывал этого щекочущего чувства внутри.
Когда Алек, наконец, пришёл в себя, он вернулся к украшению ели вместе с Максом, который, сосредоточенно сопя и хмурясь, очень придирчиво отбирал игрушки, достойные, по его мнению, красоваться на рождественском дереве в этом году.
Утром Софи, как обычно, приняла вахту заботы над Максом, а Алек уехал на работу. Естественно, никому не хотелось работать в Сочельник: люди хотели больше времени провести со своими семьями и близкими, и работа вовсе не прельщала в этот день даже самых заядлых акул бизнеса. Вот уже вторую встречу подряд секретарю Алека приходилось отменять, потому что партнёры, ссылаясь на праздничный день, пробки или ещё что-нибудь, отказывались от переговоров. Поняв, что сегодня так и не получится толком поработать, Алек ушёл на ланч немного раньше обычного, и теперь уже ему приходилось ждать Магнуса за столиком.
Мужчина вошёл в двери ровно в час пополудни и выглядел при этом, как сам Господь Бог. В горчично-жёлтом пальто, с шарфом вокруг шеи цвета кофе с молоком и в шляпе он выглядел, как герой из комиксов, которые Алек читал в детстве. Заметив Алека от самого входа, он, улыбаясь своей сногсшибательной улыбкой, которая — Алек был уверен — вне закона, прошествовал к нему мимо других столиков и опустился на стул напротив с грацией дикой кошки.
— Александр, — собственное имя в устах Бейна показалось Алеку отдельным видом порнографии, которую нужно срочно запретить на законодательном уровне. Люди не должны были так соблазнительно говорить, если только они, конечно, не работали в сексе по телефону.
— Магнус, — собственный голос показался Алеку неуместно севшим, что Магнус, в силу своих безукоризненных манер, оставил без внимания.
— Ну как, ты рад, что сбежал из офиса?
— Ты не представляешь, насколько. Не вижу смысла вообще выходить на работу в этот день. С утра у меня уже сорвалось две встречи. Страшно представить, какое сумасшествие начнётся после обеда.
— О, мой дорогой, — Магнус накрыл своей ладонью руку Алека так, будто это не было чем-то особенным. Будто он делал так каждый день — в попытке успокоить своих родных и близких. — Не отчаивайся. В конце концов, ты можешь потратить это время с пользой. Зайди на «ebay», закажи какую-нибудь безделушку для сына. Посмотри расписание ближайших детских спектаклей.
— Да, ты прав. Я найду, чем себя занять, — стараясь самому себе казаться непринуждённым, Алек осторожно высвободил руку из-под ладони Магнуса и спрятал её под столом, вцепившись короткими ногтями в колено, чтобы привести себя в чувство.
— Ну что ж, давай насладимся здешней кухней, — Магнус уже привычно разрядил неловкую атмосферу, жестом подозвав официанта. Когда они сделали заказ, то на несколько неловких мгновений замолчали, не находя друг для друга слов, но в итоге Бейн разбил гнетущую тишину. — Рафаэль вчера спрашивал о тебе. О вас. Я рассказал ему о Максе, и он сказал, что видел его пару раз в бассейне, — глаза Алека удивлённо расширились. — Кажется, он решил с ним подружиться. Надеюсь, ты не против?
— Я? — Алек потерял дар речи от неожиданно свалившейся на него информации, но спустя пару секунд взял себя в руки. — Нет, я не против. Надеюсь только, что ему не будет скучно с Максом, ведь он старше.
— О, не беспокойся об этом, дорогой. Рафаэль абсолютно непосредственен с людьми любых возрастов. Ты не представляешь, какой головной болью это может быть, если мне приходится брать его с собой на модный показ или съёмку.
— Максу нелегко даётся заводить новых друзей, но, надеюсь, он хорошо отреагирует на инициативу со стороны, — заметив заинтересованный взгляд собеседника, Алек не смог смолчать, хотя никому раньше вот так быстро и легко не признавался в своих проблемах. — Его мама умерла несколько месяцев назад, и с тех пор у него наблюдаются некоторые проблемы в общении. Мы обращались к психологу, и Катарина действительно очень помогла…
— Подожди! Катарина? Катарина Лосс? — Магнус сам не заметил, как его безукоризненные манеры отказали ему, перебив Алека на полуслове. Тот в ответ посмотрел на него удивлённым взглядом, медленно кивнув. — О Боже! Это такое невероятное совпадение, Александр! Катарина — мой друг ещё с молодости. Мне тоже приходилось водить к ней Рафаэля, когда пришло время объяснять ему, что мамочка бросила его. Катарина и мне помогла во время утомительного бракоразводного процесса. Ах! — Магнус неожиданно замолчал, будто вспомнил что-то очень важное, и, посмотрев на Алека виноватым и одновременно сочувствующим взглядом, продолжил. — Прими мои соболезнования по поводу твоей жены, Александр. Мне очень жаль.
— Всё в порядке. Я уже свыкся с этим. Её профессия всегда предполагала большой риск. Жить с копом всё равно что жить на пороховой бочке. Так что там насчёт твоего развода? — Алек сам себе мысленно дал пять за смелость.
— О, эта змея оттяпала у меня половину имущества и укатила в Мексику! Её ещё даже не выписали из больницы после родов, когда мне пришло письмо от её адвоката. Это было ужасно подло с её стороны, особенно по отношению к Рафаэлю. Он ни в чём не был виноват. Со временем пришлось отвести его к Катарине, чтобы та могла максимально подготовить его к правде.
— Она отличный специалист. Ей удалось помочь Максу тогда, когда даже я был бессилен. Если увидишь её, передай ей от меня большую благодарность.
— А занятия в бассейне тоже она посоветовала?
— Да. Рафаэлю тоже? Думаю, это и вправду полезно. Макс стал буквально оживать на глазах после пары месяцев занятий.